Ворриор и Пиас. Гнев богов - Стелла Так

Я стиснула зубы, сдерживая слезы разочарования.

– Даймонд – служанка Геры, – объяснил другим богам Пиас. – У нее всегда есть доступ в Олимп. Даже на самый высокий этаж. И что немаловажно, меньше чем через две недели пройдет встреча G‐18.

– Она разве не прошла? – резко прервал его Вирус.

Пиас сердито посмотрел на него, но Даймонд его остановила.

– Ее отложили. Она пройдет через две недели в Олимпе. Если мы появимся там, все стратегически важные боги будут практически на блюдечке с голубой каемочкой. Если убьем G‐18, вся конструкция рухнет.

– Но там будут их семьи, дети. Как мы можем втягивать их в это? – испуганно возразила я.

– Нет, – покачала головой моя сестра. – В этот раз будет закрытое собрание. Весь этот спектакль отменили. Лишь немногие знают о том, что встречу отложили. Я сама знаю об этом лишь потому, что занимаюсь организацией. Могу отправиться в Олимп в любой момент.

– Значит, – Пиас улыбнулся, словно волк, собирающийся схватить олененка, – Ворриор должна вобрать всех нас в себя, а после этого вселиться в тело Даймонд и пронести нас в Олимп.

– Значит, весь твой план базируется на том, что маленький выродок пронесет нас туда в своем животе и потом выплюнет? – недоверчиво спросила Шейм и с презрением указала на меня. – Я в этом не участвую.

Очевидно, она не одна придерживалась такой позиции. Вся элита от такого предложения выглядела так, будто они бы предпочли скорее объесться канцелярскими кнопками.

– Кроме того, – продолжала жаловаться Шейм, – у куколки рвотные позывы начинаются сразу же после всасывания в себя одного-единственного бога. Несколько десятков она точно не проглотит. И уж точно не на длительное время.

Я захотела возразить и открыла рот, но вскоре передумала.

– Я, конечно, не хотела бы соглашаться с проституткой, но она права, – признала я. – Мне жаль, но план не сработает.

Пиас заскрежетал зубами.

– Должно получиться.

– Но не получится.

– Получится!

– Нет!

– Получится!

– Никогда!

– Ты же богиня! Ты можешь это сделать.

– А еще я женщина! И что, из-за этого я автоматически должна выполнять несколько задач одновременно? Нет! Я даже не могу одновременно чесать живот и стукнуть кого-нибудь по голове!

– Это вообще-то сложно, – пробормотал Чарминг.

Пиас сжал руки в кулаки.

– Ты должна справиться. План сработает только с тобой.

– Прям как в прошлый раз? – огрызнулась я.

Пиас фыркнул.

– То, что произошло тогда, – не твоя вина. Я должен был спланировать все лучше.

– Да, должен был. Я не могу пойти на это.

– Честно сказать, – прервал нас Мэдокс, выглядывая из-под опущенных ресниц. – На самом-то деле ты все можешь. По крайней мере, Ворриор в моей вселенной могла поглотить целое здание. На многие часы. Это лишь вопрос концентрации. Ты должна научиться контролировать рвотный рефлекс.

Чарминг открыл рот, и я практически увидела горящий на его губах извращенский комментарий. Вирус тоже это заметил и предупредительно ударил Чарминга по затылку. Храни его господь.

– Хватит ли двух недель, чтобы потренироваться? – спросил у моего брата Пиас.

Он наклонил голову. Неужели все-таки план оказался не коровьим дерьмом? Как найти аварийный тормоз? Я хочу свалить отсюда!

– Она не сможет овладеть этим навыком в совершенстве, но да, должно хватить, – наконец сказал Мэдокс.

Пиас выглядел невероятно довольным.

– Отлично. Тогда тренируйтесь. А мы…

– Секундочку, – перебила его Шейм. – Старые боги ведь не идиоты! Даже если мы сможем незаметно проскользнуть наверх, в Аваддоне все сразу же поймут, что что-то пошло не так. Они поднимутся и придут на помощь. Мы не сможем сопротивляться им всем.

Пиас провел пальцами по подбородку и кивнул. Он вдруг стал выглядеть уставшим. Ужасно уставшим. Интересно, как долго он разрабатывал этот план? Мне захотелось обнять и поцеловать его лицо… Нет! А ну прочь отсюда, плохая Ворриор! Плохие мысли!

– Я тоже думал об этом. И именно поэтому нам нужен Спэйд.

– Ого! – одновременно сказали мы с Мэдоксом.

– Тупая идея, – ответил мой брат.

– Каждый план, в котором участвует Спэйд, обречен. Он крыса, – вставила я. – Ему нельзя доверять. Спэйд только и делает, что подставляет остальных.

– В этом и заключается самая большая проблема, – признался Пиас. – Я уже два дня пытаюсь убедить его стать частью плана, но он урод. И все же он нам нужен. Никто не знает Аваддон лучше него. Если он закроет преисподнюю и отрежет ее от внешнего мира, никто не пройдет в Олимп, когда боги забьют тревогу.

– В целом это действительно неплохая идея, – ответил Мэдокс.

– Но Спэйду нельзя доверять. Как и любому моему брату, – сказала я. – Э, ну, кроме Мэдокса, конечно, – быстро добавила я.

Мэдокс весело мне подмигнул, а Шейм поморщила нос.

– Если этот урод отказывается сотрудничать, значит, надо выбивать из него дерьмо так долго, пока он не согласится.

– Ты что, добровольно соглашаешься на эту работу? Поверь мне, я почти разделал его, а он только плевал мне в лицо.

Шейм скрестила руки на груди и пожала плечами.

– Конечно. Почему нет? Немного яда в его гениталиях, и он сделает все, что я захочу, – она ухмыльнулась, и капля яда стекла с ее подбородка.

Меня затрясло, а Мэдокс наклонился ко мне.

– Ты тоже сейчас представила ее с яйцами Спэйда во рту? – спросил он.

Меня чуть не стошнило, когда я быстро кивнула. Чарминг захихикал себе под нос.

– Посмотрим. Приведите его сюда, – приказал Пиас, и Рэйзд вышел из комнаты. – Пока мы ждем… есть еще вопросы? – сухо поинтересовался Пиас.

Да, черт подери, они есть. Целая куча. Все начали одновременно галдеть. Я села удобнее на своем стуле и задумалась. План Пиаса мог сработать: он был настолько же гениальным, насколько сумасшедшим, и позволял нам, несмотря на неудачи, двигаться дальше. Он уравновешивал нашу юношескую гибкость с опытом старых богов. И все же бо`льшая часть успешного осуществления плана зависела от меня. И от этого у меня болел живот. Если уже с одним богом в животе мне становилось плохо, что со мной станется, когда внутри будет вся элита? Кроме того, как я полагала, Пиас собирался взять с собой в Олимп еще больше богов, чтобы повысить наши шансы на успех. От одной мысли об этом меня тошнило, и мне пришлось сделать вдох через нос. Мой взгляд устремился вперед, и я встретила глаза Пиаса, которые спокойно изучали меня, пока он отвечал на вопросы своих товарищей. Чем дольше я смотрела на него, тем сильнее у меня сжималось сердце. Я почувствовала покалывание в своих пальцах, ощутила, как магия бежит по моим венам. Мои крылья прорвались наружу.