Эра Мифов. Эра Мечей - Майкл Дж. Салливан

Солнце село, и Персефона бежала по лесу в свете полной луны. У нее не было времени ни на раздумья, ни на страхи. Волк тянул вперед изо всех сил, и люди насилу за ним поспевали. Между деревьев вилась едва заметная тропа, порой казавшаяся знакомой. Как ни странно, Персефона узнавала дорогу даже при такой большой скорости и слабом освещении. Очень скоро она убедилась, что той же тропой они следовали в день, когда на них напала стая волков.

«Вы пошли совсем в другую сторону… Я подумала, вы решили поохотиться на Грин. Пошла по вашим следам и увидела, что вы направились прямо в пещеру».

Тогда Персефона задрожала, теперь же спешила в том направлении намеренно.

«Сражаться с медведем мы не будем», – напоминала она себе.

Если повезет, медведя они даже не увидят. Цель – спасти Сури и Мэйв, а не убить зверя. И все же на душе у Персефоны было тяжело. Сперва погиб сын, потом муж, и вот настал ее черед. Боги наслали на ее семью проклятие в виде медведя, кроме нее не осталось уже никого.

«Есть ли у меня хоть единый шанс уцелеть этой ночью?»

Спешить было нужно, несмотря на эту отрезвляющую мысль. Персефона не могла оставить Сури и Мэйв без помощи. И ей приходилось следовать указаниям старого дуба. Она не знала, спасет ли это ее клан от гибели, но решила довериться богам и древним духам. Ее судьба была в их руках.

У Рэглана родился ребенок от Мэйв. Мысль застряла в сознании Персефоны, как неприятное послевкусие. Она витала в воздухе: ни подступиться к ней, ни поверить в нее было невозможно. Тем не менее, Коннигер сказал правду.

Была ли это страсть на одну ночь или любовь длиною в жизнь?

Хорошенько подумав, Персефона могла бы припомнить странные взгляды, натянутые или прерванные разговоры, которые в то время казались ерундой. Однако вспоминать она не хотела. В глубине души Персефона хотела сохранить память о Рэглане, как о честном и храбром вожде, действовавшем в интересах людей. Он был преданным. Не давал в обиду слабых. Защищал невиновных. Образ терял краски по мере того, как Персефона пробиралась по темному лесу, представляя брошенного младенца и крики несчастной матери.

«Никогда не слышал, чтобы взрослая женщина так вопила. Можно подумать, я резал ее на куски…»

Персефона недоуменно покачала головой. «Я совсем не разбираюсь в людях: сперва Ивер-резчик, потом мой собственный муж. С этими мужчинами я была знакома всю свою жизнь и при этом не знала их вовсе. Как же я не поняла, на что способны Рэглан и Коннигер?»

В отличие от Персефоны Минна устали не знала. Они все время бежали в гору, женщина взмокла от пота и отчаянно нуждалась в передышке. Изо всех сил дернув за ремень, она остановила волка. Вокруг расстилалось царство деревьев, лунного света и светлячков.

– Воды! – простонала Персефона, утирая лицо тыльной стороной ладони, тоже мокрой от пота.

Малькольм догнал их еще до входа в лес, принес бурдюк с водой и оружие. Себе он взял копье и щит Рэглана из чертога, Персефоне принес копье – и какое! Малькольм стянул Черное копье Мэта, основателя Далль-Рэна и внука Гэта, висевшее над троном вождя.

– Знакомые места, – заметил Малькольм, пытаясь отдышаться и оглядываясь по сторонам.

– Вот и я о том же, – откликнулся Рэйт. Он нес копье Персефоны, потому что она не могла одновременно удерживать волка на поводке и нести оружие, щит же прикрепил ей на спину.

Минна сидела с встревоженным видом и поскуливала.

– Странно, что мы их еще не догнали, – сказала Персефона. – Неужели старуха способна развить большую скорость? Ей ведь за пятьдесят! Не думала, что она такая прыткая.

– Сколько осталось до пещеры? – поинтересовался Малькольм.

Он прислонился к дереву и отпил из бурдюка.

– Понятия не имею. Вам не кажется, что мы не успеем? – Персефона взглянула сквозь густую листву на едва проглядывавший кусочек неба. – По крайней мере, луна полная, и мы сможем справиться со всем, что ждет нас наверху.