Дочь - повелительница Зари - Юрий Иванович

Новоиспеченный граф Ривьери с завистью посмотрел на свою возлюбленную:

– Светлые демоны! Мне бы твои проблемы!

– Да что ты понимаешь! – От Бениды только ветер пронесся по огромной спальне, а дальнейшие ее слова донеслись уже из коридора: – Хазра! Сколько можно дрыхнуть?! Какой сон?! Тут такое творится…

Загребной с протяжным вздохом развел руками:

– Странно, во всех мирах одно и то же… Мужчинам все-таки проще жить. Кстати, а Теодоро тоже с вами?

– Уже не со мной. Сразу побежал к своей желанной супруге.

– Ага, он уже и бегает?

– Не совсем еще, но родные стены ему пошли на пользу. Парень явно улучшает свой внешний вид час от часу. Да и вчера его существенно подлечили наши домашние врачи.

– Значит, вы до вечера будете с нами?

– К сожалению, никак не получается…

– Почему?

– Да ведь нам надо утрясти все организационные вопросы с родственниками, собрать их, проинструктировать, что и как говорить, куда идти и что делать…

– Постойте, разве они тоже будут на приеме? – удивился Семен.

– А как же! Хоть это именно мы втроем успешно выполнили секретную миссию, но теперь все, кто имеет право с нами здороваться, готовы получить свою долю почестей и подарков.

– Знаете, Торрекс, мне бы очень хотелось как можно раньше познакомиться с родителями Теодоро, пообщаться с ними и обговорить некоторые моменты недалекого будущего. Посидеть с ними, если можно так выразиться, чисто в семейном кругу.

– Какое совпадение! – обрадованно воскликнул Торрекс. – Только два часа прошло с тех пор, как точно такие же слова произнес отец Теодоро. Так что у вас все будет просто отлично: сегодня вечером и встретитесь, и познакомитесь.

Дверь открылась без стука, и полураздетая Виктория ворвалась в спальню, совершенно не думая о том, что отец может быть не один в постели. Только пробежав пару метров, она заметила майора, сообразила о своем промахе и уже не так экспансивно, как намечала, воскликнула:

– Папа! Ты знаешь, о чем мне только что сообщил Теодоро?

– Долго же он тянул. Мы тут эту новость уже полчаса обсуждаем. Или, может, вам что-то мешало говорить?

Судя по красным губам дочери, она только что целовалась. А узнав о приглашении, уподобилась Нимим. Сейчас начнет требовать только одного: много, очень много нужной и совершенно ненужной одежды.

Вслед за своей женой появился и Теодоро. Он, правда, перед тем как ворваться в хозяйскую спальню, все-таки догадался постучаться.

– Доброе утро, отец, и сразу хочу тебе, жена, сказать, что ты меня даже выслушать не удосужилась. Ничего и нигде тебе искать не надо. Платье уже заказано и будет привезено за несколько часов до приема. Портные сразу же на тебе его подправят.

– А если оно мне не понравится?

– Такого просто не может быть! Сегодня я представляю свою любимую жену самому королю Салламбаюра и поэтому хочу, чтобы ты выглядела лучше всех, и именно в той одежде, которая тебе положена. И не спорь, иначе я на прием не пойду.

Торрекс тут же взъярился на племянника:

– Да как ты смеешь так говорить?! Не пойти на прием?! Худшего оскорбления королевскому роду и не придумаешь!

Да за это тебя могут казнить! Невзирая на твои прежние заслуги перед короной.

Этого было достаточно, чтобы капризная Виктория сразу же стала смирной и покладистой:

– С другой стороны, мне совершенно плевать на то, какое на мне платье. Лишь бы быть рядом с тобой. Только вот все остальное…

– Обувь и ожерелья тебе тоже подвезут ближе к вечеру, – заверил молодой муж.

Но его тесть забеспокоился:

– У тебя столько расходов, Теодоро! А мне открыли в вашем банке очень, ну, прямо-таки очень большой кредит. Так что, если надо, готов все оплатить.

– Спасибо, но этого не потребуется. Мой отец сказал, что пусть даже разорится, но свою невестку вырядит на прием в самое лучшее. Да и карету он обещал прислать…

– Карета у вас уже есть, – заметил Торрекс. – Счастливая и проверенная. Пойдем, Теодоро.

Дядя с племянником покинули спальню. Семен, так и продолжающий сидеть на кровати, вздохнул и сказал дочери:

– А ведь я бы мог поспать еще часик…