Академия Магических Талантов - Ольга Шерстобитова

Долетела и успела только, наученная горьким опытом, глубоко вдохнуть. Дальше все слилось и перемешалось. Вода, вода и вода… И ничего, кроме воды. И вдруг все резко закончилось. Чьи-то руки потянули меня вверх, я попыталась вырваться, ударила.

– Ну и зачем было драться? – спросил Снежный принц с какой-то непонятной нежностью, вытаскивая меня из воды и прижимая к себе.

В ушах звенело. Голова гудела, словно в ней поселился растревоженный улей. Я даже не сразу сообразила, что Снежный принц ласково покрывает мое лицо поцелуями, видимо, решив таким образом утешить и успокоить. Я невольно вспомнила, по чьей милости оказалась в водопаде, и собралась придумывать план мести, но губы Снежного принца оказались на моих. У, зараза блондинистая! Знает же, что я не могу после его поцелуев адекватно мыслить. У меня сразу глаза в кучку, а дыхание сбивается.

– Кхе-кхе, – раздалось чье-то хмыканье.

Мы резко остановились, обернулись и узрели…

– Гырхырдыр? – удивилась я, удерживая Снежного принца от необдуманных действий.

– Зеленого вам вечера, – вежливо отозвался болотный хмырь.

Зеленого? Это как? Или это такое особое приветствие у нечисти?

Я моргнула, завертелась и обнаружила вокруг болото. А мы, похоже, сидели на единственном свободном крохотном островке. Остальные были засажены камышами. Над головой – прямо-таки огромная желтая луна, похожая на головку сыра. И столько звезд, что не сосчитаешь. Лягушки квакают, зеленоватые светлячки повсюду кружатся… Какая прелесть! Я опять куда-то вляпалась.

– Что происходит? Ты его знаешь? – с нехорошим таким прищуром вопросил Снежный принц.

– Да, – коротко ответила я, не вдаваясь в подробности нашего знакомства.

– То есть мне его не убивать? – уточнил мой муженек.

Глаза нечисти стали похожи на плошки.

– Зачем меня убивать? – пискнул он, при этом подальше отодвигаясь.

Ответить Снежному принцу я не дала, ткнув его локтем под ребра. Потом быстро высушила нам одежду и посмотрела на хмыря, по-прежнему сидевшего на кочке и почесывающего свою макушку с аккуратными рожками.

– Гырхырдыр, а ты случайно не видел здесь Ларана? – осторожно уточнила я, вспомнив, зачем сюда явилась.

– Здесь он, здесь, – бодро выдал хмырь.

– Какого лешего… – начал было возмущаться муж, но под моим взглядом смолк.

– И что он на болоте делает? – уточнила я.

Хмырь болотный захихикал.

– Как его сюда занесло?

Вопрос, заданный Снежным принцем, болотная нечисть проигнорировала.

– А Дира, Гвен и Сашка тоже здесь?

– Здесь, – подтвердил Гырхырдыр.

– Живы? – шепотом спросила я.

– Разумеется, – обиделся на мой вопрос хмырь болотный.

– А позвать можешь? Или показать, куда идти?

Гырхырдыр кивнул, встал с кочки, просвистел, и перед нами вспыхнула дорожка, освещенная теми же зеленоватыми огоньками, что и все болото.

– Идите по ней, не сворачивая и не оглядываясь, – важно сказал он.

– Спасибо, – прошептала я. – Чем могу тебя еще отблагодарить?

– Ну…

– С чего мы должны ему верить? Он же – нечисть! – взорвался Снежный принц.

Ох, нетерпеливый ты мой! Чует сердце, сейчас будет весело. И угадала.

Хмырь болотный прищурился, щелкнул пальцами.

И вот стою я одна на тропинке посреди болота…

– Эй… – шепотом позвала я непонятно кого.

– Иди не оглядываясь, – высунулся из воды хмырь.

– А…

– Да ничего с ним не будет! Слово даю. Пусть кикиморы немного повеселятся, делая твоему красавчику комплименты, – фыркнул он. – Глядишь, и вежливости, и доверию научится.

Я вздохнула, поняв, что спорить бесполезно. Да и время уходит…

– Даешь слово, что с ним ничего плохого не случится? – все же переспросила я, вспоминая, что если нечисть слово даст, то нарушить его не сможет.

– Даю, – уверенно сказал хмырь болотный, с бульканьем исчезая в воде.

И что мне оставалось делать? Да ничего, кроме как идти по дороге. И я пошла. Если честно, то было жутковато шагать одной через болото ночью. Я время от времени вздрагивала из-за непонятных шорохов и кваканья лягушек. И каким-то чудом, не иначе, ни разу не оглянулась. Сдается, у болотного хмыря магия такая, что тропинка вмиг исчезнет, а я окажусь тонущей в болоте. Как из последнего выбираться – меня в Академии не учили, а зря…

Шла я так, шла и дошла до избушки. М-да… чувство юмора у нечисти точно есть. Даже, я бы сказала, с избытком.

Избушка была низенькой, заросшей мхом и мухоморами, в грязном окошке горел свет. Я осторожненько подобралась, попыталась разглядеть, что там происходит, но потерпела неудачу. Призвала лук со стрелами, подошла ко входу и распахнула двери. Споткнулась о порог и села, испуганно ойкнув. И хорошо, что села. Картина передо мной развернулась та еще…

Сашка, живой и невредимый, но почему-то в одних трусах, с карандашом в зубах ползал по листу бумаги, расстеленному на полу. За ним на четвереньках в легкомысленной пижамке, состоящей из топика и шортиков, ползла Дира, изумленно хихикая и пялясь на Сашкин… э… на моего друга больше, чем то ли на рисунок, то ли чертеж. Ларан устроился на скамейке, положив голову на колени Гвен, облокотившейся на стол и надувающей огромные мыльные пузыри, от которых пламя свечи колыхалось так, что грозило перекинуться на занавески в цветочек.

На меня не то что не посмотрели, но даже не оглянулись, когда я села. Не заметили.

– И что здесь происходит? – осведомилась я, не делая попыток встать на ноги.

А зачем? Все равно ведь от шока снова окажусь в этом положении.

Четыре пары глаз оглянулись и уставились на меня.

– Пенелопа! – первым пришел в себя Сашка.

Он как-то неверяще на меня посмотрел и блаженно вздохнул.

– Сестренка! Как мы рады тебя видеть! – воскликнул Ларан.

Я поднялась на ноги.

– А мы поженились! – огорошил Сашка, из-за чего я снова села мимо стула, в очередной раз отбив копчик.

– Как?

– А чего тянуть-то, если все ясно? – весело спросила Дира.

Лично мне ничего не ясно. Что за дурдом-то происходит?

– По порядку объясните.

– Я люблю Диру, – сказал Сашка.

– А я люблю Гвен, – отозвался Ларан.

– А я Сашу.

– А я…

– Погодите, – попросила я. – При чем тут свадьба-то?

– Мы прошли под цветочной аркой. Богиня связала наши судьбы, – сказали они хором, не сговариваясь.