Огненный факультет - Алекс Кош

— Значит, они добрались до Музея Истории, — медленно проговорил Ромиус, когда я закончил свой рассказ.

— Если они смогут вывезти из Академии хотя бы несколько вещиц, тогда у нас возникнут серьёзные проблемы, — заметил толстый Ремесленник.

— Можно подумать, сейчас у вас несерьёзные проблемы, — усмехнулся Кельнмиир.

— Да уж. Кстати, о проблемах. — Шинс как-то странно посмотрел на меня. — Ромиус, возьми своего вампирского друга и давай-ка отойдём на пару минут.

Ромиус согласно кивнул, взял под руку Кельнмиира и пошёл вслед за Шинсом.

— Чего это они? — спросил я толстого Ремесленника. Тот пожал плечами.

Ждали мы их минут десять. За это время толстый Ремесленник, которого, кстати, звали Ревел, рассказал мне, что произошло в Главном Зале за время моего отсутствия. Собственно, ничего особенного и не произошло. Башня зашаталась (скорее всего, это было связано со взрывом в Хранилище), и отключились все телепорты. Сперва Ремесленники собирались починить их, но тут из «сломанных» телепортов повалили толпы троллей. Ремесленники с лёгкостью справились с ними, но энергия быстро кончилась, а поступать новой было неоткуда… и следующая волна троллей без труда раскидала всех Ремесленников, а потом спокойно удалилась через телепорты. Правильно, ведь у Ремесленников теперь больше не было энергии и они оказались замурованы на двадцатом этаже. Они стали неопасны.

Про Хранилище Энергии Ревел мне почему-то рассказать отказался, но, кажется, я и сам понял смысл его существования. Энергия сродни воздуху подавалась из Хранилища в законсервированную энергетическим полем Академию. Энергетическое поле являлось чем-то вроде границы между временем снаружи и временем внутри… и энергия через неё не проходила. Всё просто. Хранилище взорвалось, энергия высвободилась во взрыве, пошатнувшем Академию. Думаю, всё было примерно так. По возвращении Ромиус вёл себя как-то странно.

— Что ж, Зак, можешь пока что пойти отдохнуть, — тихо сказал он и вновь отошёл — на этот раз с Ремесленником Ревелом.

Шинс ещё некоторое время постоял, буравя меня взглядом, но и он довольно быстро ушёл по своим делам. Хотя какие у него теперь могли быть дела?

— Чего это они? — удивлённо спросил я Кельнмиира.

— Лучше не спрашивай, — отмахнулся вампир. — Только настроение себе испортишь.

— Можно подумать, сейчас оно у меня очень хорошее, — невесело усмехнулся я.

— Поверь мне, будет гораздо хуже. К тому же Ромиус просил ничего тебе не рассказывать…

— Только не говори мне, что вампиры так серьёзно относятся к своим обещаниям.

Кельнмиир задумался.

— Вообще-то обещания для нас действительно очень важны. — Он неожиданно усмехнулся. — Но я же не говорил, что пообещал… я всего лишь сказал, что он меня попросил.

— Хватит издеваться, — взмолился я, — рассказывай.

Кельнмиир огляделся по сторонам:

— Видишь ли, они считают, что ты предатель.

— Я предатель?! — Хорошо, что я уже сидел, а то бы точно не удержался на ногах. — Но с чего они… взяли-то?!

Они вообще с головой дружат?!

— Тише ты, — зашипел вампир. — Помнишь, я тебе говорил, что на тебе явные следы гипноза?

Удивил. А то я не знаю.

— Но это же совсем не такой гипноз, — возмутился я. — Я знаю, зачем меня загипнотизировали, и даже точно знаю, кто именно это сделал.

— Ну-ка, ну-ка, — заинтересовался вампир.

— Это сделала моя тётя. Она загипнотизировала меня, чтобы я опоздал на принятие в Академию.

— Какая интересная у тебя тётя, — заметил Кельнмиир. — И как же действует этот гипноз?

— Для меня солнце на небосводе немного отстаёт, — неожиданно смутился я.

Глупо как-то звучит, но ведь это правда! Вампир расхохотался.

— Ну и воображение у твоей тёти, — сказал он, отсмеявшись. — Или это у тебя такое извращённое воображение? Не знаю, в любом случае… если хочешь, я могу провести пробную диагностику наложенного на тебя гипноза. Полностью его разгадать я, наверное, и не смогу, но узнать что-нибудь более определённое… возможно…

— Так я с радостью! — воодушевился я.

И пусть дяде будет стыдно, когда он узнает результаты диагностики.

— Но разве у нас сейчас нет дел поважнее? — неожиданно вспомнил я. — Нужно подумать над тем, как выбраться отсюда.

— Знаешь, мне кажется, что и без нас найдётся кому подумать об этом, — отмахнулся Кельнмиир. — Они тут сидят уже не один час и наверняка имеют свои наработки…

— Ладно, — согласился я. — Давай начинай.

Действительно, с чего это мне ещё мозги для них напрягать? Раз они меня предателем считают. Интересно, как это я, по их мнению, вывел из строя телепорты и взорвал Хранилище? Пожалуй, они мне даже льстят…

— Прежде всего давай-ка двинем отсюда куда-нибудь, где людей поменьше, — распорядился Кельнмиир.

Мы пересели с центра трибун в их самый дальний угол (если у полукруглых трибун может быть угол), согнав оттуда каких-то учеников в жёлтых ливреях.

— Так. Теперь ляг, расслабься и слушай мой голос, — продолжил вампир. — Сейчас я буду считать до десяти в обратном порядке, и, когда я скажу один, ты уснёшь.

— А если не усну?

— Уснёшь как миленький. Десять… девять… восемь…

Любопытно, и давно дядя начал считать меня предателем?

— Семь… шесть… пять…

Судя по бросаемым на меня недружелюбным взглядам, Шинс тоже подозревает меня.

— Четыре… три… два…

Может, поэтому он ко мне и приди…

— Один.

* * *

Мне снился очередной странный сон. Толпа людей — парней и девушек — сидела на непонятно как понатыканных в землю деревяшках.