Янтарный Меч 3 - Ян Фэй

Увы, и Кодан не ушел невредимым: чтобы провести успешный удар мечом, пришлось пропустить удар кулака гнома.

Боевые перчатки Вариана были покрыты металлическими шипами, которые не только ощутимо отозвались эхом удара в районе легких, но и частично оторвали мускулы и сломали несколько ребер.

Очевидно, старик достиг предела прочности, и явно не мог продолжать сражаться. Погрузив меч в песок, он продышался и только после этого смог встать на ноги.

Похвально, смертный. Тебе дозволено выбрать любую клетку и вызволить оттуда людей, если пожелаешь, – прогрохотал таинственный голос.

Так, ладно, я смогу открыть только одну клетку, – пробормотал старик, и, повысив голос, продолжил, обращаясь к молодежи в клетках, – так, Джока, и остальные у тебя в клетке, на выход! Позже расскажешь, как тебя угораздило.

Дверь клетки Джоки с его ребятами открылась в полном молчании. В момент поимки ребят разделило на две группы, так что попали в клетку они не одновременно. Похоже, Кодан спас бы кого угодно из них, только чтобы разобраться в ситуации, и не собирался за них биться за остальных. К тому же, всем и так было ясно, что сражаться старик уже не в состоянии.

Несмотря на частые склоки, на самом деле Майер и Коэн крепко дружили, и необходимость принятия трудного решения сейчас их вовсе не радовала. И все же, в итоге все понимали, что выбора у них нет, и перед судьбой они бессильны.

Так, сначала выбирайтесь из клетки вы, а то непонятно, когда дверь закроется, – на лице Коэна не отразилось ни следа паники.

Но… – начал было Джока.

Ладно, хорошо, что хоть кто-то из нас сможет уйти. А я попытаюсь придумать, как быть с остальными.

И какое же решение у тебя на уме?

Пока никакого.

Кодан больше не обращал внимания на парней в клетках. Да, Джоку и Майера он видел ранее, и считал их компанию кучкой малолетних безответственных смутьянов, не достойных внимания.

Смертный, желаешь продолжить испытывать судьбу? – снова раздался тот же голос.

Нет! – отказался старик и спрыгнул с помоста, одновременно выкрикнув в сторону Брэнделя, – что думаешь, парень?

Брэндель только пожал плечами.

Кодан в ответ бросил ему свой меч.

Лови, пока одолжу, раз уж твой черед. Посмотрим, что выросло у этого упрямого осла!

Присмотревшись к Брэнделю, он подошел поближе и пробормотал:

Сынок? – и тут же быстро покачал головой – нет, на вид тебе лет двадцать, не больше. Тогда внук. И уже Золотой ранг в таком возрасте. Что ж, если с этой точки зрения – таланта в тебе не меньше. Львенок – все равно будущий лев.

Вздохнув, старик, пожалел про себя, что не обзавелся в свое время таким вот потомком.

А Брэндель тем временем едва не выронил пойманный меч.

«Ого! Дед что, в мои года тоже уже был бойцом Золотого ранга? Он что, Благословенным был, чтобы заполучит Золотой ранг в двадцатилетнем возрасте?»

Такое было трудно переварить: совершенно невероятно, чтобы кому-то в эту эпоху удалось достичь Золотого ранга, едва разменяв третий десяток.

Брэндель потер лоб. Прежний парень, в чье тело он попал, ни разу не задавался подобными вопросами и не пытался понять, что скрывает прошлое его деда. Воспоминания персонажа начинались с момента его приезда в Бруглас. Чуть позже дед купил надел в Бучче и построил на окраине Бругласа мельницу.

Пускай прежний Брэндель и был рожден с немногим за душой, но жизнь его была сравнительно комфортной, и обычному парню его возраста вполне хватило бы обучения в отряде местной милиции. Один бы он не остался, да и недостатка в деньгах опасаться не стоило.

«А с другой стороны, если подумать, бабушка на дочь простолюдина тоже не тянула: многое знала и была грамотной. Похоже, все-таки из дворянского рода была, и непонятно, зачем бы знатной леди связывать свою жизнь с простолюдином. Неважно, насколько состоятельным и со всех сторон выдающимся, но простолюдином – слишком серьезное пятно на репутации в дворянских кругах!»

Брэндель еще раз на всякий случай прошелся по воспоминаниям персонажа, убедившись, что парень ни разу не заморачивался историей своего семейства. Слегка нахмурившись, он спросил Кодана:

Ты его знал?

Пробыл с этим упрямцем порядком, в твоем возрасте, и только выбравшись из родного городка. Пускай самомнение у меня было раздуто донельзя из-за рыцарского происхождения, по факту я оставался не более чем неприкаянным бесенком. Зато твой дед выпустился из рыцарской академии, куда принимали только дворян, и парень был серьезный. В общем, можешь смеяться, а мне не стыдно, что я некоторое время пробыл у него в подчинении.

Кодан хотел продолжить, но его прервал громкий голос:

Следующий!

Кодан оглядел небо над ареной.

Брэндель тут же отложил все мысли в сторону. Пускай память у него была фотографическая, и это позволяло вспомнить почти всех встреченных в игре персонажей, но десятилетия игрового времени давали о себе знать, и упомнить все события было сложно.

Одно чувствовалось точно: отношения между Коданом и его дедом были не столь просты, как это прозвучало из уст старика. Особенно с учетом кольца у него на пальце, идентичного дедовскому.

«Попав сюда, я все удивлялся, откуда у простолюдина кольцо Императрицы Ветров, пускай и подделка. А еще я расспрашивал того калеку в Бругласе, он утверждал, что картину деду подарил рыцарь… Ладно, все эти вопросы можно задать и позже. Пока старикан со мной – возможностей уйма. А у деда, похоже, яркое прошлое».

Медисса, пошли, – мысленно произнес Брэндель.

Поняла, господин.

Вдвоем они одновременно ступили на сцену.

У Коэна застыло лицо, да и Кодан озадаченно оглядел происходящее, спросив их удаляющиеся спины:

Вы вместе?

Но Брэндель и Медисса не ответили, сосредоточившись на предстоящей битве. Выйдя в центр помоста, они молча ждали появления противника.

И тут же Кодан осознал, какую именно силу Элемента использует девушка: Энергию Души. На такое были способен всего один вид сущностей.

«Немертвая!»

Тут же на место встали все детали паззла: почему Медисса бросилась на него вместо того, чтобы спасаться от завала, и почему девчонка не выказала ни тени страха: ей попросту нечего было бояться. Вторым пришедшим на ум словом было «некромант», но это явно было не к месту.

«Стоп, некромант