Адептка по призванию - Анна Рэй

Марвел присела на постель, а на тумбочку положила книги вместе с дневником Алегрии.

– Может, на меня так действует местный климат? Отек и пятна уже несколько дней не cходят, а еще была лихорадка, – пожаловался Натан, явно приврав про последнее.

– Мне очень жаль, что находясь в лазарете, ты столько всего пропустил. Даже с дарданцами не встретился, – посетовала адептка, переведя разговор в другое русло. – Ведь ты должен знать тех ребят.

Рэм напрягся:

– Я учился на артефакторике, но вряд ли кого-то вспомню. В основном занимался дома и приходил лишь на экзамены. Да и в Белавию, скорее всего, приехали механики.

Марвел не стала уточнять, что уж декана факультета артефакторики мистера Петрика и ректора университета он обязан знать.

– А вчера произошло еще одно событие, только поклянись молчать. – Наконец Марвел подошла к главному, решив рассказать о том, что убийца Алегрии пойман.

Разумеется, адептка Уэлч дала полицейским слово не разглашать детали дела и даже подписала бумаги. Но ведь это была не магическая клятва на крови, которую обычно практиковали в Дардании и Атрии. Да и детали она не собиралась обсуждать.

– Какое событие? Ты наконец-то предпочла Пирсу Моргана? – хмыкнул Рэм. – Ребята уже делают ставки, я поставил на декана.

Марвел неприятно удивило то, что юноши, оказывается, те еще сплетники. Обсуждают за спиной ее личную жизнь и даже делают ставки. Но когда она произнесла следующую фразу, довольная улыбка спала с лица Натана.

– Нет, новость другая. Задержали убийцу Алегрии Вудсток. Все же наш Вольпе оказался прав, ее смерть не была случайностью…

Лира Уэлч не успела договорить, потому что Рэм с силой сжал ее руку:

– Ты знаешь, кто убийца?

– Лора Кирана, соседка Алегрии. Она сделала это из ревности к Пирсу.

Натан шумно выдохнул:

– Эту… Ее накажут?

– Да, она под стражей, ее будут судить. Уверена, родственникам Алегрии сообщат детали дела.

– Это я должен был ее поймать, – едва слышно прошептал Натан и прикрыл веки.

– Кстати, я принесла тебе книги и… – Марвел не договорила, потому что в коридоре послышались шаги.

– Прячься за дверь! – приказал Рэм, а сам откинулся на подушки и громко застонал.

Адептка Уэлч едва успела отскочить к двери, как та распахнулась, едва не ударив студентку по лбу. В комнату вбежал старичок Писквиль, возле уха он держал слуховую трубку.

– То-то мне послышались голоса. Думал, ветер или настырная студентка ослушалась. А это вы стонете, мой дорогой. Так плохо? Болит?

Рэм простонал громче, отвлекая на себя внимание лекаря, а Марвел прошмыгнула в коридор и тихонько спустилась с лестницы. Она завершила еще одно важное дело и теперь со спокойной совестью покидала лазарет. На улице адептка закуталась в теплую накидку: в конце ноября в северном регионе Белавии выпал снег.

После ужина Марвел почувствовала, как волной накатила усталость, и, отказавшись от прогулки по парку с друзьями, направилась к себе в комнату. Декана Моргана ни за обедом, ни за ужином не было, впрочем, как и ректора с Фредериком Эштоном. Явно для академии наступили сложные времена, и руководство, закрывшись в кабинете, обсуждало судьбу своего детища. Марвел понимала, что преступления Лоры и Манкина отбрасывают тень на репутацию учебного заведения, тем не менее, академии было чем гордиться. Студенты Белавии выиграли гонку у дарданцев, да и шпионов остановили. Адептка Уэлч надеялась, что команде «Заплатки» пришлют хотя бы благодарственное письмо за подписью императора. Но, увы, ни письма, ни награды, ни премии в виде выходных дней, студенты не получили.

Еще не было девяти, а она уже спала под присмотром Арта, который наконец-то вернулся к хозяйке и разлегся на подоконнике. А ночью проснулась оттого, что кто-то дарил нежные поцелуи. Приоткрыв один глаз, Марвел с удивлением заметила на узкой студенческой постели декана Моргана. Тот улегся поверх одеяла в брюках и рубашке, прижимая девушку к себе.

– Что вы здесь делаете? И как вас пропустили в женское общежитие? – возмутилась Марвел сонным голосом.

– Утром ты выглядела расстроенной. Я тебя чем-то обидел? К сожалению, я освободился лишь к вечеру, вот решил зайти и узнать, в чем дело. Но опоздал: ты уже спала. А пропустили меня в твою комнату, потому что я декан.

– Врете вы все и проникли без разрешения. Вы нарушаете устав, – фыркнула Марвел.

– Не без этого. – Райнер усмехнулся и приказал: – Спите, адептка Уэлч! Даже Арт уснул в такую погоду, хотя ночами обычно ловит мышей.

В ногах она почувствовала тяжелое тельце рысекота. Тот недовольно проурчал, как только она пошевелилась.

– В какую погоду? – поинтересовалась адептка, устраиваясь удобнее в мужских объятиях.

– Первая метель, – объяснил Морган, заботливо укрывая плечи девушки одеялом.

Вместо того чтобы прижиматься к декану, Марвел надо бы с ним поговорить, а еще лучше – вернуть кольцо. Она никак не может согласиться на предложение руки и сердца. Но именно в эту минуту Марвел Уэлч чувствовала себя абсолютно счастливой и решила хотя бы этой ночью ни о чем не думать, а беззаботно наслаждаться теплом и близостью мужчины, к которому она испытывала очень опасные для своего неопытного сердца чувства.