Проклятие Мафусаила - Евгений Лурье

При въезде на военную авиабазу их дважды останавливали суровые солдаты. Низко надвинутые каски влажно блестели от дождя. Продолговатые капли срывались с козырьков. Из-под плащ-палаток выглядывали черные стволы штурмовых винтовок. Кастер перед ними не робел. Он говорил вполголоса, но солдаты как по команде поднимали тяжелые шлагбаумы и открывали массивные ворота.

Лимузин выкатился на взлетно-посадочную полосу. Кастер хорошо знал дорогу. Похоже, не в первый раз на этой базе. Что, в общем, вполне объяснимо. Пенелопа не была посвящена во все детали его биографии, но удивляться давно перестала. Четыре года по контракту в элитном подразделении ВМС США (были там какие-то мутные операции, достоверную информацию о которых так и не удалось раскопать), затем — степень магистра психологии в Колумбийском университете, потом — несколько лет работы аналитиком в Лэнгли… Кто знает до каких должностей добрался бы молодой и энергичный карьерист, но, поддавшись уговорам бывших коллег, перешел в частную охранную фирму. Когда началась Гражданская война, вместе с коллегами оказался замешан в некрасивой истории с расстрелом безоружных демонстрантов, которые пикетировали здание Нью-Йоркской фондовой биржи. Среди погибших оказались не только агрессивно настроенные афроамериканцы, но также женщины и дети. После подписания мирного договора Кастеру пришлось спешно покинуть родину, чтобы не оказаться на скамье подсудимых в качестве военного преступника. Несмотря на всю деликатность положения и настойчивость новых американских властей, руководители Секретной Службы Ее Величества посчитали его навыки и опыт чрезвычайно полезными для британской короны. Опасный убийца невинных мирных граждан бесследно исчез, а на свет появился господин Кастер, средних лет белый мужчина, занявший достойное место в отделе по противодействию экстремизму. После пяти лет безупречной службы у него вышел конфликт с новым шефом, приверженцем консервативных методов работы. Так он стал свободным художником и скоро оказался в службе безопасности «Феникса» — по рекомендации одного из членов правления, сына которого Кастер избавил от серьезных проблем с крупным драг-дилером из Роттердама.

У трапа самолета с ноги на ногу переминался стюард с зонтиком наготове. Он спешно распахнул его над головой Пенелопы, стоило ей ступить на мокрый бетон.

— Осторожнее, тут лужи, мисс, — пролепетал он.

Она смерила его ледяным взглядом. Из-за суеты казалось, что стюарда слишком много. Вместо того чтобы витать рядом незримой тенью, он, кажется, окружил ее со всех сторон. Надо будет сказать Кастеру, чтобы распорядился насчет нового стюарда.

В салоне самолета Пенелопа с ногами залезла в любимое кожаное кресло, такое большое, что вполне могло бы называться диваном. Устраиваясь поудобнее, она чувствовала себя маленькой хищной кошечкой.

— Чаю принесите, — потребовала она и спряталась под теплым шерстяным пледом.

Переговорив с пилотами, Кастер вышел из кабины и сел напротив. Он положил на колени включенный планшет и собрался говорить, но Пенелопа остановила его. Чтобы подразнить, она не стала ничего объяснять и просто молчала, пока не принесли поднос с чаем.

— Теперь слушаю.

Кастер посмотрел на нее с едва заметным осуждением, что не ускользнуло от ее внимания.

— Ситуация очень серьезная, — начал советник.

— Это я и так догадалась. Переходи к сути.

— У нас назрел конфликт с европейскими религиозными конфессиями.

— Стоп! Мы, кажется, только в прошлом году обо всем условились с Ватиканом. Им, что ли, мало пятисот тысяч доз? Это шутка?!

— Ватикан тут не причем, — покачал головой Кастер. — Папа соблюдает договоренности. Мы упустили из виду радикальные группировки. Они набирают силу.

— Мы упустили?

— Окей, я упустил.

Самолет пошел на разгон, и его голос утонул в реве маршевых двигателей. Пенелопа отвернулась от иллюминатора, чтобы не видеть, как горизонт заваливается набок. Когда они заняли эшелон и стало тише, Кастер продолжил:

— Главную угрозу представляют исламисты. Три года назад в тайную организацию «Джамият аль-Ислах аль-Иджтимаи» входили не больше трех сотен человек по всей Европе. Они были крайне разрознены и не представляли существенной угрозы. А сегодня у них налажена система компактных боевых групп, которые способны действовать автономно, но подчиняются единому центру. Общая численность военизированного крыла организации не поддается точной оценке. Я предполагаю, что не меньше пяти тысяч. С каждым днем их поддерживают все больше рядовых мусульман — беженцев из Африки и с Ближнего Востока.

— А куда смотрит шейх Салех?

— Он утратил прежнее влияние в Европе. У него сейчас назрели существенные разногласия с членами Общего Арабского Собрания. Ему не до нас.

— Почему-то, если нужны новые поставки сыворотки, он всегда готов помочь, а сейчас, когда мы обеспечили его на несколько лет вперед, он от нас нос воротит, — проворчала Пенелопа. — А чего хотят эти головорезы из «Джамията»?

— Они требуют равного доступа к сыворотке. Они называют «Феникс» сатанинским гнездом. Отец и дочь Джонстоны — исчадия ада, неверные, которые украли все богатство мира и вечную жизнь, пока возлюбленные сыновья и дочери Аллаха подыхают в нищете и голоде. Примерно в таком ключе.

— Исчадия ада, — с удовольствием повторила Пенелопа. — Мне это льстит.

— Я понимаю. Их псевдорелигиозная риторика образованного человека только забавляет. Но они уже не безобидные аутсайдеры. До сих пор мы без потерь отражали их нападения на вита-станции. Но то были пробные акции. Они изучают, как действуют защитные системы, какую тактику и оружие используют наши охранники, — Кастер сделал небольшую паузу. — Когда они перейдут к реальным делам, нам придется туго.

— Ты не справишься с этими голодранцами?

— Опасно их недооценивать. Нам удалось узнать кое-что о планах «Джамията». Намечено множество целей: подрывы вита-станций, покушения на наших медиков и ученых, публичные убийства постоянных покупателей вакцины. Это не пустые угрозы. Всех нам не защитить.

— Может быть, их руками действует кто-то из наших недоброжелателей?

— Если и так, я не нашел тому подтверждений. Пока, во всяком случае.

Пенелопа задумалась, насколько ему можно доверять. Кастер — профессиональный лгун. Не стоит сомневаться, что он может годами вести двойную игру, и никто не догадается. Существенных оснований не доверять ему не было, но это еще ничего не значило. Надо бы найти кого-нибудь надежного и такого же профессионального как Кастер, чтобы проследил за ним. Пенелопа удивилась, как эта идея не пришла ей в голову раньше.

— Ну, давай, рассказывай, что ты успел придумать, — подбодрила она его. — Ты же наверняка уже что-то решил. Например, передавить всех их лидеров, пока они первыми не нанесли удар.

— Я рассматривал такую возможность, — признал Кастер. — При определенных условиях подобные действия могли бы оправдаться, но не в данном случае. Даже если удастся добраться до нескольких десятков человек, которые входят в командное ядро, боевые группы продолжат террористическую деятельность. Неприятно признавать, но только своими силами нам не справиться. И жертвенные мученики… Не дай бог, они станут знаменем исламской революции. Нам такие проблемы нужны примерно как еще одна дырка в заднице. Пардон за мой французский, мисс.