Общий враг - Павел Мамонтов

– Хорошо, – кивнул я.

* * *

Спокойным шагом я дошёл до своего дома, поднялся по лестнице, охраны нигде не было.

«Наверное, уже сняли», – подумал я.

Дверь соседней квартиры была открыта настежь, на лестницу выглянула Настя:

– Дядя Витя, вы так быстро вернулись.

– Как видишь.

– Я знала, а мама не верила. А я ей говорила, что вы скоро придёте.

– Ты умница!

Девочка улыбнулась.

– А теперь можно мы поиграем. Пойдёмте к нам, увидите, кто пришёл.

Маленькая ручка дёрнула меня за край рубашки.

– Ну хорошо, веди.

Первой я увидел Лену. Она стояла, прижавшись к стене, живот втянут, в глазах испуг. А напротив неё, свободно устроившись в кресле, сидела Лика:

– Привет, братик.

Рядом с креслом, на столе, покрытом белой скатертью, лежал пистолет. Мой «стечкин».

Я подошёл, забрал его, проверил обойму и, выщелкнув предохранитель, сунул за пояс.

– Привет. Спасибо, что вернула.

Я сел напротив, облокотился на стол, посмотрел на сестру. Какая она всё-таки красивая, близкая, родная! Второй раз за день у меня глаза стали важными.

Лика, как всегда, угадала мои мысли. Немного смутившись, она отвела взгляд, а потом посмотрела на меня так ласково, так нежно… И не скажешь, что она способна убить нескольких человек.

«Интересно, как это – убивать магией? Больше похоже на убийство голыми руками или огнестрелом?» – пришла откуда-то глупая мысль.

– Может, Лену с Настей проводим пока, поговорим без них?

– Почему? – обиженно спросила девочка.

– Настя! – шикнула на дочку Лена.

Лика изменилась в лице. Мягкость ушла. Сестра стала внимательной и сосредоточенной.

– Нет.

Лика часто-часто замотала головой. Только сейчас я понял, как она напряжена.

– Мне надо тебе кое-что сказать, Витя. Я слишком долго тебя делила: с твоими друзьями, с твоими бабами, с твоей глупой войнушкой, где тебе так хочется рисковать жизнью. Мне надоело. С некоторого времени, как ты догадался, у меня появились свои желания, своя цель в жизни. Я хочу идти туда, куда я хочу. И поэтому теперь… Выбирай, Витя, я или она со своей соплюшкой.

– Лика, погоди, что ты хочешь?

– Оставь к чёртвой матери этот Город! Пошли со мной, братик.

– Куда?

– На юг, конечно. Куда же ещё можно идти в Колониях? Ты увидишь новый мир.

– Подожди, Лика, ты всерьёз хочешь уйти?

Я взял её ладонь в свою. Мне вдруг так захотелось прикоснуться к ней, почувствовать её.

Сестра немного смягчилась.

– Да, хочу, или ты предлагаешь мне здесь остаться?

– А что в этом такого, Лика, мы можем что-нибудь придумать.

– Я тебе сказала, выбирай: я или она со своим вонючим Городом. Ты идёшь со мной?

– Ты изменилась, Лика.

– Пришлось, – сестра вырвала свою ладонь, вскочила с кресла и принялась нервно расхаживать по комнате. Чёрные волосы развевались за ней, как вырванный с ночного неба клочок тьмы. – Ты думал, я всегда буду потакать тебе, да? Твоим желаниям, твоим прихотям. Ты обо мне хоть раз думал, а каково мне здесь, когда ты в рейде? Дурак, мальчишка! Пора взрослеть в конце концов.

– Лика, – я тоже встал, – ну подожди.

– Я сказала – выбирай, – резко обернулась Лика.

А я и вправду не знал, что делать.

– Лика… ну как же так? Я так не могу.

– Значит, она тебе дороже? – срывающимся голосом выпалила сестра, указывая на Лену.

– Ну при чём здесь она? Я не могу… Зелёный Город… это моя Родина, я не могу её бросить. Лика, пойми, пожалуйста.

– А ведь я тоже, получается, иду против нашего Города. Понимаешь, Витя? Она, говоришь, тебе не дороже… ты слышишь, Леночка, ты ему не дороже меня… ты вообще ни при чём. Значит, она для тебя ничего не значит. А если убью эту суку?

– Не смей так говорить о маме! – встряла Настя.

– Брысь, мелочь!

Настя в слезах подбежала к матери.

– Что, ты сейчас будешь смотреть, как прострелю эти две очаровательные головки, или пойдёшь со мной?

Сестра выхватила свою тэтэшку.

– Лика… ты так изменилась… – медленно, с трудом выдавливая слова, сказал я.

– Ну так что ты решаешь?

Я вытащил пистолет, со щелчком убрал предохранитель.

– Ты будешь стрелять? В меня? – Лика удивилась, даже улыбнулась чуть-чуть – подумала, что я шучу.

Она была права: мысль о том, что я могу выстрелить в неё, вызывала даже не страх – улыбку.

Холодный пахнущий порохом ствол упёрся мне в висок…

– Я не могу… Лика, прости, пожалуйста… Я не могу с тобой идти.

– Ты что делаешь? – в ужасе спросила сестра, а я закрыл глаза.

– Лика, я не могу тебя остановить… Но, пожалуйста, не делай ничего плохого. Если сделаешь, то…

Я начал медленно вдавливать курок. Уловил прерывистое дыхание Лики – она судорожно решала, что предпринять. Уже почти выдавив слабину курка, услышал истеричный крик сестры:

– НЕТ!!!

И топот ног.

Когда я открыл глаза, сестры уже не было. Я медленно сполз по стеклянной дверце серванта на пол, раздумывая: «А стоило ли не нажимать на курок?»