Война и сердце - Доминика Арсе

– Мы тоже тут орков с бароном Роланом подрезаем понемногу, сотни три уже прирезали, – добавляет Хоральд горделиво.

Леонид усмехнулся. Клавдий глаза выпучил. Он что, думал все это шутки с прибаутками?!

– Вот это да, – усмехнулся первый меч герцогства. – Валерия, как вам удалось собрать столько войск?

– Женилась там, бракосочеталась здесь, любовников море, должников еще больше, – смеюсь. – Люди, эльфы, гномы…

– Из области невозможного, эльфы с гномами плечом к плечу никогда биться не станут, – фыркнул Клавдий. – Так вот и верь женщинам. Небось тысячи три солдат и сотня верных рыцарей. Диверсиями занимаетесь.

– А я вот орчий совет слушал, – протянул Леонид. – Пока вы пытались к кости меня надуть.

– Это я–то надуть?! – Взвинтился Клавдий. – Сколько я вам должен уже, а?!

– Да забудьте, мой дорогой друг. Валерия, вернемся к интересующим меня вопросам. Далеко ли ваше войско от Ирна?

 Поведала любопытным мужчинам, что могла рассказать, опустив все детали и маневры. Леонид поверил, Клавдий нет. В голове сынка герцога не укладывается, что я двигаю такими массами и справляюсь с задачами, от которых рыцари Ирна просто сбежали. Самолюбие задето, а еще, видите ли, к отцу рвется. Зачем, интересно знать.

Но мне не до внутренних интриг, тем более их семейства. Главное, чтобы орки оборону города не прорвали. Поднимаюсь резко.

– Ждите здесь, – командую браво и ухожу в кустики, будто бы по нужде.

Перекинулась в бестию, залезла на толстое дерево и с него уже взлетела. Долго разведывать не стала. Все и так стало ясно, спустя пять минут полета. Лес горит с севера и разгорается небольшой очаг с запада. Гонят нас по диагонали прямо в лапы орчьего отряда. Судя по всему, там тысяча всадников, и не простых, к сожалению. Ощущается аура от вещей магических. Вернулась, мужчины уже костер потушили, еле нашла из–за этого. Настырные, хотят показать, что важные и независимые.

– Будем прорываться! По коням! – скомандовала, прихватывая за уздцы лошадь.

С запада тоже дым идет, если бы не разведка, естественно туда бы не сунулись, на то и рассчитывает нечисть. Но там еще мало что горит. Ринулись на запад, там орков поменьше…

Женщина впереди, три мужчины едва поспевают. Один постоянно орет –  «защищать маркизу!». Но я–то знаю, все наоборот. Отряды орчьи разрозненны в лесах, нечисть не ждет с этой стороны, но готова дать бой. Их же не отдыхать сюда прислали?! Мысль гложет, неужели мы так нужны оркам?! Или пленники важные, или я нанесла оскорбление такое, что теперь вся война направлена на возмездие мне. Подумаешь, прибила лидера. Им бы власть делить, да нового выбирать.

А может, все дело в магических метках?! Сейчас важно вырваться и гнать по прямой. А погоня, что погоня? Справимся.

Разрубаю орка на скаку и сшибаю лошадью второго. Визг стоит, боевой клич по всему лесу разносится. Кровь брызжет во все стороны и попадает на мою черную броню. Стараюсь перебить всех, опасаясь, что уроды зацепят мужчин. Я неубиваема, а вот они вполне уязвимы. Копье пролетает в опасной близости, солдаты орчьи хорошо их швыряют. Убираю меч, переходя на стрелковое оружие. Эффект неожиданности сработал, теперь жатва идет.

Конь спотыкается. Падаю… Кричат мужчины, ко мне бросаются, но я быстро вскакиваю и парирую удары рвущихся ко мне уродов. Сильные руки позволяют отбивать мечи вражеские так далеко, что после блока ударяю в открытые тела без особой хитрости. Хоральда окружают, бьется рыцарь отчаянно, но он без доспехов, как и эти двое, что обступили меня с обеих сторон. Мужчины – существа бесхитростные, когда дело доходит до опасной грани. Все орки в округе знают, что я маркиза, и что меня надо защищать.

– Защищать маркизу! – Передразнил один орк и загоготал противно. Он видимо, еще не понял, куда делась парочка отрядов и что там за месиво в двадцати метрах левее. Меч отбросила и в бестию перекинулась с когтями. Ну достали уже. Разорвала всех под визг и рев. К Хоральду ринулась. А они все от меня вместе с рыцарем. Едва успела за шкирку поймать, прежде чем трусишка на клинок напоролся, оглядываясь.

Тащу назад, брыкается. К маркизам под ноги его бросаю и в погоню за уродами. Надо всех, кто видел нас, убить, чтобы не сообщили, где мы…

– Как я мог полюбить эту ведьму? – Шепчет себе под нос Клавдий, вероятно, думая, что я не слышу, и дальше уже громко: – Миледи, вашей силе позавидует любой мужчина, а магии любой придворный маг.

– Храбрости, – выдает Леонид с иронией. – Кто же позавидует такой храбрости?

– Лорды там всякие Ирнские, – гнусавлю и решаюсь похвалить. – Думаю, вы тоже бились славно на Андре, но потом вас пленили, и вы отчаялись. Орки не стали пытать и мучить голодом, от чего вы еще больше расслабились.

– Да, да, – подхватил Клавдий. – Так и было.

– Мне нет оправдания, – корит себя Леонид. – Хоть мы и не оставляли попыток сбежать. Но эта проклятая владыками магия…

Три дня миновало. Степь с ветрами, как глоток свежего воздуха после подвала. Дыма надышались, проголодались и лошадей загнали до пены у рта. Показались мои разъезды. А с ними и Эрих в первых рядах. Быстро же он. Удивлена, а как два моих бывших женишка обескуражены!

Буквально стащил с лошади, обнял и понес куда глаза глядят по чистому полю. Меня! Грязную, пропахшую конским потом, взмыленную и не накрашенную. Вот это романтика! Несет жадно, как хомяк, подальше ото всех. И плевать, что погоня за нами где–то там, за пригорков еще тащится.

– А что ты готова сделать ради меня, Лера? – Шепчет, обнимаю за шею.

– Не знаю, – отвечаю полусонным голосом. Погони, нервы… истощена. Сама бы легко справилась, но этих тащить за собой было нелегко. Лететь наотрез отказались, ну их к черту.

– Жаль, что не знаешь, – шепчет маркиз, прижимая крепче. От него несет таким мужским стойким потом. Свое родное. – Забери меня с собой.

– Ты уверен?

– Все, что мне в этом мире дорого, сейчас в моих руках, Лера.

Чертов романтик. Сползаю настойчиво на землю, поворачиваюсь, ибо в глаза посмотреть хочу. И вот они передо мной. Светло–серые глаза полные решимости.

– Ты уверен? – Повторяю вопрос, глядя на него совершенно серьезным взглядом.

В голове прокручиваются картинки из прошлого. Земля, Москва, дома и улочки, позабытый быт и спокойствие. Мир без такого насилия как здесь, мир с правами и законами, расслабленный мир цивилизованных людей будущего. Я боялась думать о том, что буду делать, когда вернусь. Где мой мир? А если я возьму то, что мне привычно, возьму того, кто стал родным. Он будет удивляться, а я рассказывать и показывать. Это ведь так интересно! Азарт разгорается в груди. Почему бы и нет?!

В его глазах отражаюсь я, лицо отражает насколько я влияю на него, как командир, как женщина. Моя серьезность действует так остро. Теперь меня все принимают всерьез, вот же добилась. А порой, хочется иначе. Но детство мое кончилось, когда взялась отвечать за людей в Балейске.