Звезда Сарханов - Ольга Райская

– Родная, поторопись! – в сто пятидесятый раз напомнил муж. – Гости уже собрались, мы должны там появиться.

– Да, конечно, – меланхолично ответила я, медленно натягивая чулок.

– Я помогу тебе, – нашелся блондинистый мачо и с хищной улыбкой потянулся к чулку.

– Ты в прошлый раз уже помог, – стукнула я его по руке, – это было полчаса назад! И вообще, нет меня! Я заболела!

Отвернувшись, отбросила чулок. Анситор тяжело вздохнул, присел рядом и, обняв, притянул к себе.

– Котенок, – почувствовала поцелуй в макушку, – ну что случилось? Ты капризничаешь уже неделю. Хочешь, после приема мы сбежим куда-нибудь?

– Хочу, – буркнула я, прижимаясь к мужу, – море хочу и тебя.

– Значит, сейчас мы быстренько тебя одеваем, идем на прием, ты ведешь себя, как Звезда, – величественно и сияюще, а потом сбегаем ото всех. Будем лишь ты, я и море.

– Может, сразу ты, я и море? – скривилась, посмотрев на Дракона. – Давай прием вычеркнем!

– Нет, котенок, – он усмехнулся, – ты мне обещала, помнишь?

– Помню, – тяжко вздохнула я и с лицом страдалицы снова взялась за чулок.

– Я буду все время рядом, – шепнул Анситор, раскладывая рядом платье.

И вот я уже вся сияющая иду рука об руку со своим Драконом по проходу. Вокруг слышится восторженное, ставшее уже привычным: «Звезда!», «Звезда!». Мерцают огни, переливаются одежды гостей, разносятся запахи цветов в огромных вазах, смешиваются с запахами яств на фуршетных столах. Меня не покидает ощущение, словно все вокруг происходит не со мной, я лишь сторонний наблюдатель. Голоса становятся глуше, сливаются в один шуршащий фон, все краски праздника тоже сливаются в какую-то невероятно пеструю раздражающую палитру, неимоверная резь в груди, я спотыкаюсь… Последнее, что помню, как родные руки подхватывают меня, слышу крик, наполненный беспокойством: «Кээээт!» – и тьма проглатывает, принося мне долгожданное спокойствие.

Анситор Нарам-Суэн

Подхватив падающую Кэт на руки, в мгновение оказался в комнате. Почему я ее не послушал, ведь она сказала, что заболела! Опустил легкое, как пушинка, тело моей любимой на кровать, прислушался к ее дыханию. Она дышала, тихо, ровно, но в себя не приходила.

– Тизкаааар! – взывал я к мудрому через симбионта, и через мгновение он вышел из портала, обняв за талию Лунну.

– Что случилось? – с беспокойством, видя мое состояние, спросил он.

– Кэт, – я едва мог говорить, от волнения голос отказывался мне повиноваться, – с ней что-то случилось, она чуть не упала и до сих пор не приходит в себя.

– А ну-ка посторонись, мальчик мой. – Тизкар небрежно оттеснил меня от кровати. – Лунна, принеси, пожалуйста, стакан воды. Сейчас он будет очень кстати.

Мудрый подошел и простер руки над так и не пришедшей в себя Кэт. Он поднес ладони ближе, и из-под них полился яркий зеленый свет. Тизкар проводил ладонями вдоль всего тела моей малышки, что-то многозначительно хмыкал, а я мог лишь с беспокойством наблюдать за ним. Боги космоса! Я ничего не мог сейчас сделать! Я просто не знал, чем помочь!

Вернулась Лунна и, подойдя к Тизкару, протянула ему бокал с водой.

– Это не мне, – усмехнулся мудрый и кивнул на меня, – это ему!

– Мне? – опешил я, на автомате принимая бокал из рук сарханы. – Что с Кэт?

– С ней все отлично, – улыбнулся он, – скоро придет в себя. А ты скоро станешь отцом.

Отцом… Отцом? Отцом!!!!! Я пошатнулся и, осушив бокал, сел в кресло.

– У меня будет сын? – сдавленным голосом прошептал я.

– Не совсем, – улыбнулся Тизкар.

– Дочь?

– Не совсем. – И снова ехидная улыбка. – Три… дочери!

Воздуха мне явно не хватало. От радости хотелось кричать, выть, петь, но почему-то из горла вырывались лишь бестолковые хрипы… Моя девочка!!! Нет… Мои девочки! Кэт и три доченьки, с такими же зелеными огромными глазами, как у мамы. Но…

– Кэт говорила, что ее симбионт не поделился. – Я с беспокойством посмотрел на Тизкара.

– Симбионт – живое существо, мальчик мой. Иногда, чтобы поделиться надвое, ему требуется несколько дней, а в вашем случае он делился на четыре части, вот и запаздывал. – И Тизкар рассмеялся, по-доброму так, тепло. – Поздравляю тебя, Анситор. Всех нас поздравляю! Кажется, у нашей расы есть будущее.

– Спасибо, – выдохнул я и тут же бросился к кровати, услышав тяжелый вздох.

Кэт приходила в себя.

Екатерина Нарам-Суэн

Очнувшись, ощутила, что прижата к теплой груди мужа. Родные руки ласково убирали с лица волосы.

– Как же ты меня напугала, котенок, – прошептал он, целуя меня в висок.

– А что случилось? – Осмотревшись, увидела Тизкара и Лунну. На их лицах сияли теплые улыбки.

– Ты скоро станешь мамой, – тихо сказала Лунна.

Мамой… Я перевела взгляд на Анситора.

– Родная… – сдавленно прошептал муж, словно ему мешал ком в горле, а в его глазах сияла такая радость и такая любовь, что я на миг зажмурилась.

Боги космоса! У меня будет малыш! Мой и любимого мужчины! Но… Симбионт же не поделился… Я заворочалась и попыталась рассмотреть его в глубоком вырезе платья. Поняв, чего я добиваюсь, Анситор приподнял меня выше. Попросив симбионт стать видимым, не поверила своим глазам. Моя звездочка сияла, а вокруг сияли еще три крошечные звездочки…

– Три? – недоверчиво посмотрела на Анситора.

– Доченьки, – подтвердил он, радостно демонстрируя мне свою белозубую.

– Черные дыры проклятого сектора! – только и смогла сказать я, откидываясь вновь на грудь мужа.