Падение «Галактики» - Вячеслав Шалыгин

– Ты думаешь, что Викторов их ставленник?

– Совсем наоборот, Адмирала они ненавидят. Ведь он фактически лишил их армии. Все гораздо сложнее…

Геральд замолчал и прислушался к сообщению, которое поступило в его вставленный в ухо миниатюрный приемник.

– Краусс объявил общий сбор, – выслушав послание, сказал офицер.

– Да прибудет с ним Сила, – с облегчением проговорил один из псевдополицейских. – Надоела эта форма. Все косятся, как на врагов… Даже свои.

– Они-то в первую очередь, – поддержал его другой. – Хотя, если они узнают, что мы не полиция, а контрразведка, добрее их взгляды не станут…

– Итак, ты утверждаешь, что пришельцев напугать можно, – расхаживая по отсеку, констатировал я. – Во время ваших бесед по душам они были достаточно откровенны, чтобы раскрыть перед тобой свои тайные страхи?

– Не совсем, – ответил Викторов. – Это мое личное предположение…

– На чем оно основано?

– На формальной логике. Чего или кого может бояться левиафан? Кого-то смертоносного? Как человек боится змеи или тарантула?

– Вариант, – согласился я.

– Но мы прекрасно видели, что, как только истребители прекращали огонь, пришельцы о них забывали. Значит, огневая мощь наших машин их не взволновала?

– Вариант отпадает, – снова согласился я.

– Тогда, может быть, они испугаются чего-то неизвестного? Людей непонятные им явления пугают сильнее всего…

– Мы говорим о существах, которые путешествуют во Вселенной уже тысячи лет, – возразил я. – Неужели им ни разу не встретилось то, чего они не могли понять? Однако эти встречи их не остановили.

– Значит, эта версия отпадает тоже? – спросил Адмирал.

– Совершенно верно, – ответил я. – Но с чем мы тогда остаемся?

– С тем, чего они не могут одолеть физически, – сказал Викторов. – С чем-то, что они не способны ни разрушить, ни проглотить. Но, самое главное, левиафаны должны твердо знать, что это им не по зубам.

– Ты предлагаешь засунуть им в глотки по Луне? – спросил я.

– Вот именно! – неожиданно серьезно ответил Адмирал. – Помнишь наш разговор о совершенстве пришельцев? Я упомянул о еще более грандиозных существах. Они почитаются чужаками, как полубоги, хотя совсем не так хорошо вооружены и многочисленны. Почему? Только сейчас я понял, что все дело в размерах! Я не надеюсь, что ты поймешь психологию пришельцев из запредельных галактик, но поверь мне – они боятся того, кто больше. Поэтому, кстати, они обходят стороной планеты и крупные спутники.

– И это все?! – Я удивленно остановился перед пультом. – Стоит нам запустить навстречу стаду чужаков десяток крупных астероидов, и они повернут обратно? Бред! Полнейшая чушь!

– Не спеши с выводами, Игорек, – совершенно не обижаясь на мои слова, продолжал Адмирал. – Астероидами тут не обойтись. Нам нужно демонстративно сожрать пару сотен левиафанов живьем. Причем лучше всего проглотить их не жуя. Тогда они испугаются наверняка…

– Отличная мысль! – Я рассмеялся. – Глотать будешь ты один или позовем на пирушку еще десяток активных вегетарианцев?

– Я пока не знаю, но другого способа избавиться от пришельцев у нас нет, – ответил Адмирал.

– Поверить не могу, что подобное происходит на самом деле, – схватившись за голову, пробормотал я. – В первую очередь я, конечно, не могу понять, что скрывается за твоей внезапно проснувшейся любовью к человечеству, но и в чужаках есть нечто совершенно недоступное моему разуму.

– Правильно, на то они и пришельцы, – ответил Викторов. – Что тебя так мучает?

– Их движение, – сказал я. – Они идут, словно не замечая вокруг ничего и никого, кроме жратвы. Они не пытаются уберечься от зловредных вооруженных машин, которые выбивают из их строя целые шеренги. Они тупо стремятся куда-то вдаль, и совершенно непонятно, знают ли сами пришельцы, где находится их цель. Разве не странно? При условии, что они разумные и высокоразвитые существа… Хотя постой, Викторов, когда ты осваивал азы учения, то общался непосредственно с пришельцами?

– Нет, но какое это имеет… – Голос Адмирала вдруг понизился на целую октаву, и закончил фразу он почти басом, – значение?

– Что с тобой, говорящая голова? – обеспокоено спросил я. – Заболел?

– Заболел, – тем же басом согласился со мной Викторов. – И умер, если рассматривать меня как мыслящую личность. Хотя я всегда считал себя разумным и вроде бы неглупым существом. Как же я мог поверить в такую откровенную ложь?! Пришельцы и биомехи! Найти сходство между нами и чужаками можно было только под гипнозом! Или просто эти обманщики решили использовать наши сокровенные мечты, превратив их в приманку? Логика! Ты был прав, Игорек, логика наоборот! Все идеи строились только на отрицании человеческих норм! Ничего нового, непостижимого в их учении не было! И не могло быть, потому что это все оказалось искусно построенной ложью. Теперь я вижу, насколько был наивен и глуп. Да, между нами и этим легионом пришельцев все-таки есть сходство. Определенно есть! Мы просто два больших стада! Их, как баранов, гонят пастись в наши галактики, а нас, словно овчарок, заставляют оберегать отару, пока она мирно пасется. Вот и вся идеология! Меня обвели вокруг двух пальцев!

– Не путай поговорки, – вмешался я в его приступ самобичевания. – Обводят вокруг одного пальца. Два пальца… в общем, с ними делают не то… и кто же был этим злым обманщиком?

– Да ты его не знаешь, – опомнившись, попытался увернуться Викторов.

– Нет уж, разумная ракета, выкладывай все до конца! – строго приказал я. – Те невообразимые суперпришельцы, которых мы должны сымитировать, чтобы распугать «баранов»?

– Да нет, это же легенды. Подобных монстров никто никогда не встречал. Змей-Горынычи, одним словом… Сказочные персонажи…

– Тогда кто?

– Я не уверен… – снова заюлил Адмирал.

– Обрежу последние нервы, – пригрозил я.

– Духи, – наконец признался Викторов.

– Приехали, – сказал я, разводя руками. – Теперь я вынужден согласиться с утверждением, что ты болен.

– А я – наоборот! – обиженно ответил Адмирал. – Я знал, что ты мне не поверишь. Потому и не хотел говорить.

– Хорошо, – отступил я. – Допустим, что я тебе верю. Кстати, мы это допустили еще с самого начала, когда я сделал вид, будто твоя забота о человечестве мне понятна…

– Невозможно работать, – проворчал Викторов. – В атмосфере такого отвратительного недоверия я просто задыхаюсь…

– Ты задыхаешься от нехватки биомассы, – возразил я. – А мне все равно не ясно, как ты не заметил раньше, что тебя надувают? Однако снова допустим… Допустим все, что угодно. Главное – результат. Итак, духи…

– Как ты еще назовешь собеседников, которые не пользуются радио или гиперсвязью, но разговаривают с тобой каждую ночь?