Магия восстает - Илона Эндрюс

— Я почти нажал на тормоз, — сказал Кэрран, — но потом понял, что разговор с тобой, каким бы трудным он ни был — лучше, чем разговор с дырой в земле.

— Даже не знаю. Дыра бы не спорила с тобой.

Мне хотелось, чтобы он засмеялся, но он лишь прижал меня крепче.

— Я сделаю все, что угодно, лишь бы ты была в безопасности, — сказал он.

— Знаю.

Мы просто лежали рядом, касаясь друг друга.

— Мне не вериться, что я поддалась на уговоры Хью. Если бы ты не окликнул меня, я бы проткнула его, и тогда мы все бы погибли.

Кэрран издал тихий рык, приподняв верхнюю губу. Его тело напряглось, жажда насилия прошлась по нему, как искра по детонационному шнуру.

— Каждый раз, когда он смотрит на тебя, мне хочется убить его. И тогда я представляю, как ломаю ему шею.

— А я представляла, как убью Лорелай. Полагаю, твой план сработал, потому что Изабелла считает, что у меня меняется лицо, когда я ее вижу.

— Так и есть.

Я повернулась к нему.

— И о чем же оно говорит?

— Убийство. — Он поцеловал меня. — Знаешь, Барабас пытался атаковать меня вчера.

— Что?

— Когда Тетушка Би и Кира вернулись. Я видел это у него на лице. Он шел на меня, но Джорджи схватила его, а потом назвала меня хладнокровным ублюдком.

— Ты ранил его?

— Нет.

— В последнее время ты не особо популярен. Может, тебе стоит поработать над этим.

— Я знаю. Может, мне повезет, и меня выгонят со службы. Если это случится, уйдешь со мной?

— Не задумываясь.

Он наконец-то улыбнулся.

— Хорошо.

— Кстати, зачем использовать Саймана?

Кэрран поморщился.

— У меня не было выбора.

— Он же желает всадить тебе нож в спину.

— Как личность, Сайман абсолютно аморален, но как деловой человек — безупречен. Помнишь тот контракт, что мы подписали?

— Хм-м-м.

— В одном из пунктов сказано, что он сделает все возможное, чтобы обеспечить безопасность всех нас в целом и каждого по отдельности.

— Не плохо. — Сайман удивительно щепетилен в деловых отношениях. Он гордится этим. Мы подписали контракт и стали его клиентами. Теперь его эго, которое практически стоило ему жизни, заставляет его работать на нас, потому что по своим стандартам он не может выложиться меньше, чем на сто процентов. Я очень надеялась, что его деловая этика продержится до конца.

Небо посветлело. Где-то за горами появилось золотистое свечение. Скоро взойдет солнце. Скоро нам придется вернуться в замок, к Хью.

Я любила Кэррана, и по большей части находиться рядом с ним было легко. Но когда становилось тяжело, это практически разрушало меня. Интересно, у него так же? Быть одной просто, но я не могла отказаться от него. Он делал меня счастливой. Настолько счастливой, что я постоянно оглядывалась через плечо, будто украла что-то, и у меня в любой момент потребуют все вернуть.

— Этого не должно было произойти, — сказала я.

— Чего именно?

— Тебя и меня. Этого не было в плане. План был оставаться одной, скрываться, и убить Роланда. Счастье никогда не значилось среди основных пунктов. Какая-то часть меня до сих пор верит, что это лишь стечение обстоятельств, и рано или поздно меня лишат всего этого. Где-то в глубине души я даже жду этого. Любой намек на это, и я слечу с катушек. Ты мой, ты ведь знаешь это? Если ты когда-нибудь попытаешься уйти от меня, ничем хорошим это не закончится.

— Я тебя не заслуживаю, — сказал Кэрран. В его взгляде снова промелькнуло то самое отчаяние, которое я видела там прошлой ночью. — Но ты моя, а я тот еще эгоистичный ублюдок. Ты моя целиком и полностью. Не оставляй меня.

— Не оставлю. Как и ты, не оставляй меня.

— Ни за что, если ты когда-нибудь исчезнешь, я брошу Стаю и отправлюсь искать тебя, пока не найду. И не важно, сколько времени это займет.

Я знала, что он не лжет. Чувствовала это. Он найдет меня.

— Постараюсь не исчезать.

— Спасибо, — ответил он.

***

Когда солнце поднялось над горами, Астамур проводил нас в город, и там мы распрощались. Я спросила, можем ли мы что-то сделать для него. Он лишь покачал головой.

— В следующий раз, когда кто-то придет к вам за помощью, помогите ему за меня. Я помог вам, вы поможете им, и пусть цепь продолжается.

Мы пошли вверх по дороге — я и огромный лев. Мы решили, что шерсть предпочтительнее отсутствию одежды, и хотя Астамур предложил нам какие-то вещи, Кэррану они бы точно не подошли. К тому же, у нас обоих создалось впечатление, что у пастуха и так не много одежды.

Перед нами показался замок. Я вздохнула.

— Знаю, — сказал Кэрран с идеальным произношением, хотя слова шли из львиной пасти. — Мы почти закончили.

— Я напомню тебе об этом в следующий раз, когда мы увидим Хью.

Из горла Кэррана вырвалось тихое рычание.

— Спокойнее, Ваше Величество.

Мы оба знали, что сражение с Хью до сих пор не вариант. Я все еще понятия не имела, что он замышляет. Он заманил меня в замок. Он не пытался убить меня в открытую. Этот мужчина лишь льстит мне и называет особенной. Если все так и дальше пойдет… Я вздрогнула.

Кэрран посмотрел на меня.

— Просто представила, как будет выглядеть конфетно-букетный период в версии Хью.

— Как кровавое месиво, — ответил Кэрран. — Потому что я размозжу ему голову, и его мозг потечет у него из ушей.

Мне просто хотелось знать, каков финальный план.

Мы прошли через ворота. Клетку переместили из внутреннего дворика. Теперь она свисала с балки, идущей от сторожевой башни, прямо по центру двора на переднем плане. Внутри сидела Хибла. Я остановилась. Она уставилась на меня затравленным, лихорадочным взглядом, ее отчаяние настолько очевидно, что мне пришлось остановить себя, чтобы не броситься вытаскивать ее оттуда.

— Вот и ты. — Из дверей главного здания вышел Хью. — В целости и сохранности.

— Почему она в клетке?

— Все клетки нуждаются в постояльцах. Эта пустовала, и она показалась мне самым лучшим кандидатом.

Хибла сделала слишком много ошибок. Она выпустила меня из замка и потеряла, и теперь он посадил ее в клетку и выставил на всеобщее обозрение.

— Пожалуйста, выпусти ее.

Хью вздохнул.

— Что не так с клеткой? Кого я могу туда посадить, чтобы тебе не хотелось его выпустить?

— Себя.