Вампир высшего класса - Юлия Набокова

— Подожди. — Я отстранилась, и Вацлав с неохотой отпустил меня. — Я все-таки хочу посмотреть, как ты живешь.

— Чувствуй себя как дома. Если понадоблюсь, я на диване.

Вацлав уселся на диван с таким видом, как будто занял место в зрительном зале. А я, поправив растрепавшиеся волосы, огляделась вокруг. Гостиная выглядела довольно просто и современно: ни помпезных ваз и колонн в классическом стиле, как в квартире у Аристарха, ни новомодных хайтековских деталей, как в холостяцкой берлоге Криса. Светлые стены, подвесной потолок со встроенной подсветкой, паркетная доска на полу. Напротив дивана был домашний кинотеатр с плазменным экраном во всю стену и высокими колонками, рядом — стойка с дисками и журнальный столик из стекла, на котором лежали выключенный ноутбук и раскрытый посередине журнал «Авторевю».

— Живешь по-королевски, — оценила я, подходя к стойке с дисками. — Ты что, тайный олигарх?

Квартира не моя, хотя выбирал ее я сам. Это собственность Клуба.

В подборке дивиди преобладали старые черно-белые голливудские и французские фильмы на языке оригинала — «Человек с оружием», «Мальтийский сокол», «Любовь после полудня», «Иметь или не иметь». Названия были мне сплошь незнакомы за исключением «Завтрака у Тиффани». А я-то ожидала увидеть новомодные боевики вроде «Матрицы» и «Бойцовского клуба» или леденящие душу триллеры в духе «Семи» и «Молчания ягнят»!

— Я совсем тебя не знаю, — медленно проговорила я, оборачиваясь к Вацлаву.

— Ты о фильмах? — Он усмехнулся. — Вот и еще одно подтверждение того, что я слишком стар для тебя.

— Это, конечно, неисправимо. — Я наморщила лоб. — Но двадцатикратный просмотр «Блондинки в законе» и «Дьявол носит Прада» сделает тебя намного ближе ко мне.

На вкус и бренд, как говорится, товарищей нет, но Вацлав мог бы и постараться разделить мои увлечения.

— Пощады! — взмолился он, но я уже отвернулась к этажерке.

А вот и диск с фильмом «Полдень» — Вацлав говорил, что это его любимый. Я с любопытством вытащила пластиковый бокс. На черно-белой обложке мужчина в шляпе, со значком шерифа и кобурой на поясе шел по пустому, залитому солнцем городу. Похоже, это какой-то старинный вестерн.

Я не успела толком рассмотреть диск, как Вацлав оказался рядом со мной.

— Иди ко мне. — Он притянул меня к себе и поцеловал. Долго. Нежно. Ласково. Не так неистово и по-мужски грубо, как прежде. Словно со мной он начинал оттаивать сердцем. Словно он и в самом деле начинал меня…

— Ой! — Захотев обнять Вацлава, я выронила диск, и он глухо ударился об пол.

Вацлав с неохотой отстранился и наклонился, чтобы поднять коробку. А прямо за его спиной, у окон, по-прежнему закрытых жалюзи, я увидела нечто, прежде не замеченное мной. Там на этажерке в горшке зеленело одинокое растение, в котором я, в изумлении подойдя ближе, узнала… крапиву.

— А это что такое?

Вацлав в ту же секунду оказался рядом.

— Крапива. — В его голосе прозвучало волнение.

— Зачем ты выращиваешь ее? — изумилась я.

— Это одна из старинных традиций, — пояснил он. — Когда вампир впервые покидает свой родной город, он берет с собой мешочек с землей. А приехав на новое место, насыпает эту землю в горшок и начинает ее поливать, ожидая, что семена, которые в ней содержатся, дадут всходы. У кого-то вырастает цветок, у кого-то — трава, у меня, — он горько усмехнулся, — выросла крапива.

От его истории у меня на глазах выступили слезы. Как же он был одинок все эти годы, если по всему миру таскал с собой горшок с крапивой!

— Ты возил ее с собой по всему миру? — дрогнувшим голосом спросила я. — Сколько же ей лет? Двести?

— Это уже не та крапива. Да и пересекать границы с растением теперь непросто. Но я беру с собой семена и землю. И, приезжая на новое место, высаживаю семечко в горшок. Глупость, правда?

Я молча покачала головой, в очередной раз подумав, что я совсем не знаю Вацлава и что мне предстоит сделать еще много ошеломительных открытий. Задумавшись, я протянула руку к крапиве.

— Осторожно! — Вацлав перехватил мое запястье, но было уже поздно: крапива обожгла пальцы.

— Ай!

Я отдернула руку. Вацлав, продолжая держать пальцы на моем пульсе, развернул мою ладонь и поцелуями погасил начинающий разгораться огонь.

— Хочешь, я ее сейчас же выброшу? — Он виновато взглянул на меня.

— Не вздумай! Буду теперь за ней ухаживать, — слабо улыбнулась я. — Кстати, ты ее когда поливал последний раз, изверг? Выглядит она неважно.

— Так меня сколько дома не было, — ответил в свое оправдание он.

— Мог бы отдать ключи консьержке, — сказала я.

— И попросить поливать крапиву? — Он картинно поднял бровь.

Я рассмеялась.

— Удивляюсь, как она вообще не засохла, — заметила я.

— Есть один секрет.

Вацлав прокусил палец до крови и, не успела я ахнуть от изумления, как он сцедил несколько алых капель в горшок. Земля впитала кровь, как голодный вампир.

— Ты поливаешь ее кровью? — потрясенно спросила я.

— Изредка. Или когда уезжаю надолго.

— А крапива теперь тоже вампир? — опасливо уточнила я.

— Ты начиталась сербских легенд о тыквах-вампирах? — усмехнулся он.

— Что за легенды? — Во мне проснулось любопытство.

— Считается, что тыквы и арбузы, на которые в полнолуние падает лунный свет, становятся вампирами, — зловещим тоном проговорил Вацлав. — А в качестве доказательства указывают на прожилки в их мякоти. Они похожи на кровеносные сосуды.

— Уже боюсь! — хихикнула я.

— А за мою крапиву не переживай. В полнолуние я переставляю ее в коридор, от греха подальше. А капелька крови, которую я время от времени ей даю, всего лишь удобрение. В сельском хозяйстве кровь животных издавна используют в этом качестве. Кровь — это жизнь. Даже консьержка как-то обмолвилась, что поливает цветы в холле водой, которой ополаскивает свежее мясо, и они растут особенно пышно.

— И что, подходит любая кровь? — уточнила я. Надо будет сказать бабушке Лизе, у нее дома целая оранжерея фиалок. А вот у меня растения долго не живут, сразу чахнут. Хотите избавиться от ненавистного кактуса — просто отдайте его мне.

— Лучше всего красная, говяжья.

— А вампирская?

— Она очень концентрированная и поэтому незаменима, когда уезжаешь из дома надолго.

— Спасибо, — пробормотала я, — буду знать…

Кажется, у кактусов, которые попадут в мои руки, появился шанс на выживание.

— Ну что, все посмотрела?

— Осталась кухня.

Я отодвинула Вацлава в сторону и направилась к барной стойке, отделяющей жилую часть гостиной от зоны кухни. Судя по идеальному состоянию кухонного гарнитура в классическом стиле и первозданной чистоте встроенной стекло-керамической плиты, они по назначению использовались раза три, не больше. Можно хоть сейчас для каталога снимать в качестве новой мебели и техники. Более обжитым выглядел холодильник, серебристая поверхность которого утратила изначальный блеск. На дверце не было ни одного магнитика, который хозяин привез бы из путешествий или получил бы в подарок от друзей. Движимая любопытством, я заглянула внутрь. Мясная нарезка, яйца, помидоры, початая бутыль коньяка. Ни одной бутылочки или пластикового пакета с донорской кровью. Вацлав не признавал их, предпочитая утолять жажду по старинке. Впрочем, с его работой он всегда будет сыт…