Легенда сумасшедшего - Денис Ватутин

Посыпались искры… вспыхнувший яркий луч ударил по металлу… Я промазал мимо пружины и с ужасом заметил, что лазер режет ролик правой створки. Я отпустил курок, но налившийся малиновым цветом цилиндр ролика, роняя искры в бездну шахты, треснул пополам, и мимо меня просвистел кусок раскаленного металла.

Я чертыхнулся, но тут раздался гулкий, усиленный эхом стук, и правая створка двери съехала вниз. Фигуры собратьев по оружию замерли…

Дверь слегка покосилась, с резким звуком отстрелила вбок пружина, звонко отрикошетив от направляющего рельса, и дверь с нарастающим грохотом скатилась с порога и, ударившись верхней частью о карниз, взмахнула рядом с моей головой и полетела в шахту…

— От этого бластера одни неприятности, — попытался сострить Йорген.

— Я бы поглядел сейчас, как мы выламывали дверь, вися в воздухе. — Я обиделся.

— Супер! — крикнул «Ящер». — Ты — монстр по части лазеров! Давай, на, забирайся на этаж!

Я, чувствуя дрожь в коленях и травлю со стороны завистников, уцепился за пазы двери и начал выползать на пол этажа охраны…

Подав руку Йоргену, а после него и паладину, я привалился к стене, достал свою флягу и, открутив дрожащими пальцами крышку, выдул из нее все одним глубоким хлебком.

Тяжело дыша, я закурил сигарету… Мышцы расслабились до состояния половой тряпки.

— Да… — протянул Йорген, тоже закуривая. — Зашли чаю попить, блин…

— Ребята! — в шлемофонах опять говорил Сенька. — Вы там как?

— А кто это? — переспросил Йорген, шумно выдыхая дым.

— Президент Гваделупы! — выкрикнул Сенька взволнованно.

— А я марсианский папа… — Йорген тоже вынул из комбеза свою флягу со спиртом.

— Блин! Люди! — Сенька явно нервничал. — Вы двадцать минут спускались…

— Остановились по интимному делу, на, — вяло парировал «Ящер».

— Они сейчас двери обесточат! — Сенька злился…

— Идем, товарищ Гваделупа, только попали на этаж. — Я тяжело дышал, и в моей груди разливалось тепло. — Запускай свою шарманку.

— Пока не выходит, — мрачно ответил Сенька.

— Ну что? — спросил я. — Пошли убивать танки?

— А пошли. — «Ящер» смачно сплюнул. — Я за Бруча кишечник им наизнанку, на, выверну…

Он тяжело дышал…

— Я им, как гарпия, рожу обглодаю… — продолжал «Ящер».

И тут… раздался гром… стены задрожали, и послышался шелест падающих камней…

— Они стреляют в вас! Срочно к турелям… Они взломали систему! Они догадались, куда вы идете! — кричал Сенька. — Я пытаюсь запустить турбины… что-то глючит… если пойдет ихний десант…

— Вешайтесь, суки!!! — заорал вдруг паладин и побежал по коридору налево.

— Стой! «Ящер»! — крикнул я вслед. — Стой, четвертый!

Но он не слышал меня: на стене, прямо передо мной, висела табличка-указатель: «БЛУ № 3», — он бежал туда.

— Йорген, — я попытался поймать его за рукав, — помнишь место расположения сервера по схеме…

— Конечно, а что?

— Гранаты есть?

— Да…

— Беги и хреначь его! Скорее!

Где-то за бетонными перегородками опять что-то взорвалось, и пол под нашими ногами задрожал.

— Но твой же сказал… — Йорген нахмурился — ему явно хотелось больше пострелять.

— Беги, не спрашивай! — прикрикнул я. — Мы будем слева по коридору!

Как ни странно, Йорген, пробормотав всего лишь «все у вас через задницу», побежал вглубь, по указателю: «Штаб казарм охраны».

А я кинулся бежать вслед за «Ящером».

Вновь пол под ногами вздрогнул, и раздался грохот взрыва снаружи.

— Стой! — кричал я. — Ты операцию сорвешь! Сержант, твою мать! Приказ «стой»!

«Ящер» уже скрылся за поворотом коридора. Он бежал мимо запыленных дверей и мерцающих огоньков каких-то интерфейсов, мимо смысла… Мимо всего на свете: он жаждал мести, и у него была возможность совершить ее… Я понимал его чувства, но был взбешен его поведением: он рвался отомстить за своих уже погибших друзей, а я… Я хотел спасти тех, кто еще жив…

Когда я подбежал ко входу в маленький отсек, где сквозь щель двери с надписью «БЛУ № 3, уровень безопасности „А“» виднелась стеклянная полусфера с черным вороненым стволом, окутанным спиралью бронированных трубок радиатора охлаждения, «Ящер» уже сидел за пультом орудия, нажимая какие-то кнопки.

— Стой, придурок! — крикнул я, подбегая к проему боевого отсека.

— Вам всем настал! — кричал паладин.

Где-то в недрах коридоров рванул громкий взрыв.

Что-то зашипело — это включились системы пожаротушения, которые стали поливать отсек ржавой пеной, но «Ящер» не обратил на это никакого внимания.

Вскрикнула резко сирена, и ровный женский голос из динамиков произнес:

— Просьба соблюдать спокойствие. Управление дверями отсеков временно заблокировано. Сотрудникам службы безопасности необходимо занять свои места согласно штатному расписанию. Повторяю…

Башня была в сильном волнении…

Запыленные створки боевого отсека начали медленно раскрываться, словно в обсерватории, и полусфера блистера[28]лазерной турели с противным скрежетом и визгом электропривода задвигалась по ржавым рельсам к проему в стене.

— Красное солнце восходит в зенит… — «Ящер» горланил один из гимнов паладинов. — Оно упадет на врага!

Я подбежал к нему и попытался выдернуть его из кресла стрелка, но он отчаянно сопротивлялся, работая локтями и лодыжками ног, закованных в бронепластины.

— Саламандра — это та, что купается в огне! — продолжал он.

Выла сирена, и монотонный женский голос опять и опять советовал никому не нервничать…

— Вот она ты! — рычал «Ящер». — Цель моя «приоритетная»! На!

И только теперь я заметил на полу свежие бледно-розовые пустые капсулы из-под шприц-тюбиков со стимуляторами… Драться было некогда и скорее всего бесполезно.

Кабина турели подъехала к краю, я подскочил следом, чувствуя свою нелепую беспомощность.

Заводская территория была как на ладони.

Сперва я заметил вспышку, из которой выросли четыре длинных дымных столба. Инстинктивно я отшатнулся за створку люка боевого отсека, зажал уши и открыл рот. Стены задрожали — казалось, гремит каждая молекула воздуха, — а в голове послышалось звонкое эхо пулеметной очереди и свистящее зудение.