Кровь драконов - Ольга Воскресенская

— Льера, не тяни, — пихнул меня под столом братец.

— Вы, наверное, уже знаете, что я случайно превратила своих лордов в статуи? Только не надо играть на публику и восклицать, что это невозможно, — сказала я, сразу расставляя точки над «ё». — Не пытайтесь меня убедить, что ваши подданные шарахались от меня просто так. Они наверняка боялись моего дара карательницы и не хотели быть превращенными в живые статуи.

— Они боялись не вашего дара, а случайности, — спокойно, но с легкой усмешкой пояснил Великий. — Хотя конечно же очень жутко оказаться навечно запертым в собственном теле. Гораздо гуманнее, когда существо просто превращают в бесчувственный и безжизненный камень.

— Вы так говорите, словно я пользуюсь своим взглядом направо и налево, — чуть обиделась я.

— Не сочтите за дерзость, но если говорить откровенно, то вы производите впечатление не очень сдержанной особы, — осторожно заметил Великий. — Посол об этом неоднократно писал в своих донесениях.

— Это было в начале нашего знакомства, — краснея, принялся оправдываться передо мной Арвис. — Льера, ты сама вспомни, как мы в первый раз встретились. Я был вынужден написать правду!

— Сейчас-то многие из нас поняли, что слухи о вашем нраве несколько преувеличены, — поспешил успокоить меня Астадек. — К сожалению, основная масса народа верит молве, и я не в состоянии ничего исправить. Вас называют Великим Ужасом. Только, честно говоря, ужас будет не в том случае, если вы немного ослабите контроль над собой по отношению к тем же бандитам, пытающимся вас убить, а в случае, если им это удастся… Тогда последствия будут масштабнее.

— Я понимаю и очень стараюсь себя контролировать. Вашим подданным, за исключением нескольких враждебно настроенных персон, нечего опасаться, у меня самые благие намерения, — заверила я. — В Вассарии все действительно произошло случайно и очень неожиданно для меня. Кто ж знал, что после совершеннолетия взгляд будет действовать и на василисков.

— А зачем вам кровь? — не выдержал Бескрылый наших расшаркиваний с главой Совета.

— Она может вернуть к жизни лордов, — ответила я. — Нужна всего капля крови живого дракона, рожденного в первородном пламени.

— Это Огненного, что ли? — уточнил Парящий с искренним интересом.

— Не знаю, — развела я руками. — Но кровь Арвиса не подействовала, значит, нет. Наверное, все же имелся в виду дракон какой-то другой Семьи.

— Не везет, кровопускание этим огнеметам отменяется, — с искренним огорчением пробормотал Парящий. — А хотелось бы на такое посмотреть.

— Лучше смотри, как бы лично твою не попросили, — не смолчал Огненный.

— Так, тихо! Говорите только по делу, нечего демонстрировать гостям наши разногласия, — потребовал Великий.

— Может, имеется в виду дракон с чешуей, закаленной в пламени Огненного? — предположил Бескрылый.

— Льера, а сами вы что по этому поводу думаете? — спросил Туманный.

— У меня слишком мало сведений о вас, — призналась я. — Мы надеялись разобраться на месте…

— Коллеги, кто в силах помочь информацией? — поинтересовался Великий. — Бескрылый, ты точно ничего не видел в архивах? Огненный, может, ты?

— Я видел, — раздался спокойный голос Зеркального. — В хрониках времен Белтвейна объяснялось, что это дракон, который в своей ящероподобной ипостаси искупался в лаве вулкана. Чешуя после такой «ванны» становится ярко-алой. Дракон перерождается в сильнейшего Огненного, если выживет, конечно.

Его последние слова камнем зависли в воздухе. Никто не страдал отсутствием воображения, поэтому бурлящая «ванна» представилась очень хорошо, отбивая охоту оказаться в числе смельчаков, желающих перерождения.

Я очень сомневаюсь, что в этих землях найдется хоть один дракон, уже прошедший подобную процедуру. Пока что никто из представителей соседнего народа не показался мне сумасшедшим, способным нырнуть в лаву. До этого момента вряд ли кто-то знал, какие выгоды сулит купание в жерле вулкана, за многие тысячелетия информация забылась.

— Кажется, добровольца будет довольно сложно найти, — в тишине вздохнул Великий.

— Так он у нас уже есть, — заявила я.

Арвис несколько побледнел и спал с лица. Он недоверчиво посмотрел на меня, пытаясь понять, а не ослышался ли. Вокруг него даже слабое сияние появилось!

— Льера, я что-то не помню, чтобы соглашался на подобное…

— Не ты, — покачала я головой. — Не переживай.

— Я не пущу Дейкона в кратер вулкана! — встав, громко, с решительным видом объявил Таврос. — Это самоубийственно для него! Кровь дракона в нем весьма слаба и не защитит от жара магмы, он даже полное превращение совершить не сможет. Я не могу допустить, чтобы мой кровный родич так рисковал. Да я лучше сам вместо него…

Таврос осекся, поняв, что увлекся, но было поздно. Я уже подловила его на слове, в связи с чем улыбалась от уха до уха. Его весьма эмоциональную и прочувственную речь слышали все Отцы, они не позволят ему отступить.

Я оказалась права.

— Весьма похвально, молодой человек, — тут же сказал Туманный. — Родина не забудет вашего подвига во имя мира между двумя народами. Надеюсь, вы не окажетесь трусом и не передумаете.

Туманный благодаря своему большому жизненному опыту прекрасно знал, куда надавить и на чем сделать акцент. Уж теперь Таврос точно оказался приперт к стенке, ведь вряд ли ему захочется прослыть трусом на всю страну. Его репутация оказалась полностью во власти Отцов, способных как возвеличить, так и изничтожить доброе имя.

• Бывший командир наемников одарил меня взглядом, в котором смешались злость и уважение. С одной стороны, я видела, что он готов меня придушить, если не придумает другой, более достойной кары. Лезть в лаву добровольцем ему явно не хотелось. Впору казнить себя за несдержанность, но любой предпочтет отыграться на враге, а не обвинять себя. С другой стороны, Таврос умел уважать сильного противника, способного его достать. Он не мог не признать, что мой ход был весьма удачен, провокация полностью удалась.

— Сочтемся, — пообещал Таврос с кривой усмешкой.

— Льера, а как же наша кровная связь? — напомнил дроу. — Если он умрет…

— Ничего не произойдет, — перебил Арвис.

— Дейкон, твой дядюшка прыгнет в лаву не с целью самоубийства, а для перерождения, — пояснила я. — Кровная связь не сможет стать препятствием, если кто-то из родичей решил усовершенствовать свои способности и выйти на другой уровень бытия. Ну а если не получится… черное будет тебе к лицу.

— Стерва, — произнес Таврос одними губами.

— Злыдня, — поправил Мерк с довольной улыбкой. — Уела она вас.

— Нахал, — выдал очередной эпитет дракон-полукровка. На более решительные меры в зале Ализиума он не пошел: мало ли как это воспримут Отцы.