Безликий - Павел Корнев

– Зачем мне делать это?

– Либо так, либо я выбью их из тебя. С переломанными ногами отыскать работу будет несколько… затруднительно. Не находишь?

Долин выругался. Мое обещание точно не показалось ему серьезной угрозой, но стращать убийством я не стал совершенно обдуманно. Мне позарез требовалось найти с хореографом общий язык.

– Рассказывай, – сказал я, – и убирайся на все четыре стороны. Так, кажется, у вас говорят?

– Ты даже не представляешь, во что ввязался! – многозначительно произнес Виктор и попытался обернуться, но я тут же его остановил.

– Назад!

– Мне со стеной разговаривать?

– Я и так прекрасно тебя слышу. Так во что ты ввязался?

– Я работаю на охранку!

Если хореограф и рассчитывал своим заявлением о причастности к русской разведке произвести на меня какое-то впечатление, он просчитался. Я сразу уточнил:

– Нелегал?

Долин в ответ выдохнул проклятие. Моя догадка угодила точно в цель.

– Зачем охранке снимки старых развратников? – задал я риторический в общем-то вопрос, попутно собираясь с мыслями.

– Агенты влияния никому не помешает, – проворчал Виктор.

– К черту! – отмахнулся я. – Откуда вы вообще узнали о снимках?

– Понятия не имею, – пожал плечами хореограф. – Кто-то сболтнул лишнего, информация разошлась в определенных кругах, да еще всплыло название этого клуба. Мы заинтересовались…

– И Ольга узнала о банковской ячейке, – продолжил я за Виктора. – Кого вы подрядили на ограбление?

Долин помедлил и спросил:

– А что я получу взамен?

– Твое левое колено. Я не стану его ломать. А если меня устроит ответ, то ничего плохого не случится и с правым тоже.

– Серьезно? И я должен поверить тебе на слово?

– Я не убивал Ольгу и не собираюсь убивать тебя. Но ваши люди кое-что забрали из ячейки, и мне надо это вернуть.

– Там не было никаких снимков и негативов, – уверил меня Долин.

– Снимки – это миф! – разозлился я. – Кто ограбил контору? Говори!

– Анархисты.

Я шумно выдохнул и медленно произнес:

– Похоже, всерьез ты меня не воспринимаешь…

Виктора проняло.

– Дьявол! Но это действительно были анархисты! – поспешно повторил он. – Ольга познакомилась с ними в Париже! Ты должен знать это, если знаешь о «Паровом котле»!

В словах хореографа был определенный резон, и я приступил к расспросам:

– Что вы пообещали им взамен снимков?

– Чистые паспорта.

– Ясно. И что же пошло не так?

– Будто сам не знаешь! На выходе из банка случилась перестрелка с полицией! Да еще снимков ни в одной из ячеек не оказалось, вот они и решили, что их заманили в западню! Обвинили в этом Ольгу.

Звучала история складно, зацепиться было решительно не за что, и я попробовал зайти с другой стороны.

– А теперь самый главный вопрос: как мне их найти?

– Понятия не имею! – фыркнул Долин. – Их ищет вся столичная полиция!

– Но паспорта ведь они еще не получили, так? – сказал я и потребовал: – Не вертись! Стой, как стоишь!

Виктор оставил попытку обернуться и лишь покачал головой.

– Мы поддерживали связь через газетные объявления. После того как Ольга переехала в пансион, я сообщил им контакты человека, который подготовит документы.

Я не удержался от недоверчивого хмыканья.

– Но они ведь не добыли снимки?

– Они сделали свою работу, – хмыкнул Долин. – И они опасны. Надо было отделаться от них и продолжать поиски. Иначе под удар попадала вся операция.

– Да уж, в случае ареста они бы молчать не стали.

Хореограф вздохнул и спросил:

– Могу я опустить руки? Мышцы затекли.

– Так упрись ими в стену! – посоветовал я, не скрывая раздражения. – Итак, кто делает анархистам новые паспорта? К кому ты их отправил?

– А луну с неба не хочешь? – насмешливо прозвучало в ответ.

– Говори!

– Могу проводить, – предложил Долин. – Прямо сейчас.

– Нет! – с ходу отмел я этот вариант.

Идея выйти из клуба, удерживая хореографа на прицеле, меня нисколько не воодушевила.

– Кто делает паспорта? Проклятье! Да пойми – мне нет никакого резона убивать тебя! Просто скажи адрес!

– А дальше?

– А дальше я запру тебя в подвале. Отпущу, когда все закончится. Или начать ломать ноги?

– Улица Кюри, дом три, корпус два. Фотоателье «Прекрасное мгновение». Спросишь мастера Рено.

– Ладно, поверю на слово. А теперь шагай к лестнице.

Удивительное дело, но Виктор протестовать не стал, отлип от стены и осторожно двинулся по коридору. Сразу споткнулся, выругался и попросил:

– Проклятье! Верни фонарик! В такой темени сам черт ногу сломит!

Мрак для простого человека в клубе и в самом деле сгустился непроглядный, поэтому я вытащил из кармана фонарь и вложил его в заведенную назад руку хореографа. Честно говоря, носить при себе эту электрическую штукенцию было попросту неуютно.

– Двигай! – вновь распорядился я, продолжая удерживать Виктора на прицеле его собственного браунинга.

– Сейчас! – отозвался Долин и сдвинул ползунок фонарика, но лампочка не загорелась.

А меня будто под руку толкнули! Электричество!

Я уловил, как внутри корпуса что-то щелкнуло и загудело, и машинально скакнул в сторону, а миг спустя коридор прочертила ослепительная нить разряда! Она угодила в дверную ручку и осыпалась всполохом искр. Виктор крутнулся на месте и махнул рукой, вновь ловя меня на прицел замаскированного разрядника, но сразу грохнул выстрел. Хореограф выронил фонарик, схватился за грудь и сполз по стене на пол.

Когда я присел рядом, желая проверить, насколько серьезно ранение, он лишь прохрипел:

– Зря Ольгу… – и умер.

Пару секунд я еще зажимал рану Виктора ладонью и попутно безуспешно пытался нащупать пульс другой рукой, затем выдохнул проклятие.

Ну что за гадство?!

Ухватив покойника под мышки, я поволок его по коридору, вытащил на задний двор и бросил там. Бегом вернулся обратно, схватил на кухне первую попавшуюся тряпку и принялся лихорадочно затирать натекшую на пол кровь. А только-только замыл липкую лужицу, и на улице пронзительно заверещал свисток: не иначе постовой на перекрестке все же расслышал подозрительный хлопок.

Вот незадача!