Труба Иерихона - Юрий Никитин

В северной части города к машине подошел дряхлый старик водежде дервиша. Дмитрия не удивило, что Ал-Мас разговаривает с дервишем свеликим почтением, но показалось ещё, что за поклоном Ал-Маса стоит что-то ещё.Правда, если вспомнить, что во все века под личиной дервишей по странам ходилишпионы и диверсанты всех стран и народов...

Однако дервиш не делал никаких тайных знаков, не шепталпароли, пугливо оглядываясь по сторонам, не вел их загадочными тропами изакоулками к тайникам, где в кустах саксаула сидели вооружённые до зубовмоджахеды. Дервиш отвечал коротко, Ал-Мас слушал и кланялся. Потом дервиш ушёл,благословив Ал-Маса, а тот, сразу распрямив спину и повеселев, провожал егосчастливыми блестящими глазами.

Друг детства? спросил Дмитрий.

Ал-Мас взглянул с некоторым удивлением. Потом, решив, чточеловек в далёкой северной стране мог и не слышать про их дервиша, есть жетакие дикари, сказал уважительно:

Святой человек!

Много знает? спросил Дмитрий.

Ал-Мас покачал головой:

Святой тот, кто знает не многое, а нужное.

Гм, это в чём-то верно... согласился Дмитрий. Попробовалзайти с другого конца: А чем он занимается?

Ал-Мас удивился:

Странствует, несёт слово Истины.

Он её обрёл?

Ал-Мас чисто русским жестом почесал затылок, даже рожуперекосил от наслаждения или усилий мысли:

Полагаю, что да.

А как узнать?

Узнать может только готовый к Истине, ответил Ал-Мас. Нельзяучить высшей математике того, кто не усвоил арифметику.

Тоже верно, согласился Дмитрий снова. Он так и родилсядервишем?

Нет, конечно, удивился Ал-Мас, не уловив насмешки. Он, как ибольшинство дервишей, был из богатого и знатного рода. Более того, он былглавой могущественного рода, он был владельцем земель... из которых самыймелкий клочок был в триста квадратных миль, настоящий участок рая, где былидворцы, сады... А на других клочках земли выкачивали нефть, доставали из пещерзолото, драгоценные камни.

И что случилось?

Ал-Мас с некоторым непониманием посмотрел на Дмитрия:

Как у всех. Он начал думать про Истину, но Истина избегаетдворцов. Вот он передал власть старшему сыну, а сам переоделся в рубище нищего,пошёл по дорогам, стал искать бесед с мудрыми. Теперь он мудр, к нему шейхи идутза советом и поддержкой.

Сумасшедший мир, подумал Дмитрий. Даже в самой сумасшедшейиз стран, в России, уже не понять таких подвижников. Особенно в наше рыночноевремя, когда всяк гребёт к себе и только курица от себя. А здесь всё ещё могутбросить дворцы и уйти в хижины. Даже не в хижины, а просто уйти скитаться подорогам...

Ал-Мас уже медленнее вёл машину, пробираясь по узкой улочке.Сказал негромко:

Нам подали знак. Везде чисто. Ныряем вон в ту калитку!

За спиной остались металлические двери, низкийзабетонированный проход, ещё одни двери, а затем они спустились в подвал.Металлические ящики стояли под стеной, у Дмитрия перехватило дух. Богато живутарабы!.. Как они сумели закупить спецоружие для элитных подразделенийизраильских коммандос, новейшие французские автоматы, русские «калаши»,бельгийские снайперские винтовки с глушителями?

В благоговейной тишине они подбирали оружие, проверяли, вподвале слышалось только деловитое сопение, щёлканье затворов. Дмитрий в первуюочередь подобрал себе по руке тяжёлый армейский пистолет, автомат подобратьнамного проще, искоса поглядывал на боевиков.

Минут через десять пришли остальные: Иван, Моджади иАс-Зайдин. Все трое одеты для лёгкой загородной поездки, когда впереди игра внепривычный гольф, вино, купание с бассейне... можно прямо в одежде, любовь сженщинами под ясным звёздным небом.

Дмитрий заметил, что самый старший из арабов, Ал-Мас,по-прежнему с недоверием присматривается к зелёной косынке на голове Ивана.Белобрысый, широкомордый, с россыпью веснушек и курносым носом, Иван и самзнал, что его хоть сейчас на плакаты, какими изображают типичных русских.Командир его части часто говорил, что такие вот чистые русаки встречаются развечто в дальних сибирских деревнях, куда убежали староверы и куда чужих недопускают.

Слушай, сказал Ал-Мас, не вытерпев, у тебя такая красиваякосынка!.. Но почему... зелёная?

Иван довольно улыбнулся:

Красиво? Мне тоже нравится. Чёрная не годится солнце головунапечёт. Белая заметно, да и пачкается. Коричневую нельзя фашистом обзовут.Голубой цвет ещё красивый, но будут пялиться то как на сиониста, то как нагомика. Нелюбо! Красный бы классно, но в коммунисты запишут, не спрашивая... Авот зелёный в самый раз!

Ал-Мас потоптался на месте. Видно было, что ответ не шибкоудовлетворил, зашёл с другого конца:

У нас такие косынки носят борцы за дело ислама.

Иван удивился:

А я кто? Вот он я борец!

Ал-Мас оживился, симпатия к русскому сразу усилилась, ощутилдаже нежность, как к старшему брату. Каждому приятно иметь старшего брата поддва метра ростом и с такой широкой грудью.

Вот здорово! Я слышал, что Россия принимает ислам, но,честно говоря, не шибко верил. Про вас что только не болтают. А ты кто: шиитили суннит?

Иван смотрел с подозрением:

Суннит? А это куда?.. Ты меня такими словами не путай. Непутай, понял? Я ж тебе говорю, что я борец! Скворца с трёхсот метров на летубью. Чего тебе исчо?

С трёхсот метров... прошептал Ал-Мас восхищенно. Да у насдаже доблестный Назир-бек так не сможет, а он у нас лучший снайпер!.. Ты герой.Аллаху такие герои нужны. Их потом сразу в джанну. Ты ж знаешь, там каждогогероя встречает десять тысяч прекраснейших женщин! Молодых и девственных. А кутру их девственность восстанавливается!

Иван подумал, сплюнул под ноги, аккуратно затёр подошвой:

Вообще-то баба девки слаще... Но если у вас такие порядки,то и девственницы сойдут. А можно чтобы девственность не восстанавливалась?

Ал-Мас ответил с сомнением:

Вряд ли. У нас вера строгая! Что записано в Коране, то иделается.

Жаль, сказал Иван искренне. А то учить их заново...

Ал-Мас просиял:

Ах вот ты о чём! Нет, опыт сохраняется.

А, сказал Иван, тогда это хорошо. Я люблю, чтобы всё умели.А по правде, в нашем исламе можно и девственность отменить.

Ал-Мас насторожился:

Каком вашем?

Русском, объяснил Иван гордо. У вас сунниты и всякие тамшииты, а у нас вообще русский ислам! С нашими национальными особенностями.