Баба-яга Бессмертная - Елена Никитина

Васька сделал движение в сторону Камня, но князь оказался на этот раз более расторопным. Он лихо перемахнул через жертвенник, так и не обагрившийся сегодня ничьей кровью, перехватил главный предмет несостоявшегося договора и первым нанес сокрушительный удар.

– Я тебя уничтожу, тварь!

– Попробуй!

Его маниакально настроенный противник паниковать пока, похоже, не собирался и удачно удар отразил. Не знаю, на что Васька теперь надеется, но магической поддержки в моем лице он уже не получит, это точно. А зная Александра, я могла с твердой уверенностью сказать, что уж если он вбил себе что-нибудь в голову, то его ничего не остановит. Сейчас основной задачей настоящего Кащея было убить моего убийцу, чем он и был сильно занят. Меч бился о меч, звенела сталь, во все стороны летели искры, проклятия и пожелания скорейшей кончины.

– Ты ответишь за все, никчемный ублюдок!

– Отдай мне Камень, и я пожалую тебе не такую мучительную смерть, как хотел сначала.

– Теперь ты точно не получишь его!

– Получу!

Я наблюдала все это со стороны в каком-то неприятно отрешенном состоянии. Шишка на затылке пульсировала все сильнее, и мне казалось, что она так скоро разрастется до поистине невероятных размеров. Не хотелось бы выглядеть двуглавым чудовищем, пусть даже на собственных похоронах. Надеюсь, мне в гробик положат мягонькую подушечку, а то неудобно будет на жестком лежать, шишка мешать будет.

Александр с Васькой кружили вокруг жертвенника, не особо заботясь о сохранении целостности окружающей меблировки. На пол полетели черепа, раскатываясь в разные стороны. Один такой, уже лишившийся нижней челюсти, подкатился ко мне и жалобно уставился своими пустыми глазницами. Так и захотелось ободряюще погладить его по гладко отполированной макушке. Все будет хорошо, черепушенька, не бойся.

Следующим этапом разрушения были стеллажи со склянками, которые с оглушительным звоном рухнули на пол, заливая все алой жидкостью. Вот парадокс – еще никого, кроме меня, не убили, а уже крови по колено.

– Отдай мне Камень! – зарычал Васька, с трудом уворачиваясь от града ударов, которыми его осыпал Александр. Негодяю удалось обежать жертвенник и оказаться вне досягаемости меча возмездия.

– Попробуй возьми! – отозвался князь, подкидывая Камень в левой руке.

Он был предельно сосредоточен и холоден, короткая передышка его не радовала. Мне даже показалось, что ему все равно, что с ним будет дальше. Его глаза… Да я сама прибью Ваську только за то, что он довел моего любимого Кащеюшку до такого состояния холодного отчаяния и мстительного равнодушия! Что этот негодяй себе позволяет?! Кто он вообще такой?! Червяк подземный!

Все! Теперь я точно разозлилась! А шишка на затылке только подогревает пламя моей плохо уже контролируемой ярости. Сейчас кто-то у меня заработает на орехи. Вот только воскресну… Или я все-таки так еще и не умирала? Ну не могут же трупики так люто ненавидеть и злиться! Значит, я жива! Ура! Колечко показало себя на высоте и не подвело. Зря я в нем сомневалась, артефакты врать не умеют. Все, я воскресаю! Хана самозванцам!

И надо же было именно в этот момент Александру со всей дури швырнуть яйцо раздора об стену. Я, конечно, понимаю, что ему уже все равно, но нельзя же так.

– На, получи свой Камень, скотина! – с непередаваемой ненавистью в голосе, рыкнул он.

– Безумец! – прошептал Васька одними губами, с ужасом наблюдая за последним полетом всех его мечтаний.

Время, казалось, приостановилось, замедлив все движения и мысли. Васька не сводил обезумевшего взгляда с Камня, постепенно приближающегося к стене. Это был крах всех его низменных надежд, корыстных замыслов, эгоистичных планов. Это был конец всего, и Трехгории в том числе… Только оно мне надо? На Ваську плевать, а вот на моего убитого горем, но несломленного жениха – нет. Мне еще с ним жить и жить, между прочим. Он мне нормальным нужен.

Еще мгновение, и тысячи магических осколков посыпятся мне на голову. Я подняла руку, чтобы поймать этот чертов светящийся булыжник в магическую сеть, но меня самым подлым образом опередили.

Вторая «я», воспользовавшись всеобщим переполохом и потерей интереса к ее разоблаченной особе, сразу под шумок уползла под жертвенник и до этого момента сидела там тихо как мышка, не подавая никаких признаков деловой активности. Но тут она проявила чудеса ловкости и прямо-таки молниеносности, сиганув в сторону летящего Камня. Именно это меня и отвлекло. Не каждый день случается встретиться со своим двойником. Естественно, это немного напрягает, даже в такой ответственный момент.

В общем, эта дрянь успела схватить артефакт на лету раньше и шмякнулась с ним прямо рядом со мной. Надеюсь, она сильно ушиблась? Желательно головой.

Васька изобразил на лице торжествующую улыбку, но она быстренько дезертировала, уступив место растерянности и некоторой отупелости. Еще бы! Меня-то уже со счетов окончательно сбросили, а тут…

– А ну дай сюда! – неожиданно для всех рявкнула я, пытаясь отобрать у второй ‹меня» незаконно присвоенную добычу. – Не твое – не хапай!

Александр тоже не сразу воспринял факт моего незапланированного воскрешения, но моя живая и очень сильно возмущающаяся тушка быстро развеяла все его сомнения. Мертвые так не разговаривают.

– Алена, держись! – Он рванул ко мне, но Васька нагло преградил ему путь мечом-кладенцом. Быстро же этот гад соображает, когда не надо.

– Ты еще не выполнил свою часть договора! – совершенно некстати напомнил он.

– А ты свою даже не собирался выполнять! – не остался в долгу князь, легко парируя сильный выпад. – Поэтому сделка не состоится.

– Она состоится, только я получу все!

– А вот это вряд ли!

Мое воскрешение придало силы обоим. Только Александр теперь боролся за свое воскресшее счастье, а Васька – за нашу скоропостижную смерть. Последнее меня совершенно не устраивало.

Их мужской бой закипел с новой силой. Александр пытался прорваться ко мне, но Васька быстро его раскусил и всячески препятствовал нашему счастливому воссоединению. Вот дурной! Неужели он еще так и не понял, что проиграл? Баба-яга с Кащеем Бессмертным – это не та сила, с которой можно и нужно бороться.

Между тем мерзавка вцепилась в Камень Вечности как в свое родное и единственное яйцо и расставаться с ним по первой же вежливой просьбе явно не собиралась. Ну уж нет, дорогуша! Кем бы ты ни была на самом деле – хоть бесом, хоть чертом, да хоть самим святым, пусть и не очень светлым – я с тобой расквитаюсь.

– А ну отдай мне Камень, уронишь еще! – снова рыкнула я, стукнув бесовку по лбу кулаком, как единственным подручным средством. Ничего более тяжеленького в пределах досягаемости не наблюдалось, даже несчастный бесчелюстной черепок и тот уже куда-то закатился в пылу сражения.