Вернуться в осень - Павел Стретович

Человек открыл глаза и посмотрел на нее, в них что-то прошло, что-то – но совсем не удивление и не надежда. Его глаза напоминали залитый водой и потушенный костер, костер былой боли – когда после жаркого пламени остается только зола, и ветер иногда поднимает оставшийся, никому не нужный пепел…

– В чем ваша вина? – опять спокойно сказала Эния.

Ей невозможно было не ответить.

– Я преступник, леди, – тихо и медленно произнес человек. – Я убийца. Мои руки по локоть в крови. Я ХОЧУ казни. Прощайте.

Так. Она все-таки заставила его говорить. Он ей ответил, этот обгоревший и почерневший гроб – опустившийся под землю глубокого безразличия… Значит, диалог будет.

– Вы сами пришли, – холодно констатировала принцесса. – И сами попросили смерти. Вы считаете, что заслужили избавления?

Человек оторвал голову от стены и повернулся – в его глазах впервые пробежало что-то человеческое. Никто еще не говорил такое, что смерть – это избавление, и это избавление надо заслуживать… Однако это соответствовало его состоянию. Похоже, он даже немного удивился.

– Не заслужил… – Он опять откинул голову на стену. – Можете сделать это медленно и мучительно. Мне все равно.

– Послушайте, – неожиданно очень мягко и тепло сказала Эния – совершенно неожиданно. Она подошла и опустилась рядом на корточки. – Только немного послушайте. Вы совершили много страшного и много злого. Пускай так – я не сомневаюсь в этом и не хочу вдаваться в подробности. Пускай так. Но… Но что-то произошло. Произошло то, что случается далеко не с каждым. Вас испепелила совесть… – Власть сменилась материнством – настоящим, и это была не подделка – теплоту, заботу и участие ощутил даже Сергей. – Совесть пришла – она пришла и заполнила все. Она вывернула вашу душу и заставила возненавидеть себя. Она пришла – и вы увидели все. Кто вы есть, кем были и кем стали. Все. И тогда захотелось умереть… Так?

Он молчал, однако его глаза не отрывались от принцессы, и в них уже не было безразличия – в них начала появляться боль. Это была правда. Такая правда не могла, просто не могла ТАК переплетаться с участием. Да кто она такая…

Сергей прислонился спиной к стене, восхищенно глядя на Энию. Она вывела его, это же надо – вывела из ступора, ступора равнодушия, и так быстро. Елки, как ему далеко до нее, до ее воспитания, интуиции и… И сердца.

– Вы вспомнили самого себя, – мягко продолжала принцесса. – Сначала, наверное, маленьким и игривым малышом, затем парнем… Возможно, своих родителей – отца, мать… У вас, случайно, нет детей?

– Хватит! – глухо сказал он и опустил голову, закрыв глаза – его грудь поднялась и опустилась, как на вздохе после тяжелого рывка. – Хватит… Зачем вы пришли? Вы что, посланники ада? Я же еще здесь, на земле…

Эния молчала, не отрывая от него мягкого материнского взгляда. Она ждала – его сердце слишком долго несло в себе этот страшный и непосильный груз, тоннами сдавивший голову и обледенелое сердце, слишком долго выматывало душу – теперь его просто должно было прорвать…

Но его не прорвало. Он опять открыл глаза и уставился в пустоту, заросшие губы разъехались в саркастической улыбке – если можно назвать улыбкой оскал трупа.

– Мои родители… Моя жена, мои дети… – Голос надорвался. – Они давно отказались от меня. Они – изгои в городе и никто не хочет их знать. Мои дети… они всегда только вдвоем и боятся показаться там, где другие дети. Я принес слишком много горя… многим, слишком много. Ничто не держит меня в этом мире – ничто. Я хочу смерти.

Огромный молот как по наковальне ударил в голову Сергею – он почувствовал, что теряет спиной опору. Боже… Вот так встреча… Вот что бросилось ему в глаза – хоть он и не успел осознать это, вот что привлекло внимание, вот что заставило задержаться взгляду, вот что не могло успокоить сердце… Снизу, от стены, проглядывая сквозь нечесаные волосы и заросшие щеки, на него смотрели глаза ворчливого и беззлобного Олди, и острой на язык доброй тети Доры, и всегда одиноких, но все равно неугомонных Гука и Люка…

Нивер Олди. Вот и встретились. Так далеко от дома…

Он оторвал спину от стены:

– Эния… На одну минуту.

Принцесса распрямилась:

– Совесть просыпается не просто так, человек. Она просыпается только там, где она есть. И ее пробуждение – не ваша заслуга. Это дар. Дар вам. Вы никогда не думали – для чего? Чтобы умереть? Я еще вернусь…

Она вышла вместе с Сергеем за дверь и горячо зашептала:

– Сережа! Прости, родненький, но он не должен умирать. Мы никогда с отцом не отправляли на смерть человека, если он по-настоящему раскаивался… А тут не то что даже… Тут вообще – такая ненависть к себе…

– Эния. – Он вздохнул. – Мы должны все сделать для него, что в наших силах. Это… Я близко знаю его семью. Они ко мне относились как к сыну…

– Сережа… Что это тут у тебя? – Она вытерла непонятно откуда взявшийся мазок на его подбородке. – Почему мы всегда думаем об одном и том же?

Сергей слегка покосился влево, помогая Энии спрыгнуть с коня, – у крыльца гостиницы обмахивались хвостами две лошади городской стражи.

– Уже пора обедать, – сказала принцесса. – А мы еще и не завтракали. Лаума, наверное, переживает – она так старалась…

Он улыбнулся – в животе давно и ощутимо гремели отбойные молотки. Они уже начали привыкать к Юрму с Лаумой.

– Ты знаешь, Сергей, – она ждала, пока он привязывал лошадей к коновязи, – Аваля рассказывает очень странные вещи… Ты бы как-нибудь послушал.

– Я слышал. – Он хлопнул по крупу своего гнедого – тот осторожно покосился одним глазом. «Жаль, брат, что ты не Мрак…» – Она мечтательница. К тому же ребенок.

– Вот и я думаю, – не отступала Эния. – Разве может ребенок такое придумать? Что была в Рохе, что там много страшных черных людей и гадких огромных животных, у которых очень много таких же гадких ног, и какие-то носатые Удуги, и есть другие дети, и еще… голубой туман Черты, и еще… Но это уже ерунда.

– Эния. Но ведь такое… или почти такое знает любой ребенок в Шеоле. Она просто любит сказки. А что еще за ерунда?

– Ну. – Она немного помолчала. – Что в тумане есть места – довольно большие места, где нет тумана. И никогда не было. И растут деревья, трава, и живут люди… Такое не может быть, да?

– Не знаю. – Он задумался – в памяти услужливой картинкой всплыли разбросанные юрты и дымы костров затерянной Ушвары. – Совсем, совсем не знаю…

…В холле гостиницы поднялись с дивана и шагнули навстречу двое в форме городской стражи:

– Лорд Ант?

– Да… – Сергей удивленно глянул на принцессу.

В ее глазах не мелькнуло даже и тени растерянности:

– …И леди Ант, к вашим услугам. Чем можем быть полезны?

Старший козырнул двумя пальцами:

– Лорд-капитан Маиер просит вас приехать в замок Эру вечером, к восьми часам. Просит прощения, если это нарушает ваши планы. Что передать?