Игры богов - Александр Золотько

– Бог Войны племени Орлов, не дождавшийся войны, повелел убить непослушного вождя. Кто из вас бог Войны в этом племени? Чей там аватара? Если я ошибся – вам ничто нет угрожает. Вы в своем праве казнить и миловать смертных. Кто приказал убить Степного Орла? От злости.

Боги молча смотрели на Ясика. Тот продолжал скалить в улыбке зубы.

– Ты приказал, Ясик. – Бродяга покачал головой. – Значит, четыре деревни проклятых, четыре проводника… Четыре подготовленных города… Это ведь так просто – подтолкнуть царицу Семивратья принести жертву Разрушителю, когда кочевники выжигают пригороды, муж за морем, а корабли и порт сметены взбесившимся солнцем. И я попадал в результате в город, который становился Проклятым. И мог выяснить, кто из них всех… Кто из вас – Разрушитель.

– И если это так? – Ясик протянул руку, и блюдо с фруктами приплыло к нему с другого конца стола. – Если это и так? Что с того? Ты действительно единственный, кто смог бы это сделать. И я не мог никому об этом рассказать. Мы ведь не знали, кто из нас враг. Да, я это сделал. Я подготовил для тебя проводников…

– И каждому дал талисман повиновения для меня? – уточнил Бродяга.

– Естественно, – засмеялся Ясик. – Я ведь не мог полагаться в таком важном деле на твое желание или нежелание. Когда Бес мне сообщил, что ты вышел…

– Ты все равно отчего-то очень обиделся на Степного Орла, – перебил его Бродяга. – Тебе ведь не нужно было превращать Семивратье в Проклятый город. Было совершенно понятно, что я иду в Вечный, в город Самки. Многолюдный и крепкий. Кстати, зачем ты готовил именно города? Хватило бы одной деревни. Просто единственного разбойника, приносящего в жертву Разрушителю пойманных путников. Вон, когда я первый раз после Бездны хлебнул амброзии и отключился, меня спокойно мог принести в жертву тот же Бес. Но ты тащил меня в Вечный город. И продолжал строить планы на Семивратье. Зачем?

– А ты как думаешь? – осторожно спросил Ясик. Вкрадчивым таким голосом. Сладким, как яд.

Блюдо с фруктами взлетело вдруг вверх и начало светиться, как маленькое солнце.

– Ты всегда хотел быть самым сильным, – сказал Бродяга. – Как я сейчас понял, это ты подставил меня с Кровавой жертвой. Похожий способ.

– Это ты сам понимал, – сказал Ясноглазый. – Это ты у нас умеешь шевелить мозгами. Только ты.

– Это уже неважно. Важно то, что ты не просто хотел понять, кто Разрушитель. Ты хотел выяснить как он умудряется не превращаться при этом в Безумного бога. Ты хотел перехватить это умение. И тебе нужны были готовые города. Вечный город. И Семивратье. И какие-то еще? Ты хотел, чтобы все они, другие боги, их Общая Сила обрушились на раскрытого Разрушителя, а ты тем временем…

Блюдо превратилось в клубок пламени. Струи жидкого огня устремилась к столу, но замерла, не дотянувшись самую малость.

Ясик стоял на ложе, глядя на потрясенные, яростные и просто испуганные лица богов.

– Ну и что? – вскричал Ясноглазый. – Что теперь? Что вы все теперь будете делать? Устроите истерику? Броситесь на меня?

Ясноглазый засмеялся и посмотрел на Мастера:

– Спасибо тебе, Хромоножка. Ты все так замечательно устроил. Мы принесли жуткую клятву, и никто не сможет никому причинить вреда до самого утра. Ты думал обезопасить себя и этого выкидыша Бездны? Но всегда наступает утро. Всегда. Клятва освободит нас всех. И меня тоже. И тогда мы посмотрим, кто чего стоит. Посмотрим. Вы думаете, что все скопом меня можете победить? – спросил Ясноглазый. – А у вас получится этот скоп? Получится? Кто будет против меня? Красотка? Вояка? Вояка, ты будешь против меня?

Воин промолчал.

– То-то же! Громовержец поразит меня своим перуном? Они меня ненавидят, все ненавидят, так же как уважали тебя, Верховный бог Алый. И что, они тебе помогли тогда? Они не станут нападать на меня. Понятно? Они хотят жить. Они бессмертные и боятся его потерять, это свое бессмертие. И сделают все, чтобы выжить. Мы будем выжигать всех сторонников Разрушителя. Мы устроим показательное поражение Разрушителя… Ты великолепно подойдешь на эту роль, Бродяга. Ты будешь мерзким, с рогами, копытами, клыками и хвостом. С тобой придет твой любимый Бес, вечно молодой красавчик. И вы будете повержены и брошены туда, где вам и место, – в Бездну. Я даже дарую Бесу бессмертие, чтобы он вдоволь насладился Бездной.

Ясноглазый подставил ладонь, и жидкое пламя потекло по ней к локтю, плечу, окутало всего Верховного бога.

– Мастер так хотел продемонстрировать мне и всем вам свое презрение, что выболтал слишком много. Ты на таком кораблике прошлый раз спасал людей?

Мастер попытался удержать в руках модель корабля, но не смог. И корабль по воздуху поплыл к Ясику, огибая кувшины и горы еды.

– Мы построим, если нужно, тысячи таких кораблей. И впустим на них только тех, кто не подвержен культу Разрушителя.

Кораблик ткнулся носом в гроздь бананов и остановился.

– Если кто-то попытается спастись без нашего разрешения, – сказал Ясик и поднял указательный палец, – мы оснастим эти… как ты их назвал?

– Ковчеги, – пробормотал побледневший Мастер.

– Мы оснастим эти ковчеги таранами, посадим на них воинов. Это будет славная битва!

Несколько бананов, как лодки, поднялись в воздух. Ковчег атаковал их, опрокидывая и давя об кувшины. Удары были все сильнее, сильнее… Ковчег ударился о кувшин. Горлышко пробило дно, и кораблик стал опускаться к столу, медленно переворачиваясь.

– Ой! – сделал испуганные глаза Ясик. – Ну ничего, ты нам много ковчегов построишь. Правда, Мастер?

Мастер молчал.

– Правда, Мастер?! – повторил Ясноглазый уже громче, так, что завибрировал хрусталь на столе.

И Мастер кивнул. Самка зажала рот руками и отвернулась.

– Старый бог – с нами, – сказал довольный Ясноглазый, полыхая огнем. – Кто же против нас?

Боги молчали.

Ковчег лежал, завалившись на бок, между объедками.

– Ты что-то хочешь сказать? – Ясик взглянул на Бродягу. – У тебя есть еще немного времени до рассвета. Согласись, странная штука – жизнь. Ты так рвался сюда, так хотел разоблачить меня. Продемонстрировал, как замечательно работают твои мозги… И что? Ты рассчитывал на эту шваль? – Ясик с пренебрежительной гримасой обвел руками богов. – Это бессмертное дерьмо, – сказал Ясик. – И самое смешное, что я могу напоминать им об этом сколько угодно – они будут послушно выполнять все, что я скажу. До тех пор, пока все это будет оставаться в рамках Клятв и Законов, Пророчеств и Обещаний. В доступных всем понятиях. Пока будут получать от всего этого хоть какую-то прибыль. Ну и что, что я могу их тыкать рожами в дерьмо? Зато и они могут помыкать тысячами и тысячами… Думаешь, оттого, что я унижаю Громовержца, он меньше давит на свои ипостаси? А Мастер… Кстати, Мастер, ты ведь теперь можешь рассчитывать на прощение. У нас ведь теперь будет другой мальчик для битья. И даже два. Бродяга и Бес, которого я таки сделаю бессмертным. А твою ножку мы вылечим. И она больше не будет бо-бо…