Оковы для призрака - Райчел Мид

Глаза Дмитрия вспыхнули — пусть не тем восхищением, с которым он смотрел на Лиссу, но меня это не заботило. Этот взгляд был хорошо мне знаком, я видела его раньше, в те моменты, когда мы так хорошо понимали друг друга, что даже не нуждались в словах. Та же связь между нами ожила и сейчас, вызванная чувством одобрения и благодарности.

— Да, — громким, сильным голосом ответил он. — Я могу рассказать все, что знаю о планах стригоев и их местонахождении. И готов вместе с вами встретиться с ними лицом к лицу или остаться в стороне — как вам будет угодно.

— Это может оказать нам бесценную помощь. — Ганс с самым заинтересованным видом наклонился вперед в своем кресле. Я мысленно добавила ему несколько баллов — оказывается, он тоже сторонник нанесения упреждающих ударов по стригоям.

Рич вспыхнул — хотя, может, просто перегрелся на солнце. Пытаясь установить, насколько хорошо Дмитрий переносит солнечный свет, морой и сами уже чувствовали себя не очень хорошо.

— Подождите! — воскликнул он, перекрикивая нарастающий шум. — Мы никогда не поддерживали эту тактику. Кроме того, он ведь может солгать…

Его протест прервал женский крик. Из толпы внезапно вырвался моройский мальчик лет шести и бросился к нам. Кричала его мать. Я остановила ребенка, схватив за руку: я-то не боялась, будто Дмитрий причинит ему вред, а вот у женщины от страха мог случиться сердечный приступ.

— У меня есть вопросы! — заявил мальчик, заметно храбрясь.

Мать потянулась к нему, но я жестом остановила ее.

— Подождите секундочку. — Я улыбнулась мальчику. — Что ты хочешь спросить? Давай, смелее. Я не допущу, чтобы с ним что-нибудь случилось, — заверила я женщину, которая с испуганным лицом смотрела на Дмитрия.

Она не могла знать, в состоянии ли я чему-то помешать, но осталась на месте.

— Это неле… — Рич закатил глаза.

— Если ты стригой, — прервал его мальчик, — тогда почему у тебя нет рогов? Мой друг Джеффри говорит, что у стригоев есть рога.

На мгновение взгляд Дмитрия задержался на мне, и снова между нами проскочила искра взаимопонимания. Потом, сохраняя спокойное, серьезное выражение лица, он посмотрел на мальчика и ответил:

— У стригоев нет рогов. Но даже если бы и были, это не имеет значения, потому что я не стригой.

— У стригоев красные глаза, — вмешалась я. — По-твоему, у него красные глаза?

Мальчик наклонился вперед, вглядываясь.

— Нет. Карие.

— Что еще ты знаешь о стригоях? — спросила я.

— У них, как и у нас, есть клыки.

— У тебя есть клыки? — почти пропела я, обращаясь к Дмитрию.

С ним наверняка уже обсуждали это, но когда спрашивает ребенок… Впечатление совсем другое.

Дмитрий улыбнулся — широко, просто потрясающе, и это застало меня врасплох; он очень редко улыбался так. Даже когда он по-настоящему радовался, это была всего лишь полуулыбка. Сейчас же он улыбался от души, обнажив все зубы, точно такие, как у людей и дампиров. Никаких клыков.

На мальчика эта демонстрация явно произвела впечатление.

— Хватит, Джонатан, — с беспокойством сказала его мать. — Ты спросил, а теперь пойдем.

— Стригой очень сильные, — продолжал Джонатан, явно проявляя задатки будущего юриста. — Ничто не может причинить им вред.

Я не стала поправлять его — из опасения, что он захочет увидеть, как сердце Дмитрия пронзают колом. Можно только удивляться, почему Рич не додумался до проверки такого рода.

— Ты очень сильный? — Джонатан тем временем вперил в Дмитрия острый взгляд. — Тебе можно причинить вред?

— Конечно можно, — ответил Дмитрий. — Я сильный, но тем не менее множество вещей могут причинить мне вред.

И потом, будучи Розой Хэзевей, я сказала то, чего, наверное, говорить не следовало.

— Ударь его и увидишь.

Мать Джонатана снова вскрикнула, но быстрый маленький негодяй увернулся от нее, подбежал к Дмитрию и, прежде чем кто-либо успел остановить его — хотя я могла бы успеть, — ткнул маленьким кулачком в колено.

Дмитрий немедленно откинулся назад, сжал руками колено и застонал, как бы от сильной боли.

Кое-кто в толпе засмеялся. Один из стражей подошел к Джонатану, взял его за руку и увел обратно к матери, уже близкой к истерике. По пути через толпу мальчишка оглянулся на Дмитрия.

— Не такой уж он сильный. Не думаю, что он стригой.

Это вызвало новую волну смеха. Третий морой, участвующий в допросе, но до этого помалкивающий, фыркнул и встал.

— Я увидел достаточно. Не думаю, что он должен расхаживать тут без охраны, но он не стригой. Поместите его куда-нибудь в приличное место и приставьте к нему караульных, пока не будет принято окончательное решение.

— Но… — начал было Рич.

— Нечего и дальше тратить время впустую. — Морой отмахнулся от него. — Уже жарко, и я хочу спать. Не утверждаю, будто понимаю, что произошло, но сейчас это наименьшая из наших проблем — когда одна половина Совета жаждет оторвать другой головы из-за этого постановления о снижении возрастного ценза стражей. Во всяком случае, то, что мы видели сегодня, очень обнадеживает… Даже можно сказать, что это чудо, способное изменить всю нашу жизнь. Я доложу ее величеству.

Толпа потихоньку расходилась, на лицах людей было удивление. Постепенно до всех доходило, что если случившееся с Дмитрием — правда, то все наши представления о стригоях должны претерпеть коренные изменения. Стражи, конечно, остались с Дмитрием. Как только он и Лисса встали, я ринулась к ним, горя желанием порадоваться нашей победе. Когда крошечный кулачок Джонатана «свалил» Дмитрия, он еле заметно улыбнулся мне, и мое сердце подскочило — значит, я права, его чувства ко мне не исчезли. Однако сейчас, буквально в мгновение ока, взаимопонимание между нами растаяло. Когда Дмитрий увидел, что я приближаюсь, его лицо приняло холодное, настороженное выражение.

«Роза, — мысленно воззвала ко мне Лисса. — Уходи. Оставь его в покое».

— Черта с два! — вслух ответила я ей, одновременно адресуясь к нему. — После той поддержки, которую я только что тебе оказала, ты все-таки не хочешь разговаривать со мной!

— Мы прекрасно обошлись бы и без тебя, — сухо ответил Дмитрий.

— Правда? — Я просто ушам своим не верила. — Ты, похоже, был очень признателен мне всего несколько минут назад, когда я выдвинула идею, как бы ты мог помочь в борьбе со стригоями.

Дмитрий посмотрел на Лиссу и сказал негромко:

— Я не хочу ее видеть.

— А придется! — воскликнула я. Некоторые люди из рассеивающейся толпы остановились и обернулись на шум. — Ты не можешь вот так просто отмахнуться от меня.