Огненный адепт - Андрей Вячеславович Шевченко

— Но, мастер, а как же Его Величество?

— А двойника я сейчас заберу. Мастер Гвинард настаивал, чтобы я его сразу же уничтожил, если вдруг встречу. Но, думаю, сделать это всегда успеется. Будет интересно разобрать магию Адельядо — может, и мне что-нибудь пригодится. Изготовление големов — искусство почти умершее.

— Да никакой это не голем! — в отчаянии воскликнул Дилль. — Он человек из плоти и крови. И он — король Ситгара. Проверь и убедись!

— Адепт, мясные големы тоже из плоти и крови, потому их так и называют. Конечно, сейчас проверим, — согласился маг и принялся бормотать себе под нос какое-то заклинание, делая жесты в сторону короля.

Между пальцами Ильминга замелькали синие искры, а перед ним начала формироваться в воздухе сетка из светящихся линий. Когда заклинание завершилось, сеть двинулась к королю и окутала его с ног до головы, а мутное облако, окружавшее короля, с лёгким шипением исчезло.

— Порядок, — удовлетворённо сказал Ильминг, поднялся и направился к выходу. — Следуй за мной.

Дилль удивлённо посмотрел на уходящего мага, затем перевёл взгляд на столбом стоящего короля.

— Э-э, мастер, ты это кому сказал? — спросил он.

Ильминг обернулся, обнаружил, что никто не идёт за ним, и нахмурил брови.

— Странно, — он ткнул пальцем в сторону короля, окутанного светящейся сеткой. — Подойди!

— Зачем? — спросил король.

Брови Ильминга удивлённо поднялись.

— Не понял… Но универсальное заклятье Теарнна никогда не сбоило, — маг вернулся и подошёл к королю. — Значит, ты не голем?

— Нет.

На сухоньком лице мага отразилась целая гамма чувств — от замешательства до неприкрытого удовлетворения. Ильминг широко улыбнулся.

— Ай да, старый прохвост! Ловок, мастер, что и говорить. А ведь я ему поверил насчёт мясного голема. Значит, ты — король? Или просто очень похожий на него человек?

— Я — король Ситгара, — Юловар вздёрнул подбородок. — А кто ты?

— Я был мастером-магом Неонина, пока некто Его Величество Юловар второй не утвердил приказ о моём наказании, который издал гроссмейстер Адельядо.

— Ильминг, насколько я помню, — нахмурился король, понявший, что ничего хорошего от этого мага ждать не приходится.

— Мастер Ильминг, — поправил его маг.

— Мастер Ильминг, — напряжённым тоном сказал Юловар, — я помню тот день, когда гроссмейстер представлял тебя, как мастера-мага Неонина. Я утвердил твоё назначение. Уходя, ты наступил на полу своей мантии и едва не упал.

— Действительно, — покачал головой маг. — Было дело. И что?

— Я могу привести слова Адельядо, которые он сказал тебе, когда ты приехал из Неонина. Когда ты спросил о причине отзыва из города, он сказал «у нас слишком мало магов, чтобы скармливать их драконам».

— Да, он тогда так и выразился.

— Ты затаил обиду на меня и Адельядо. В защиту гроссмейстера могу сказать, что он признал свою вину за произошедшее в Неонине. Но ситуация была такова, что требовалась жертва. Твоё наказание гроссмейстер хотел снять через год-другой, когда кланы…

— Хватит! — в голосе мага прозвенел металл. — Я не желаю слушать эти жалкие оправдания. Хотя…

Ильминг поднялся.

— Значит, ты утверждаешь, что передо мной находится истинный король Ситгара? — на губах мага промелькнула лёгкая улыбка. — Тогда скажи, что ошибся, когда гроссмейстер Адельядо возвёл на меня напраслину. И попроси извинения.

Дилль с тревогой посмотрел на каменное лицо короля, молясь, чтобы тот сделал всё, о чём сказал маг. Разумеется, Юловар поступил ровно наоборот.

— Ты не виноват в разрушении Неонина, но мне не за что извиняться, — с каменным выражением лица сказал король. — Я не мог пожертвовать гроссмейстером. И я поступил бы так же, доведись мне снова принимать это решение.

Дилль закатил глаза к потолку, словно надеясь найти там ответ, почему Его Величество настолько глуп. Ильминг долго смотрел в глаза королю, затем небрежно махнул рукой, и светящаяся сеть вокруг Юловара исчезла. В кабацком зале сразу стало темнее.

— Да, теперь я вижу, что стою перед королём, — сказал он.

Дилль облегчённо вздохнул. Не «король стоит передо мной», а «я стою перед королём». Ильминг, могущий спеленать их, как кукол, признал суверена. Но как теперь поступит маг?

Маг поступил неожиданно — он уселся, причём, не на скамью, а прямо на пол, и покачал головой.

— Ну и дела!

Вид у него был ошарашенный. Юловар пожал плечами и сел на лавку. Дилль последовал примеру короля.

— Расскажите, как всё произошло?

Король коротко рассказал о нападении, о неудачных попытках привлечь на свою сторону слуг и гвардейцев и о бегстве из дворца через городскую канализацию. В этом месте Ильминг бросил заинтересованный взгляд на Дилля, но промолчал.

— И что вы намерены делать, Ваше Величество? — спросил маг, когда король закончил рассказ.

— Вернуть трон. Для этого нужно встретиться с главами кланов, когда они поедут на Сбор. Они увидят меня и признают тем, кем я являюсь.

— Увидят! — хмыкнул Ильминг. — Да вы и двух минут не проживёте, едва покажетесь им на глаза. Не забывайте, все уверены, что настоящий король сидит на троне, а на каждой улице глашатаи призывают к охоте на королевского двойника. Вся городская стража поднята на ноги, комендантский полк и полк графа Юрза приведены в боевую готовность. И это несмотря на то, что ни Гвинард, ни Фрадбург точно не знают, выжили ли вы после бегства из дворца.

— А как ты, мастер, узнал, что мы не погибли? — спросил Дилль.

— Болтать надо было меньше, — Ильминг ткнул пальцем в его сторону, и Дилля обдало волной воздуха. — Пока ты трепался перед Согвином, ты раз пять упомянул кабак «Стойло ржавого дракона». А когда Гвинард снял с меня блок, то рассказал, что после неудачного покушения мясной голем и некий адепт Диллитон сбежали в канализацию. Не требуется большого ума, чтобы сообразить: ты однажды выбрался живым из клоаки, значит, выберешься и второй. Я предложил свою помощь в поисках возможно выживших беглецов и первым делом отправился на поиски этого кабака. Как видишь, угадал.

— Значит, этот предатель знает, что мы не погибли в канализации? — прищурился король.

— Нет. Я не рассказывал мастеру Гвинарду о том, что младший адепт выжил после посещения канализации. Вся шумиха в городе поднята, что называется, на всякий случай.

— Боюсь, ты не прав, мастер, — покачал головой король. — Фрадбург не такой человек, чтобы делать что-то просто ради шумихи. Он наверняка хочет использовать покушение в своих интересах. Боюсь, он замыслил усадить на трон своего племянника Бореола.

— Возможно, хотя Бореол — тот ещё самодур, — фыркнул Ильминг. — Я всегда был далёк от придворных интриг. В отличие от гроссмейстера.

— Он ещё жив? — тихо спросил король.

— Жив. Лишён возможности не только использовать силу, но и