Врата принятия - Штефан

версию предоставили и многоуважаемые Граф Лефорт, Маркиз де Шевалье, и Граф Градо. В итоге, окончательная версия выглядит так: Граф Арканий Тарик испытывал личную неприязнь к Пэру Маркусу. Так получилось, что Пэр начал общаться с Мануэлем Лефортом, а так же Эмили де Шевалье. Взаимная личная неприязнь так же была и у Мануэля с Арканием. Кроме того, господин Арканий был помолвлен на госпоже Эмили. Тесное переплетение взаимоотношений, привело к тому, что … — Барон слегка замер, явно обдумывая, как правильно сказать. — Что Маркиз де Шевалье разорвал помолвку своей дочери. Господин Арканий, не согласный с таким исходом, а так же оскорблённый хорошим общением Пэра с Маркизой, решил проучить господина Маркуса. Изначально это проявлялось в виде недоброжелательного отношения некоторых студентов с подачи господина Аркания Тарика. Но так как эффект не был достигнут, было организовано другое мероприятие. Покойные ныне Жанна Касим, Джек Пари и остальные погибшие, должны были избить Маркуса. В то время как юноши были ответственны за побои, Жанна Касим должна была привести Маркуса в заранее приготовленное место. Однако на месте что-то пошло не так. Потому что по версии стражника, Пэр Маркус и покойная ныне Жанна нашли уже изрядно покалеченных участников преступления. При этом следствию так и не удалось узнать, кто покалечил ребят, а так же «убедил» их, а так же Жанну и Маркуса не говорить правду. Ибо они точно знали своих обидчиков. Из свидетелей того происшествия, из 7 человек в живых остался только 1 человек. И это господин Пэр Маркус Эвальд Фаулер. Если кто-то и знает ответ, то только он. Господин судья, разрешите задать Пэру несколько вопросов?

— Да, — Карнелиус посмотрел на меня, после чего кивнул. Только легче мне от этого не стало. Я вроде как был потерпевшим. А по рассказу что-то выходит, будто я виновен наравне с Арканием.

— Спасибо. Господин Маркус, знали ли вы о том, что господин Арканий вас недолюбливает? — спросил он и замолчал. Я же тоже молчал, не спеша что-либо говорить. Любое неосторожно брошенное слово, и я могу закапать сам себя. И мне, честно говоря, это не очень хотелось. Я внимательно осмотрел собравшихся, остановив свой взгляд на Аркании. На Графа я смотреть не осмелился. — Пэр Маркус, если вы расскажете нам, что знаете, то это нам очень поможет. Кроме того, вне зависимости от результата суда, ВСКО гарантирует вам защиту.

— А находясь здесь, защита каждого гарантирована королём и лично мной, — добавил Карнелиус.

Моё нежелание говорить они восприняли как боязнь за последствия. И блин, теперь больше молчать нельзя. Иначе будет казаться, что я не доверяю королю и лично Карнелиусу.

— Я размышлял на эту тему, — если я скажу да, то меня сразу могут притянуть и за другие места, скажу, нет — сознательно совру.

— Замечали ли вы негативное действия лично с его стороны, или со стороны его знакомых? — Барон, услышав мой ответ, сразу задал ещё один вопрос.

— Возможно, такие события имели место быть, — я не хочу ни в чём сознаваться, так как отсюда до моей виновности всего один шаг.

— Можно чуть подробней, — Барону не понравился ответ Маркуса, поэтому он хотел услышать более развёрнутый ответ.

— Я не уверен, были ли это его знакомые, — вопросы у капитана что надо, здесь не подкопаешься.

— Знали ли вы, когда шли на свидание с Жанной, что вас ждёт? — задал очередной острый вопрос Вирит.

— У нас было запланировано свидание, — знал, но говорить этого я не собирался. Всё складывается по очень дурному сценарию.

— Любое враньё в суде карается, господин Маркус. Господин Карнелиус известен тем, что с лёгкостью распознаёт ложь. Именно поэтому суд в нашем королевстве считается честным и справедливым, — Канис понимал, что Маркус сознательно отвечает односложно, причём без чёткой конкретики.

Глава 9: Договор. Часть 4

— Я ощущал возможную опасность, идя на свидание, — тут я не врал, что конкретно меня там ожидало, я не догадывался.

— Знаете ли вы, что на самом деле произошло в тот день? — Вирит уже с трудом сдерживал победную улыбку.

— Догадываюсь, — я нехотя ответил, мысленно обматерив этого слишком дотошного барона.

— Прошу, расскажите нам, — победоносно улыбнулся капитан.

— Я не знал, что конкретно меня ожидает. Однако понимал, что ничего хорошего. Попытки различных девушек, которые были близки Арканию или Мари, позвать меня на свидание, были слишком частыми и настойчивыми. В один из дней я решил, что стоит принять приглашение. Во время прогулки, маршрут строила полностью Жанна. Она же в какой-то момент завела меня в Восточный район. Когда мы гуляли, она в один момент скрылась в переулке. Тогда я понял, что это было неспроста. Внутри меня ожидало 5 человек. В процессе разговора, я выяснил, что мне хотели преподать урок от имени Аркания, за то, что я общаюсь с Эмили и Мануэлем, и в целом связался не с той кампанией. Я попытался решить дело мирно, но в итоге завязалась драка, — я старался говорить, максимально обтекаемо, но получалось плохо. Был ряд деталей, которые нельзя было пропустить, ведь без них история была неполноценной.

— А что было дальше? — ухватившись за истину, барон продолжил тянуть её из меня.

— Дальше я попросил участников не разглашать нашу обиду, — я решил опустить момент, как именно я пришёл к такому способу, ведь он не сильно важен.

— Каким способом? Использовали ли вы, или кто-то ещё запретную магию? — видимо капитан не собирался сдаваться и всё ещё надеялся, что я проболтаюсь или сознаюсь в использовании запретной магии.

— Убедительными уговорами. Запретную магию, ни я, ни кто-либо ещё не применял, — и здесь я не соврал. Я действительно очень настойчиво просил их не болтать лишнего, в итоге добившись своей цели именно уговорами, пускай и не самыми мирными. А запретную магию я не знаю, и не применяю. Магия крови не запретная. Ведь есть определённый список запретной магии, и она под неё не подпадает. А значит что? Это значит, что в привычном понимании, это не запретная магия. Кроме того, я её такой не считаю, так что и тут я не врал.

— Хорошо. Причастны ли вы к тем смертям, которые произошли в академии? — он вновь посмотрел на меня. Я обвиняемый или кто? Почему у меня такой жёсткий, а вернее слишком дотошный допрос?

— Прямого отношения к их смерти я не имею, — ЧЁРТ! Просто ****. Именно этого я и боялся. Благо, формулировка звучала довольно логично.

— А косвенно? — зацепился он за мои слова.

— Насколько мне известно из достоверной информации, они умерли от