Игра в реальность - Алексей Калугин

– Подозрительно, – мрачно изрек Витька, когда, не встретив никаких преград на своем пути, мы миновали металлические ворота и подошли к дверям, слева от которых висела вывеска с загадочной аббревиатурой ГОСТЫК.

– Что именно? – осведомился Менелай.

Я почти в один голос с ним повторил тот же самый вопрос.

– То, что нас никто не пытается остановить, – пояснил свою мысль Витька. – Такое впечатление, что про нас все вдруг забыли.

– Может быть, так оно и есть? – высказал осторожное предположение я.

– И что ты предлагаешь? – усмехнулся Витька. – Просто разъехаться по домам?

Вопрос был чисто риторическим: Витька прекрасно понимал, что так же, как и он сам, я не имею ни малейшего желания навсегда остаться в данном варианте реальности, не имеющем ничего общего с моим представлением о мире, в котором я хотел бы жить. Встретиться с Одиссеем нам нужно было уже хотя бы только для того, чтобы выяснить, есть ли у нас шансы вернуться домой.

– Может быть, стоит попытаться поговорить с Одиссеем по-хорошему, – предложил я свой вариант решения наших проблем.

– Тот Одиссей, с которым я когда-то водил знакомство, был в высшей степени здравомыслящим человеком, – тут же сообщил мне Менелай. – С ним можно было договориться без особого труда, поскольку он всегда прислушивался к серьезным аргументам.

Витька слов Менелая не слышал, но все равно скептически поджал губы.

– А что, если в ответ на твою просьбу помочь нам Одиссей скажет «нет»? – спросил он.

Что я мог ответить на такой вопрос – я только молча пожал плечами.

Решив, что более никаких возражений с моей стороны не последует, Витька взбежал по выщербленным каменным ступеням и широко распахнул дверь особняка, предлагая мне пройти вперед.

Холл, в котором я оказался, выглядел точно так же, каким я запомнил его по первому посещению. Даже пожилой вахтер в синем халате и берете, сидевший за письменным столом, показался мне знакомым.

Сложив газету так, что сверху оказался портрет президента, похожего на директора мыльной фабрики, он отложил ее на угол стола и внимательно посмотрел на нас с Витькой. Должно быть, вид у нас был настолько непрезентабельным, что он считал ниже своего достоинства задавать какие-либо вопросы – просто молча ждал, что мы скажем.

– Мы к мадам Лин, – не очень уверенно произнес я, поскольку у меня имелись определенные сомнения насчет того, по-прежнему ли работает здесь очаровательная дама, с которой мы повстречались в совершенно ином варианте реальности.

– К товарищу Лин, – с извиняющейся улыбкой быстро поправил меня Витька.

Вахтер даже бровью не повел, как будто ему было совершенно без разницы: что «мадам», что «товарищ».

– Вам назначено? – спросил он, строго глядя на нас поверх металлической оправы очков, сползших на самый кончик носа.

– Нет, – отрицательно качнул головой я. – Но мадам Лин будет рада нас видеть.

Вахтер с сомнением почесал бровь ногтем большого пальца.

Он вел себя в точности так, как подобает человеку, наделенному самой минимальной властью: старался по максимуму использовать предоставленные ему служебные возможности для того, чтобы доказать самому себе и тем, кого случайно свела с ним судьба, что он, хотя и пешка, но все же умеет делать правильные ходы, а следовательно, уже что-то значит в этом мире.

Витька легонько толкнул меня локтем, давая понять, что пауза слишком затянулась.

– Мы от Агамемнона, – многозначительно произнес я.

Признаться, я не ожидал подобной реакции на мои слова: вахтер повел себя так, словно я произнес заклинание, способное открыть любую дверь. Взгляд его тотчас же сделался заискивающим и даже, как мне показалось, немного испуганным.

– Ну конечно, конечно, мадам Лин будет очень рада видеть вас, – произнес он самым приветливым голосом, на какой только были способны его голосовые связки.

Рука его при этом потянулась к трубке стоявшего на краю стола черного старомодного телефонного аппарата, на котором не было диска с цифрами.

Опередив его, Витька прижал трубку к рычагу.

– Звонить никуда не нужно, – строго произнес он. И, улыбнувшись, добавил: – Мы хотим сделать сюрприз.

– Да-да, понимаю. – Вахтер закивал, как китайский болванчик. – Прошу вас.

Он приподнялся со своего места, словно собирался проводить нас до дверей кабинета мадам Лин.

– Мы знаем, куда идти, – снова улыбнулся вахтеру Витька.

Тот ответил ему такой же приветливой, хотя и несколько вымученной улыбкой. Вместо того чтобы снова сесть на стул и углубиться в изучение газетной передовицы, пожилой вахтер стоял и смотрел нам вслед, пока мы шли через холл и поднимались по широкой парадной лестице. Я был уверен, что, как только мы свернем на второй лестничный марш, он тотчас же схватит телефонную трубку и сообщит о нашем приходе куда следует. Вот только интересно было бы знать, куда именно?

– По-моему, все идет неплохо, – шепотом, почти не разжимая губ, произнес Витька.

– Пока – да, – так же тихо ответил я.

Я обратил внимание на то, что Витька не вынимает правой руки из кармана куртки, в котором у него лежал пистолет. Это мне совершенно не нравилось. Будь моя воля, я вообще бы выбросил пистолет прежде, чем входить в здание. Решить проблему с помощью оружия у нас не было ни малейшего шанса. Мы могли рассчитывать лишь на неожиданность нашего появления и на то, что Одиссей не только захочет говорить с нами, но и сочтет уместными наши требования. Последнее, признаюсь, вызывало у меня большие сомнения. Какой смысл Одиссею было вести с нами торг из-за клиппера, если и без того все козыри были у него на руках? В отличие от нас время его не поджимало. Он мог спокойно сидеть и ждать, когда мы засветимся не в том, так в ином варианте реальности. И тогда ему потребуется всего лишь протянуть руку, чтобы получить то, что ему нужно.

Поднявшись по лестнице, мы оказались в небольшом коридоре с десятком дверей, обитых черным дерматином. Я прекрасно помнил расположение двери, за которой должен был находиться кабинет мадам Лин. Но я помнил и то, что в ином варианте реальности этот же кабинет занимал сам Агамемнон. Поэтому, прежде чем открыть дверь, я решил подстраховаться.

Заметив бегущего куда-то по коридору клерка в помятой белой рубашке с большой красной папкой под мышкой, я призывно взмахнул рукой, пытаясь обратить на себя его внимание.

Замерев на месте, клерк устремил на меня вопросительный взгляд бледно-голубых глаз.

– Простите, – обратился я к нему. – Нам нужна мадам Лин.

Клерк молча ткнул пальцем в нужную нам дверь и, так и не сказав ни слова, побежал куда-то по своим делам.

– Послушайте! – крикнул я ему вслед. – А где мы можем найти Одиссея?