Ричард Длинные Руки - рауграф - Гай Юлий Орловский

Сэр Норберт был прав, говоря о трудных дорогах к владениям мятежного герцога. Земные катаклизмы так изломали земную кору в этих местах, что нам приходилось тащить коней в гору, проводить по узким тропкам над пропастями, спускаться едва ли не в ад, где кипит и плещет раскаленная магма, и тут же снова карабкаться наверх.

Но и здесь люди живут, и, надо сказать, живут неплохо. Вулканические выбросы настолько удобрили землю плодородным пеплом, что урожаи тут снимают дважды в год, недорода не знают, коровы и овцы приносят двойной приплод, даже у кобыл обычно рождается по два жеребенка.

Сэр Ульрих осматривал добротные дома, вздыхая, явно вспоминая бедные избушки в своих владениях, а то и вовсе землянки, крутил головой и довольно резонно ссылался на то, что тут и зимы не бывает, а люди вообще живут сами по себе, даже налогов с них не берут… наверное.

Войско пошло мимо и дальше, а мы с группой рыцарей заехали в село. Сэр Растер сразу же сунулся в местный кабак, я с любопытством осмотрелся в середине села, народ выглядит диким, одеты чуть ли не в звериные шкуры, в то же время все выглядят здоровыми, сытыми и вполне довольными жизнью.

– Уже догадываюсь, – проронил сэр Арчибальд, – о чем думаете, сэр.

– О чем?

– Как бы проложить сюда дороги, – сказал он, – да запустить сборщиков налогов!

– Неужели все так видно? – удивился я.

Он засмеялся:

– Нет, но о чем должен думать в таких случаях лорд в первую очередь?

– Ну-у, – протянул я, – не все так просто. Налоги следует брать, если что-то даешь взамен. К примеру, хотя бы защиту. Но они защищены самой природой. Значит, я должен дать либо учителей, либо лекарей, на оплату которых и пойдет часть налогов… А так просто облагать – грабеж. Они должны видеть, куда идут их деньги.

Он задумался, поскреб затылок:

– Я как-то не продумывал так далеко, сэр Ричард. Пожалуй, не пойду в майордомы.

– От вас не первого такое слышу, – сообщил я.

Со стороны таверны раздался яростный вопль, треск дерева, грохот, звон, снова гневные и перепуганные крики.

Сэр Ульрих спросил испуганно:

– Что там случилось?

Арчибальд прислушался, отмахнулся:

– У сэра Растера лопнуло терпение.

– Терпение, – добавил Альвар знающе, – всегда лопается с очень громким звуком.

– Если сэра Растера обидели, – предложил Ульрих кровожадно, – можем устроить им кровавую баню! Формально эти люди принадлежат отложившемуся герцогу Джонатану, значит, их можно рассматривать как добычу.

Они все посмотрели на меня с ожиданием. Я вздохнул и развел руками.

– Они не враги, – объяснил я державно, – а мы не захватчики, а эти самые… освободители! И не хихикайте, сэр Арчибальд, мы пришли освобождать не их дочерей от девственности, а сараи от кур и гусей, а… ну… да, освобождать их души! Как от чего? От чего надо, от того и освободим! Однако есть категория, которые все-таки враги, где бы они ни находились, тут или здесь!.. Это колдуны, маги, чернокнижники, предсказатели и гороскопщики… а также все, кто служит черные мессы. Посещающие такие непотребства… тоже полувраги, но тут надо смотреть по обстоятельствам. Это я специально для сэра Альвара, который, как младший соратник сэра Растера, мучается от неисполнения некоторых законных прав завоевателей. Кстати, как там у вас с гарпией, кто-нить расскажет?

Двери таверны распахнулись, вышел довольный сэр Растер, шляпа набекрень, перья исчезли, на ходу посасывал сбитые в кровь костяшки пальцев.