Всё в ажуре - Кира Страйк

Скажете, где логика, где здравый смысл? И без того нищий народ отдаст деньги, а мы их тут же пригласим снова потратиться? А я отвечу, весь парадокс нашей ситуации заключался в том, что только после и именно после уплаты налогов наши люди смогут понять и поверить, что у них появились свободные монеты.

А они у жителей однозначно появятся. Копят-то семьи по прежним меркам привычных поборов, а тут - раз, Сергей волевым решением уменьшает эту цифру. Соответственно, образуется денежный излишек, который остаётся в руках плательщиков.

Вот и пусть они получат праздничный повод их между собой подвигать, потратить. Хотя бы в рамках своей деревни – у кого картошка лучше уродилась, у кого куры лучше несутся. Где-то дети подросли – одежду, что стала мала можно продать и купить другую. Ну или обменять, в конце концов, на что-то необходимое. Главное, чтобы как можно больше людей вышло на мероприятие.

А то у нас тут не рынок, а сплошная фикция. Все покупки и обмены если и происходят, то прямо в домах и скрытно. Чтобы не дай бог, хозяин не проведал, что кто-то слишком хорошо (на его взгляд) зажил, и не возымел дурную мысль снова поднять налоги.

Обобщая всё вышесказанное, основной глобальной, далекоидущей целью всей затеи (как её ни назови), было налаживание нормальной человеческой жизни в отдельно взятой деревне. Доберёмся до других, начнём проводить широкие совместные ярмарки. Раз в месяц, допустим, в выходной.

- Кстати, а у них тут вообще выходные-то существуют? – своевременно озадачилась я и пошла за ответом к Сергею с Оливом.

Мужчины эти дни выбирались из вороха бумаг только для того, чтобы поесть и поспать. Ну ещё управляющего нашего отвлекали на предписанные лечебные процедуры. В этот момент его как раз позвали поменять компресс и принять травяной настой.

- До сих пор тут выходных, как таковых, не было. Ну, в полном понимании этого слова. – сообщил напарник на мой вопрос. – Местные освобождались от работы на три чеса раньше обычного только по церковным праздникам.

- Так когда же люди свои-то личные проблемы тут решают? Хозяйство собственное обихаживают, например.

- Да как, женщины в доме, мужики в полях, дети на подхвате – так и выкручиваются.

- Слушай, я что-то вообще не пойму, как здесь всё устроено с этими налогами и прочими обязательствами. Откуда у местных деньги на поборы, если они всё время на баронов вкалывают?

- Короче говоря, смотри, система такая: вокруг деревни хозяйские поля, поделенные на условные участки. Каждая семья должна сдать с закреплённой за ней площади определённое количество урожая, который барон продавал в город и получал доход. Кроме того, крестьяне обязаны уплатить некоторую сумму деньгами. Часть их идёт через герцогскую казну в государственную, другая оседает непосредственно в кармане владельца баронства.

- Вопрос на засыпку: а если урожай, прости за тавтологию, не уродился?

- Значит, отдай со своего огорода.

- Ну а вдруг и там ничего не отросло в нужном количестве?

- Восполняй недостачу деньгами.

- Так и где же их взять-то?

- Продай корову. Это если схематично. Да и… в реальности так же. – Сергей свёл брови и раздражённо-расстроенно махнул рукой. – Забивают последнюю живность, выгребают погреба и везут на продажу по соседним деревням или вон, Слимонд под боком. Неплохой, говорят, городишко.

- Понятно. Отбирают еду у себя и детей. Жуть.

- Она самая. Ты чего про выходные-то спросила?

- А, да… - я за разговором даже забыла, зачем пришла, - Как думаешь, может быть повольничаем ещё маленько, да и сделаем их для своих людей? Ну хотя бы немного. Дадим в личное распоряжение какое-то количество свободного времени в течение месяца и два дня в конце. А то ведь с таким напряжённым графиком труда народу и во дворах разруху поднимать некогда. Не то, что по праздникам ходить.

- Сделаем. – пообещал Серёга. – Сейчас Олив вернётся, подниму вопрос. Тут ещё одна насущная проблема нарисовалась.

- Какая?

- Церковь, говорят, совсем разваливается. Нехорошо это. Верим мы сами в Аркона, или нет – наши дела. Никто и не заставляет. А вот местным без своего бога – никак. Поднимать храм надо.

- Согласна. Тут ты верно подметил. В здешней реальности вера имеет колоссальное значение и силу. Для людей стены храма – вместилище божественного духа и его благословения. А если они рушатся, то и надежда умирает вместе с ними. Раз уж решили всё по-настоящему основательно налаживать, начинать нужно с того, что согреет человеку душу. Ты просто большой молодец, что поднял эту тему.

- Вот и придумай, как объявить об этом населению. Потому, что деньги-деньгами, их мы на необходимые материалы выделим, но физически церковь восстанавливать будем силами деревни.

- Отлично! Ты же с батюшкой ещё не знакомился?

- Когда?! Мать, нам тут вообще головы поднять некогда. – напарник возмущённо выпучил на меня глаза. - Столько всего навалилось.

- Тогда это сделаем мы с Лилей. Пообщаемся с нашим служителем Аркона, он и сообщит прихожанам о грядущем большом общем деле. Прямо на празднике.

На том и порешили.

К запланированному дню, который официально был объявлен выходным, гружёные доверху телеги двинулись на рыночную площадь. Ходок, сами понимаете, пришлось делать несколько. Вещей собралось немало.

Сперва повезли мебель разной степени ветхости - от той, что можно было ещё починить, до развалившейся в натуральные дрова. Затем, в новую жизнь поехали сундуки и корзины с посудой, а также тряпьём самого различного назначения. Пресловутое постельное бельё, старые шторки, поношенная и не очень одежда, обувь, отсыревшие и заразившиеся плесенью рулоны тканей… Да чего тут только не было.

Ко всему прочему добавилось то, что вынесли из баронских погребов – запасы дряблых овощей, которые нам при великом желании всем домом было не освоить в еду. Сгнили бы, да и всё. А так разберут, что себе на стол, что свинкам отдадут.

Поголовье живности, перешедшее нам в наследство, как выяснилось, не голодало. Свой скот бывший хозяин кормил лучше, чем своих крестьян и, что самое удивительное, даже себя.

Впрочем, к чёрту лишние подробности. Наступил момент, когда должно было проясниться, чего стоила вся наша подготовка, и сама затея в целом.