Адептка по призванию - Анна Рэй

– Спасибо, что пришла на помощь, – поблагодарила подругу Марвел и хотела узнать подробности об отъезде дарданцев, но беседу девушек прервали Ликанов и Фрайберг.

– Нам временно запретили учебные полеты, – сообщил Эрик друзьям.

– Да, ждем прибытия попечительского совета и новых комендантов. Они должны составить расписание и одобрить состав экипажей, – подтвердил Ликанов. – Мы все обеспокоены, кого пришлют, какие введут правила и не закроют ли академию. Все же две смерти – это серьезно.

Марвел хотела добавить, что три смерти и два покушения, но не стала еще больше пугать друзей.

– Что же делать? Я так ее подвел, – пробормотал Фрайберг.

– Что произошло? – поинтересовалась Марвел у друга.

– Тесс попросила забрать очередные наряды? – догадался Глеб. – Вообще-то ты не слуга, и у нее есть жених.

– Тебя это не касается! Тесс столько для меня зна… сделала. – Эрик поправился: – Так помогает мне. И она просит о такой малости.

Друзья переглянулись: кажется, все признаки влюбленности на лицо.

– Ну, хочешь, я заберу ее коробку и отвезу, куда ты там их отдаешь? – предложил Ликанов. – Мне поручили сегодня доставить на материк полицейских, как раз иду проверять батискафер. Придется самому сделать пару-тройку ходок, раз студентам запретили отлучаться из академии.

– Правда, поможешь? – оживился Эрик.

– Давай, тащи сюда картонку и объясняй, что нужно сделать! – Магистр по-дружески похлопал Фрайберга по плечу. – Так уж и быть, закажу мобиль до городка, а Эштону с Морганом скажу, что надо закупить кое-какие детали.

– Спасибо! Я мигом! У меня коробка в комнате. Тесс вчера передала, думала, что утром, как только дарданцы уедут, я смогу отвезти, – объяснил Фрайберг и метнулся к общежитию.

Друзья провожали студента печальными взглядами, а Ликанов выразил общее мнение:

– Жаль парня. И ведь у него нет никаких шансов против принца Алексиса. А эта вертихвостка им крутит.

Марвел вспомнила, что у нее тоже есть просьба к магистру. И почувствовала себя еще одной вертихвосткой. Но другой возможности она не видела, поэтому проникновенно посмотрела на Ликанова и жалостливо проговорила:

– А может, ты и мое письмо на почтамт отнесешь, раз уж едешь в город? А то из академии отправка писем только раз в месяц, а мне нужно срочно ответить поверенному. Он нашел покупателей на дом.

– Нет, ну совсем обнаглели! – пряча улыбку, возмутился Ликанов и тут же уточнил: – Продаешь отцовский дом в Риджинии?

– В Атрии, Глеб! Я родом из Атрии, – поправила его Марвел и посмотрела с укоризной.

– Ах, ну да, перепутал, – загадочно хмыкнул магистр.

Лира Уэлч достала из кармана заранее заготовленное письмо и передала Глебу. Она, как и Тесс Клэр, хотела попросить об услуге Эрика. Да не то чтобы попросить, а Марвел планировала сама полететь на «Заплатке» вместе с Фрайбергом и Ликановым на материк. Но Дюршак временно запретил студентам покидать стены академии, и не ясно, как долго продлится запрет. А ей нужно торопиться с ответом, и так, в лучшем случае, письмо окажется у адресата лишь завтра.

– Ты собираешься продавать дом? – Марина перевела взгляд на руку подруги, где на пальце красовалось кольцо. – Неужели декан Морган сделал тебе предло…

Марвел уже пожалела, что не сняла перстень.

Она не дала договорить подруге:

– Ой, вспомнила, мне срочно нужно посетить лазарет и проверить Рэма. Побегу. До встречи. И, Глеб, еще раз спасибо.

Студентка Уэлч всучила конверт магистру и сбежала от друзей, не желая отвечать на неудобные вопросы.

А в комнате она достала из тайника дневник Алегрии и захватила пару книг, которые ранее брала в библиотеке, но так и не успела отдать. Вспомнив о старом Вольпе, настроение испортилось. Полицейские отказывались отвечать на ее вопросы о состоянии его здоровья, а декан Морган лишь заметил, что библиотекарь пришел в себя, но об остальном Дюршак и Берк просили не распространяться. Пока же в библиотеке временно дежурили старшекурсницы с артефакторики, выдавая студентам необходимые книги.

Лазарет находился в здании старого маяка, что стоял рядом с ангаром механиков. По сравнению с причальной башней маяк казался ее уменьшенной копией. Возле входа горел одинокий фонарь, на первом этаже в круглой комнате со светлоокрашенными стенами Марвел обнаружила лекаря Писквиля. Мужчина сидел за столом, отгороженным от входа тканевой ширмой. Лекарь обложился книгами и что-то выписывал в тетрадь, то и дело поправляя на носу очки с толстыми стеклами.

– Лер Писквиль, – обратилась к нему Марвел, снимая накидку. – Я бы хотела навестить адепта Рэма.

– А? Что? – встрепенулся лекарь, а затем приложил железную трубку с загнутым концом к уху. – Теперь говорите!

– Я могу навестить адепта Рэма? – чуть громче произнесла Марвел.

– Не надо так орать: я все слышу! И я не могу вас пропустить. Нет! У лера Рэма неизвестный вирус. Пока я не выясню, чем он опасен для окружающих, никаких встреч! Может, придется госпитализировать мальчика на родину. – Писквиль приложил другой конец трубки ко рту, и его старчески-крикливый голос эхом раздавался в башне.

– Неужели все так плохо? – удивилась Марвел. – Могу я увидеть больного хотя бы на минутку?

– Ни в коем случае! А если вы подхватите заразу? Вряд ли вас порадуют красные пятна на лице! – крикнул в трубку лер Писквиль.

А затем убрал слуховой аппарат и вновь погрузился в чтение книг.

Марвел очень сомневалась, что подхватит заразу: ведь она виделась с Рэмом в тот злополучный день в библиотеке. Да и не верила она ни в какой вирус. Наверняка студент подстроил свою болезнь и прятался в лазарете, не желая встречаться с дарданцами. Это легко объяснить, если Рэм был сыщиком, а не студентом, а его перевод из Дарданского университета – лишь прикрытие. Ведь не будет же простой адепт обыскивать чужие комнаты или таскать с собой уникальный антидот, который может понадобиться в случае смертельной опасности.

Адептка Уэлч какое-то время переминалась с ноги на ногу возле стола лекаря, а затем сделала вид, что уходит. Сама же юркнула за ширму, а там тихонько добралась до лестницы и поднялась на второй этаж.

Девушка постучала в дверь, а затем заглянула в комнату. На кровати сидел Натан Рэм и с довольным видом уплетал куриную ножку с картофелем, запивая компотом. Его лицо по-прежнему покрывали уродливые красные пятна, но с аппетитом у болезного студента все было в порядке.

– Привет, – произнесла Марвел и прикрыла дверь, а Рэм от неожиданности вздрогнул.

Он поспешно убрал тарелку в тумбочку, вытер салфеткой руки и принял страдальческий вид.

– Ты бы так не рисковала. Писквиль не определил, что за вирус.

– Мы с тобой уже виделись, да и с полицейскими ты общался, когда напали на лера Вольпе. На нас болезнь не перекинулась, не находишь это странным?