Месть прошлого - Екатерина Гичко

Более всего Агорий не любил этот момент. Момент, когда монстра ничего не удерживало и он был волен скакнуть вперёд, на господина, или метнуться к выходу. Зверь действительно заколебался, переводя взгляд с Рия, чьё лицо было искажено в мучительной надежде, на ненавистного Дешия. Но новообретённая привязанность победила, и он, прыгнув вперёд, вошёл в тело Рия, исчезнув без следа. Агорий мгновенно схватил застывшего товарища за локоть и грубо – в торопливости чаще всего нет места нежности – толкнул его в клетку. Решетка с грохотом упала вниз, печати погасли, и мужчины выжидательно уставились на распластавшееся в узилище тело.

Наконец сквозь рыки и завывания до их слуха донёсся треск, и тело Рия выгнулось. С хрустом изломился позвоночник, изогнулись руки и ноги, голова и копчик начали стремительно удлиняться, между рыжими волосами выросли серые мохнатые уши, одежда затрещала, разрываясь, и по коже побежали дорожки серой шерсти.

– Слава богам, – кротко вознёс хвалу Деший, одобрительно осматривая лежавшего в клетке зверя. – Агорий, друг мой, присмотри за ним. Когда Рий придёт в себя и обернётся, отведи его в его комнату и запри там. Как только он и зверь привыкнут друг к другу и перестанут быть опасными для остальных, мы устроим для него праздничный ужин.

– Слушаюсь, господин, – Агорий решительно уселся на пол напротив клетки, мужественно игнорируя громадного зверя, продолжавшего смотреть на уже удаляющегося господина с жутким оскалом-усмешкой.

– Господин, господин, простите! – Дешия окликнул охранник у третьих из двенадцати ворот. – Как всё прошло?

– Хорошо, мой друг, – с улыбкой ответил старик. – Будем надеяться, что Рий быстро придёт в себя и мы сможем от души поздравить его.

– Вас послали сами боги, – голос стражника задрожал. – Надеюсь, я тоже… я и…

– Конечно, – уверил его Деший. – Нужно только терпение. Рий ждал больше шести лет.

– Спасибо вам, господин! Спасибо! – горячо зашептал оборотень. – Я знаю, что вы как никто другой понимаете нашу боль, но всё же обрекли себя на ненависть этих созданий. Спасибо вам! Клянусь, у вас никогда не будет никого вернее!

– Не надо клятв, я верю. Будь спокоен, мой мальчик. Эти звери, хоть их и называют монстрами за моей спиной, – Деший улыбнулся кроткой улыбкой отца, прощающего непоседливых детей, – они не монстры. Их души нежны, и ты обязательно найдёшь отклик в одной из них.

– Я буду терпелив!

Деший пошёл дальше, и с каждым шагом улыбка на его лице меркла всё сильнее и сильнее. Он действительно мог понять эту боль, эту убивающую изнутри пустоту, это сводящее с ума одиночество в голове, когда мысли нашёптываешь себе только ты сам.

На выходе из коридора его поймал запыхавшийся сторож Внешних Врат.

– Господин, вас… это… из дворца ждут!

– Веди!

В комнате к нему в сильнейшем возбуждении бросился мужчина, закутанный в плащ, и сипло зашептал:

– Мой господин, подозрение у меня есть!

– Что случилось, мой друг? – с беспокойством вопросил Деший, принимая дрожащие руки в свои ладони.

– Перекрестье Хведа! Что в сокровищнице, на которое вы просили обратить подробнейшее внимание! Думается мне, не то это! Вчера на шее Ранхаша Вотого видел перекрестье!

Глаза Дешия возбуждённо сверкнули.

– Глаза слабы стали, рассмотреть не смог, но харен сказал, что это якобы подарок деда. Деда! – гость насмешливо хмыкнул. – Род Вотый в противостоянии с приспешниками Хведа ещё с тех времён, когда Шерех женился на Жадале! И я проверил, к примирению они не пришли.

– Вот как… – протянул Деший. – Благодарю тебя, друг мой, благодарю.