Повелитель сумерек - Бертрис Смолл

— Она любит меня, иначе не родила бы мне детей. Феи не рожают детей мужчинам, которых не любят. А теперь они украли ее у меня. — Колл резко повернулся на троне и взглянул в окно на небо, где начиналась гроза. — Я хочу вернуть ее, Альфриг. Хочу вернуть, и верну! — На его красивом суровом лице отразилась твердая решимость.

— Мой господин, вы должны осознать действительность. Вы украли у этой феи ее воспоминания о ней, ее муже и детях. Убедили ее, что она ваша жена и вы ее любите. Она была испугана и растеряна, потому вы и завоевали ее доверие. Она забыла, что она фея, поэтому вы смогли оплодотворить ее. Когда ей вернули память, она сразу начала строить козни против вас, обманывала вас. Наконец, она с помощью своего наставника, принца-тени, бежала из Темных Земель и вернулась в свой дом к мужу и детям. Она не любит вас, мой господин. Не любит!

Колл спрыгнул с трона, схватил канцлера-гнома и швырнул его так, что тот пролетел через весь длинный зал и упал на пол с глухим стуком. В первое мгновение Колл подумал, что убил его, почувствовал огромное удовлетворение и панический страх одновременно. Но Альфриг встал с пола, отряхнулся и ощупал себя, проверяя, все ли кости у него целы. Убедившись, что ни одна из них не сломана, ощупал голову и обнаружил на ней струйку крови. Гном повернулся к своему разгневанному господину, церемонно поклонился ему и сказал:

— Я должен покинуть вас, мой господин, залечить мои раны.

— Пусть Крелл проклянет тебя и отправит в ад! — крикнул ему Колл, услышав стук закрывавшейся двери тронного зала.

«Канцлер ошибается, Лара меня любит», — подумал Колл и решил, что вернет ее. Даже если ему придется бросить на Теру все войска Темных Земель. Принц-тень заколдовал его, и теперь он сто лет не сможет выйти из своего замка, но он сможет вернуть Лару и не покидая Колбир. Он может послать своих великанов или вольфинов за ней, за доминусом Теры, который называет ее своей женой, за ее детьми. Но сначала ему нужно встретиться с ней на равнине снов и потребовать, чтобы она вернулась. Если она не возвратится к нему, он уничтожит Теру и все в этой стране. Она верна доминусу лишь потому, что имеет с ним общих детей. Но ему она тоже родила детей, и его сыновьям нужна их мать. Лара нужна ему. И он ее получит.

Повелитель Сумерек решительной походкой прошел из тронного зала в свою спальню — маленькую и узкую темную комнату, где стены и потолок были выкрашены в черный цвет, бросился на кровать, и его темные глаза стали закрываться. Еще до того, как сомкнулись веки, он начал мысленно искать Лару и приказывать ей, чтобы она пришла на равнину снов. Он делал это уже много ночей и чувствовал, что Лара появлялась на равнине, но ни разу не смог приблизиться к ней настолько, чтобы заговорить. Но сегодня он увидел вспышку золотистого света. Колл удивился и сделал шаг назад, от света у него болели глаза, и перед ним возникла Лара.

— Хватит, господин Колл! Я поговорю с вами сегодня ночью, но больше — никогда. Зачем вы звали меня на равнину снов? — спросила Лара, хотя заранее знала ответ.

— Ты ярко светишься. От твоего света мне плохо, — пожаловался Колл.

— Я больше фея, чем ты можешь предполагать, чем даже я сама знала. Я не создана для полумрака и темноты, как ты. Когда ты приказал мунинам украсть у меня память, ты забрал и знание о том, кто я, и этим ослабил мой свет. Больше ты никогда не сделаешь этого.

— Вернись ко мне, — попросил Колл.

— Нет, — спокойно ответила ему Лара. — Я никогда не вернусь к тебе. Жизнь в Темных Землях убьет меня. Мне нужно видеть вокруг себя свет, цветы и птиц.

Ее свет стал менее ярким, и теперь Колл смог хорошо ее рассмотреть. Ему показалось, что она еще прекраснее, чем он помнил. Он не мог отвести от нее глаз и, глядя на нее, чувствовал, как в нем пробуждается вожделение.

— Ты нужна мне, — тихо сказал он. — Я люблю тебя, и ты нужна нашим сыновьям.

— Если вы действительно любите меня, господин, то излейте эту любовь на сыновей, которых вы заставили меня родить для вас, — холодно ответила Лара.

Ее сердце феи ожесточилось. Колл действительно чудовище! Она никогда не простит ему то, что он сделал с ней. А то, что он использует своих сыновей Колбейна и Колгрима, чтобы добраться до нее, омерзительно сверх всякой меры!

— Ты любишь меня, — сказал ей Колл. Его глаза из серых стали черными и заблестели, их жгучий взгляд окутал Лару. — Ты меня любишь! — повторил Повелитель Сумерек.

— Я тебя презираю! — ответила Лара.

Холод в ее словах заставил Колла растеряться. Разве это возможно? Неужели есть хоть какая-то вероятность, что она не лжет? Он не выдержит такой правды!

— Скажи, что любишь меня, Лара, — попросил он, и это была почти мольба. Его одолевала мучительная жажда обладать Ларой.

Лара с удивлением поняла, что любовь к ней делает Колла слабее. Она не думала, что его может что-нибудь ослабить. Это интересно.

— Мне отвратительно даже смотреть на тебя, — ответила она. — Я не люблю тебя. Может быть, та несчастная, в которую ты превратил меня, немного любила тебя, но я не люблю.

В душе Колла поднялась яростная черная злоба.

— Ты думаешь, если я заперт в Колбире, ты сможешь спастись от меня и моей мести? Подумай о Магнусе Хауке. Как он будет чувствовать себя, если узнает, что ты дала мне то, чего не дала ему? — Колл ядовито усмехнулся. — А твои дочери? Может быть, я с помощью моей магии принесу их в свой Дом удовольствий и сделаю моими наложницами. Старшая уже почти взрослая. И у тебя есть еще сын от твоего первого мужа из Дальноземья. — Колл зло и лукаво улыбнулся Ларе.

Но улыбка тут же исчезла с его лица, и он отпрыгнул назад. Это Лара бросила к его ногам маленький огненный шар, и пламя опалило его одежду.

— На твоем месте я не стала бы охотиться за мной или моими родными, — предупредила его Лара. — Я способна убить тебя, Колл, так же как победила твоего предка Юси. Но может быть, вместо этого я просто заберу твоих сыновей и утоплю их. Я заставлю тебя умолять сохранить им жизнь, но в конце концов безжалостно убью их.

— В тебе, моя драгоценная, еще есть тьма, — пробормотал он, и в его голосе звучало удовольствие.

— Тьма есть в каждом из нас, Колл, — и в людях, и в магических существах. Но большинство из нас учатся побеждать эту тьму и дают свету сиять в своих душах. В том, чтобы защищать тех, кого любишь, нет зла.

— А наших сыновей ты не любишь? — спросил он.

Лара покачала головой:

— Они для меня ничто, Колл. Я не помнила, что я фея и какие обычаи у фей, поэтому родила тебе детей, которых ты хотел. Будь доволен этим, Колл, потому что больше я ничего не могу тебе дать и не дам.

— Если ты не вернешься в Колбир и не сядешь рядом со мной как моя жена, я не оставлю камня на камне в Хетаре и в Тере, моя драгоценная. Это я смогу сделать даже сидя в заточении.

— На каждый удар, который ты мне нанесешь, я отвечу двумя, — предупредила его Лара. — Не заблуждайся на мой счет, Колл. И пусть тебя не сбивают с толку воспоминания о той, кем ты меня сделал. Я прирожденный воин и уничтожу тебя. Мой меч Андрасте жаждет напиться твоей крови.