Беглер - Михаил Бабкин

– Ещё и не говорящие, – вспомнив ночь, подсказал Денис. – Одно лишь «хи-хи» да «ха-ха», ничего больше.

– То-то и славно, – одобрил бёглер. – Карл мудро поступил, не наделив своих подружек речью, иначе бы заболтали его, однозначно. Замучили бы просьбами и требованиями: того хотим, этого, и побольше… К тому же от той болтовни запросто могло бы возникнуть коллективное самомнение, а там и до эмансипации рукой подать. Типа, для начала требуем равноправие полов с одинаковой оплатой труда, потом – равные политические права; в конце концов, обязательно докатились бы до всеобщей политкорректности с сексуальной недоступностью! Жуть, натуральная жуть… Так что разговорчивость женщинам ни к чему, лишнее оно, – сделал логичный вывод бёглер.

– Круто, – оценил пламенную речь Денис. – Не знаю насколько ты прав, но звучит убедительно. Хотя и цинично.

– Жизненный опыт, – значимо сказал Харитон. – Поживёшь с моё, пообщаешься вдоволь с милыми дамами, того гляди и сам станешь отъявленным мизантропом. – Возразить Денису было нечего, потому он принялся выглядывать плавающих где-то в море Барта и Дастина. Насмотревшись на солнечную рябь до зелёных пятен в глазах, Денис бросил пустое занятие – сами приплывут, когда есть захотят.

– Любопытно, – вдруг произнёс за его спиной бёглер, – Денис, посмотри-ка на город, – голос Харитона звучал напряжённо. Парень обернулся, не понимая что могло обеспокоить всегда уравновешенного бёглера. Разве что мулатки, внезапно осознавшие свои права и устроившие марш протеста в город колдунов – с грязными брюками-рубашками на древках, вместо знамён и политических лозунгов.

Над городом колдунов, за серебряными полуовалами окраинных зданий, клубился пожарный дым. Что там могло гореть кроме огненной пирамиды, Денис и представить себе не мог: сплошь каменные здания, ничего горючего в помине. Хотя кто их знает, колдунов, – они ребята умелые, могли и камни поджечь.

Дым становился всё гуще, темнее, застилая небо низкой грозовой тучей. Внезапно в городе что-то гулко взорвалось и донёсся едва слышимый хоровой крик – точь-в-точь когда на стадионе забивают решающий гол. Осветившие тучу яркие всполохи не оставляли сомнений в том, что среди пирамид происходило что-то экстраординарное. Буйное и массовое.

– Праздник у них там, что ли? – сбросив с плеч надоевшее одеяло предположил Денис. – День колдуна, например. – Он оглядел себя: к счастью, нужный предмет туалета оказался на месте, можно было обойтись и без набедренной повязки.

– По-моему, больше похоже на типичную революцию, – нахмурился Харитон. – На переворот. Не хватает только выстрелов и бегущих прочь из города жителей. Но, думаю, скоро начнётся.

Словно в подтверждение слов бёглера со стороны зданий донёсся частый треск – откуда-то из центра колдовского поселения в растущую тучу вонзились голубые молнии и завертели её, закружили, превращая в неровный диск. Отсюда, с пляжа, вертикальный сноп молний и растекающийся по небу дымчатый блин напоминали последствия небольшого ядерного взрыва: синяя, ощетинившаяся разрядами длинная «ножка» и чёрная «шляпка», вознёсшаяся едва ли не к утренним облакам.

– Опаньки, – только и сказал Денис.

В городе снова что-то взорвалось, на этот раз сильнее: ударивший в небо столб яростного пламени мгновенно сжёг тучу, оставив лишь кое-где быстро тающие дымовые пятна. На этот раз хоровой вопль звучал куда громче, да и продолжался заметно дольше – хотя, как понял Денис, какого-либо ужаса или страха в нём не чувствовалось. Скорей всего, азарт и нетерпение; сравнение с футбольным матчем становилось всё навязчивее.

– А вот и удирающее в панике население, – невозмутимо сообщил Харитон, – причём откровенно негритянской национальности. – Денис опустил взгляд, пригляделся: от ближайшего охранного здания к ним, в сторону бунгало, со всех ног бежал чёрный человек. Расстояние было достаточно большим, каких-либо деталей не разглядеть, но Денису бегущий показался странно знакомым.

Когда чёрный человек приблизился, Денис от души расхохотался:

– Харитон, это ж вовсе не негр, а наш книжник Карл! Только его или в тушь окунули, или как жулика в смоле вываляли… Ха, для полноты образа не хватает налипших перьев, но дело-то поправимое, – он пнул ногой лежавшую на песке подушку.

– Шутки шутим? – нейтрально поинтересовался бёглер. – Боюсь, гражданин юморист, не время сейчас веселиться. Думаю, мы скоро узнаем очень любопытные новости, от которых непременно содрогнёмся и придём в ужас. И поспешим прочь, заламывая в тоске руки и страдальчески рыдая. То есть драпанём куда подальше, и чем быстрее, тем лучше.

– Да ну, – озаботился Денис. – Тогда я лучше сгоняю в бунгало, авось девчонки нашу одежду в порядок привели.

– Верно, – спохватился Харитон. – Хотя, конечно, убегать в набедренной повязке гораздо сподручнее чем в костюме, но ведь какой урон имиджу! Давай, действуй, – он повернулся к морю, сложил ладони рупором и зычно прокричал в пространство:

– Эй, купальщики! Быстро на берег, у нас проблема! Кто не успел, тому конец. – Сообщив важное, бёглер с мрачным видом продолжил созерцать полыхающий громовыми зарницами город.

Денис вернулся быстро, таща на себе объёмистый тюк из свёрнутой простыни; бросив поклажу на песок, он развязал узел и принялся копаться в сваленных кучей вещах. Харитон немедленно подключился к увлекательному занятию, вполголоса ругаясь из-за того, что теперь пиджак и брюки непременно помнутся. Однако, одевшись и разложив по карманам свои вещицы, ругаться перестал – костюм выглядел как новый, ни единой морщинки.

– Хорошо смотришься, – похвалил Денис бёглера, пряча в карманы френча сотовый телефон и пистоль, – как будто из магазина вышел. Только бирки с ценой не хватает.

– Да, умели раньше шить, – рассеянно согласился Харитон, наблюдая как запыхавшийся от непривычного бега Карл вяло бредёт к ним. – Гм, а чего это наш друг не по-колдовски сюда добрался, а на своих двоих? Ох, подозрительно оно мне, ох не нравится. – Он призывно помахал Карлу рукой. Книжник не ответил, дошёл до раскиданных на простыне вещей и без сил опустился на песок.

– Что стряслось, дружище? – Бёглер присел рядом на корточки, повёл носом: – Карл, да от тебя пахнет как от копчёной колбасы! Это где ж ты так вкусно закоптился, а?

– Возле учебного дома, – книжник устало глянул в сторону города. – На площади. Там сейчас, не поверите, настоящий бунт, кровавый и беспощадный! Все против всех, кошмар что творится. Грубое нарушение вселенской гармонии и повальное отягощение кармы. – Карла начала бить дрожь.

– Отчего же, верим, – добрым голосом, будто разговаривая с тяжелобольным, сказал Харитон, накидывая на плечи мага забытое Денисом одеяло. – Можно подробнее?

– Выпить бы, – хрипло попросил книжник. – Нервы ни к чёрту.

– Конечно, – пообещал Харитон, – Денис, за вином в бунгало бегом марш! Тащи сюда бутылку и стакан. – Подумал, добавил уверенно: – Нет, две. И два стакана. У меня тоже нервы, понимаешь. – Поняв, что день сегодня будет суетной и от беготни в любом случае никуда не деться, парень вновь заторопился к дому.