Магия безмолвия. Эпизод II - Анна Кувайкова

Покинув сознание своего отпрыска, Повелитель эрханов на мгновение прикрыл глаза, потирая переносицу, и, отпив вина, задумчиво обратился к старшему принцу:

– Эта девочка, Эльсами… Кто она для тебя?

– Это имеет какое-то значение? – не открывая глаз, равнодушно спросил Ариатар, не шевельнув даже пальцем.

Он всё ещё боролся с яростью, которая не желала его покидать после того, как он вновь видел кошмар Саминэ. И оставаться равнодушным к её крикам он до сих пор не мог.

– Имеет, раз ты не дал ритуалу завершиться, – слегка изогнул бровь старший эрхан, глядя на сына. – Почему ты вмешался, Ари?

Открыв глаза, кронпринц Сайтаншесса пригубил вино и усмехнулся, не глядя на отца:

– При всём моём желании, я не смог бы помешать его завершению на самом деле. В то время, когда это происходило, я был едва ли старше девочки, что лежала на алтаре. Это был её кошмар, практически первое полноценное воспоминание с тех пор, как она попала ко мне. Я хотел дать ей досмотреть этот сон до конца, но сдержаться не смог. Это было выше моих сил. Ты наверняка знаешь от Сайтоса, что у неё нет ни голоса, ни воспоминаний. Ей и так слишком досталось.

– Он говорил, что ты её ненавидел, – мягко заметил Повелитель, не сводя внимательных глаз со своего наследника.

– Так и было поначалу, – пожал плечами Ариатар, отстранённо наблюдая за игрой пламени в камине. – Ты знаешь, что я не приемлю, когда мне ставят условия и не оставляют выбора. А Сеш’ъяр сделал и то и другое. Я не хотел, чтобы мама узнала о моём поединке с Рай’шатом, и только поэтому согласился на предложение директора и дал слово, что буду присматривать за бесившей меня девчонкой, которая разводила сырость по любому поводу, до тех пор, пока она всё не вспомнит. И только потом, после того, как Сайтос решил немного… помочь мне пересмотреть собственное отношение к этой человечке, я понял, что и мама, и ты всё равно рано или поздно узнали бы о моей мести, которая так и не совершилась.

– И ты мог нарушить данное слово, – задумчиво произнёс Шайтанар, которого несказанно радовало, что его сын наконец-то сам, без каких-либо просьб и уговоров решил открыть то, что его терзало все эти месяцы. И теперь Повелитель эрханов не держал зла на Сеш’ъяра за то, что Хелли пострадала от его руки. Она беспокоилась о сыне золотого дракона, а сам ящер, в свою очередь, похоже, намного раньше сделал всё, чтобы её ребёнок наконец пришёл в себя. – Но ты этого не сделал.

– Я привык соблюдать условия сделки, – хмыкнул Ари и, покачав в руках бокал с остатками багряного напитка, недовольно поморщился, словно испытывал отвращение к самому себе. И это было недалеко от истины. – И в то же время от мести отказываться я не был намерен. Я собирался использовать Саминэ в своих планах. Я хотел подсунуть её чёрному дракону так же, как проделал это он с Лиераной. Сеш’ъяр просил сделать из Эльсами некромантку, которая может обучаться на втором курсе, но для меня этого было недостаточно. Чтобы мой план осуществился, она должна была стать идеальной во всём.

– И она стала? – вскинул брови Шайтанар, невольно вспоминая тощего угловатого подростка, который пытался спрятаться за предметом мебели в кабинете тёмного эльфа, надеясь, что его не заметят.

Слова эрхана несколько не вязались с тем, что он видел, хотя он и сделал вид тем вечером, что не заметил её вовсе.

– А она и была такой изначально, хоть и сама не знала этого, – усмехнулся Ариатар, понимая, что доказать отцу правдивость своих слов не может, не рассказав о том, кем она является на самом деле. Узнай Повелитель, что девушка оказалась вампиром, едва ли его отношение к ней будет лучше того, что проявил Рик. – Кто может быть идеальнее и совершеннее жрицы Латимиры? Манеры, знания, рассуждения… Она многое потеряла за то время, что я её знаю, но и многое приобрела. Она казалась неповторимой, но стала ещё совершеннее, когда я научил её обращаться с магией. И как оказалось прошлой ночью, она не человек. Теперь и её внешность подверглась изменениям, и при следующей вашей встрече, если она состоится, ты вряд ли её узнаешь.

– Вот как… – тихо протянул Повелитель Сайтаншесса, задумчиво постукивая пальцами по подлокотнику, и, иронично вскинув брови, спросил: – И ты уверен, что Рай’шат на это купится? Зная о том, под чьей опекой была и остаётся девушка?

– Для начала его заинтересует уже то, что она долгое время находилась в моём обществе, – откровенно рассмеялся эрхан, краем глаза наблюдая, как Шайтанар, поднявшись, забрал у него бокал и отошёл к столу, чтобы вновь наполнить его вином. – Как минимум ему будет видеться возможность, чтобы через неё ударить по мне. А что же касается остального… Он увлечётся ею всерьёз, я уверен. Он просто не сможет пройти мимо неё.

– И ты готов сделать эту девочку орудием мести? – спросил правитель Сайтаншесса, вернувшись.

Протянув старшему принцу полный бокал, он сел на подлокотник своего кресла, опираясь руками на бёдра, и не торопясь стал пить терпкий напиток.

– Я… – Неожиданно для старшего эрхана его сын прикрыл глаза и с силой сжал зубы и кулаки, так, что побелели костяшки. – Я много думал над этим, но… я не знаю. Боюсь, что ответить на этот вопрос я пока не в силах.

– Ты меня удивил, – слегка выгнул левую бровь Шайтанар, который видел, что Ариатар говорит правду. – Раньше ты бы не стал даже задумываться над этим.

– Я сам себя удивляю, – криво улыбнулся демон и поднёс бокал к губам. Но прежде чем сделать глоток, негромко добавил: – Похоже, я уже не то чудовище, каким был, когда покидал замок.

– А ты им и не был, – поморщился Повелитель, смотря на сына, и мягко заметил: – Да, ты натворил глупостей, чем порядком разозлил меня и довёл Хелли до слёз, но до столь милого прозвища тебе ещё было далеко.

Ариатар лишь скривился, внутренне не соглашаясь с отцом. Похоже, Сайтос поведал о своём визите в Мельхиор далеко не во всех подробностях… Иначе утверждать подобное эрхан не стал бы.

Помолчав, демон глухо, с небольшим трудом, но всё же подбирая нужные слова, произнёс:

– Отец, мне действительно… жаль, что так получилось. Я не хотел её обидеть.

– Я знаю, Ари, – вздохнул Шайтанар и, потянувшись, несильно сжал плечо демона. – Я прекрасно понимаю, что двигало тобой тогда. И она понимает.

– Ты думаешь, она меня простила? – с некой долей удивления повернул эрхан к нему голову, не в силах поверить в подобное. Это было бы слишком просто, как бы заманчиво ни звучало.

– Она твоя мать и знает тебя лучше всех, – качнул головой Шайтанар, возвращаясь в кресло, где удобно устроился, уперевшись локтем в подлокотник и подперев щёку кулаком. Покачав бокал в другой руке, не давая багровой жидкости выплеснуться, добавил: – Рано или поздно ты сам поймёшь это. Но оставим пока эту тему.

– Что ещё ты хочешь узнать? – вскинул брови кронпринц, мысленно перебирая варианты, что же ещё могло интересовать Повелителя эрханов.

– Ты так и не ответил, что ты чувствуешь к этой девочке, – напомнил Шайтанар. – Она тебя изменила, и, как я успел заметить, в лучшую сторону. Магия Хранителей вернулась к тебе, не так ли?