Беглер - Михаил Бабкин

Когда Денис вернулся с заказанным, то обнаружил на пляже кроме бёглера и книжника уже одетых Дастина с Бартом: либо Денис слишком долго выбирал вино получше, либо ребята плавали где-то неподалёку. Вручив Харитону бутылки и стаканы, Денис отошёл в сторону – нервными расстройствами он не страдал, а потому пьянствовать не собирался, больно надо с утра пораньше. Однако Карл и Харитон придерживались иного мнения: книжник выпил налитое не отрываясь, жадно, как воду; бёглер – спокойно, со вкусом, мелкими глотками. С удовольствием.

– Итак, – напомнил Харитон, вновь наливая Карлу, – давай, дружище, рассказывай, что в городе приключилось, отчего и почему. А после будем решать как поступать – или эвакуироваться отсюда в аварийном порядке, или садиться всерьёз за стол и продолжать банкет. – Книжник поставил стакан на песок; оторвав от простыни кусок побольше, молча принялся счищать с себя пожарную копоть. Харитон терпеливо ждал, когда чародей окончательно успокоится и сможет толком объяснить происходящее.

– Колдуны вернулись, – отбросив чёрную тряпицу, наконец сказал Карл. – Из-за него, между прочим! – книжник обвинительно ткнул пальцем в сторону Дениса. – Они вчера, тайно и внетелесно, подсмотрели как ваш начинающий маг забрал из колбы жуткого призрака, того, что создал близнец. И, поняв что им больше ничего не угрожает, на рассвете заявилась в город – где немедля устроили самосуд над городским главой. В назидание, так сказать.

– Хулиганство какое-то, – осуждающе покачал головой бёглер. – Нет чтобы организовать нормальный гражданский процесс с прокурором-взяточником, дураком-адвокатом, некомпетентными присяжными и бестолковыми писарями, с обязательной бумажной волокитой… Ну прям всё не по-людски! – Карл, не отреагировав на ехидное высказывание Харитона, продолжил:

– В общем, навалились на однотелого всей гурьбой и разодрали его напополам. Без какой-либо возможности восстановления. – Денис живо представил себе картину: две половинки тела, лужа дымящейся крови, кольца кишок на багровых плитах, разбросанные там и сям ошметки внутренностей – и его едва не вырвало.

– Мнэ-э… магически разодрали, – видя реакцию Дениса, поспешил уточнить книжник. – В смысле, разделили на две самостоятельные особи, на Дитиана и Битиана – дабы, значит, впредь не отдавал противоречивых приказаний и не самодурствовал. Но кто же знал, что близнецы люто ненавидят друг друга! Едва Дитиан и Битиан обрели самостоятельность, как тут же затеяли драку, сначала на кулаках, а затем и колдовски… А чародеи они, к сожалению, не из последних.

– Эге, так вот кто в городе буянит, – понял Харитон. – Что ж, домашние разборки всегда жестоки и кровавы. Недаром большая часть совершённых преступлений приходится именно на родственные выяснения отношений, по судебной статистике. Я читал.

– Если бы только «родственные», – вздохнул Карл. Встал, с обидой глянул на громыхающий город, продолжил удручённо: – Наши жители тоже хороши! Поначалу следили за сражением как за спортивным состязанием, кто кого, а затем вошли в азарт, припомнили друг другу старые обиды и тоже начали драться, за компанию. Короче говоря, сейчас в городе невесть что происходит: уже разрушено с десяток пирамид, полностью расплавлен дом отшельников, но, боюсь, свара на том не закончится, нет. – Книжник с ненавистью погрозил кулаком сторожевым полуовалам. – Меня чуть не убили, а за что, спрашивается? Ну, везёт мне в карты и кости, разве ж я после этого шулер? А если и шулер, то немного, чуть-чуть… Я иногда и честно играю! – Высказав накипевшее, Карл немедля налил себе вина, выпил, зашвырнул пустую бутылку куда подальше. Произнёс решительно: – Да пропади оно все пропадом, лично я удаляюсь в добровольное изгнание. Для начала за море, на край света, вместе с домом и моими крошками. Авось там найдётся берег и мы не упадём за горизонт, на обратную сторону земного диска. – Завернувшись в одеяло как в тогу, книжник направился к бунгало, из дверей которого выглядывали напуганные взрывами "крошки".

– Чёрт побери, – разволновался Харитон. – Ситуация начинает выходить из-под контроля. Городские колдуны лупят друг друга до смерти, Карл эмигрирует, а мы до сих пор ничего не узнали о здешних дверях в Башню Реальностей… Книжник, стой! – бёглер в два прыжка догнал Карла, ухватил его за одеяльную талию и настойчиво повлёк назад, к откупоренной второй бутылке. На ходу говоря книжнику разные успокаивающие слова, Харитон привёл насупленного мага к месту их беседы, вручил ему стакан и вновь налил. Подождав пока друг-книжник выпьет, напомнил ему:

– Карл, ты не забыл нашу вчерашнюю беседу, на площади? – Книжник в сомнении пожал плечами, мало ли чего прошлым днём было, всего не упомнишь. Особенно после вечернего банкета.

– Я насчёт дверей в иные миры, – терпеливо продолжил бёглер. – Ты тогда рассказывал про телескоп, с помощью которого Дитиан собирался изучать противоположный морской берег. Мол, там находится некая Башня с выходами в иные миры и спрятанный в древней гробнице ключ от всех дверей той Башни.

– А, Башня! – сообразил Карл. – Действительно, есть такая народная фантазия. Миф, не более. Но, между нами говоря, я вполне допускаю существование подобных дверей – взять хотя бы известные дыры-переходы между нашим исходным, первичным, и здешним миром. Раз они имеются, отчего не быть другим?

– Да-да, – горячо подхватил Денис, – мы, кстати, через такую башенную дверь и попали в ваш первичный мир. Но она захлопнулась и исчезла, теперь ищем какой-нибудь иной путь назад. Только никак найти не можем.

– Вполне вероятно что нужный вам лаз находится в кристаллическом городе, – понизив голос и опасливо глянув куда-то вдаль, мимо бунгало, произнёс колдун. – Но это не наверняка. К тому же населяют тот город мёртвые одноглазые карлики, они же «механики», мерзкие создания без стыда, совести и чести. Говорят, самые настоящие людоеды!.. Насколько я знаю, оттуда, из кристаллического города, мало кто возвращался. А у редких вернувшихся всегда чего-то недоставало – у кого почки, у кого руки или ноги, у кого ушей или глаз. И практически никто из них ничего не помнил о том, что с ними произошло. Только обрывки каких-то смутных воспоминаний, не более. Я подозреваю, – книжник перешёл на шёпот, – что эти счастливчики просто откупились своими органами от смерти. Хотя всё равно непонятно зачем их отпускать, ведь у мёртвых можно забрать всё что угодно. Причём без договора или откупа.

Или же, что ещё ужаснее, вернулись не они сами, а их копии: дубли, сделанные «механиками». Нарочно покалеченные, чтобы вызывать жалость и сочувствие.

– Зачем – "дубли"? – опешил Харитон.

– Чтобы шпионить, – уверенно ответил Карл. – Выведывать наши колдовские разработки. Им же, «механикам», невесть сколько сотен лет, давным-давно изжили своё творческое умение, вот теперь и охотятся за свежими идеями.

– Печальная история, – посочувствовал бёглер. – Ладно, не будем о грустном, а то паранойя болезнь своеобразная, может и до галлюцинаций с распадом личности довести. А оно нам нужно? Нет.

Карл раздражённо махнул рукой, дескать думайте что хотите, но от правды никуда не скрыться.

– Короче, – колдун нетерпеливо заелозил ногой по песку, – моё решение таково: я на пару недель убираюсь отсюда, пока страсти не утихнут. Потом вернусь. Если хотите, можете отправиться со мной на поиски другого морского берега, дозволяю, люблю хорошую компанию. Там заодно и двери поискать можно – зря, что ли, слухи ходят. А нет желания, то поступайте как знаете.