Нелинейная зависимость - Дмитрий Янковский

– Нет. – Андрей серьезно задумался. – Хотя… Может быть это частный случай одного и того же вороса.

Остальные байкеры выехали из гаража и выстроились в шеренгу на пандусе, поревывая моторами.

– Пора разъезжаться. – глянув на Немого, сказал Бармалей. – Вечерком я всем прозвонюсь.

«Интересно, как он говорит по телефону с Немым.» – подумал Андрей.

– Лысь, ты Красавчика забираешь с собой? – с ноткой ревности поинтересовался Чоп.

– Да. – ответила девушка, и несколько раз заставила мотор угрожающе рыкнуть.

– Ладно. – Чоп коротко пожал плечами и отвернулся. – Ты у нас птица вольная.

– А ты разве нет? – по-доброму улыбнулась Лыська.

Чоп повернулся к ней и весело подмигнул.

– Я тебя люблю. – сказал он.

– Меня все любят. – отмахнулась девушка.

– Ладно, разъехались! – скомандовал Бармалей.

Двигатель взревел и инерция рванула Андрея назад – он еле удержался за Лыськину талию.

– Сурово ты водишь! – крикнул он в ухо девушки.

Она не ответила, лихо вписавшись в поток машин.

11.

Андрей помог Лыське слезть с мотоцикла у дома, стараясь не выпустить ее ладонь из своей руки. Девушка и не старалась ее забрать, хотя сама никаких шагов навстречу не делала. Она будто позволяла себя ласкать, и Андрей осторожно, шаг за шагом прощупывал, как далеко он может в этом зайти.

В лифте он осторожно обнял ее за талию и прижался губами к натянутому на плече комбинезону. Лицо у девушки при этом ничуть не изменилось – она смотрела в пространство, словно думала о чем-то своем. Андрей никак не мог понять, возбуждет его такое поведение, или наоборот утормаживает. Лыська дышала ровно, от этого хотелось ее растормошить, растрепать, заставить сначала неуверенно, а потом все жарче и жарче отвечать на его поцелуи. Ему хотелось увидеть ее не надменной и независимой, а подчиненной ему, отдающейся, и страстно желающей его власти.

Это была лучшая из всех масок сверхженщины, о такой только можно было мечтать. Женщина, молодая и зрелая, бесшабашная и явно не глупая, красивая, будто с обложки дорого модельного журнала. Горячая, и скорее всего очень умелая в сексе. Такое умение рождается только необузданным желанием, Андрей в этом убеждался не раз, а желание чаще всего скрывается именно под покровом отстраненного безразличия. Когда вот так губы сжаты, и когда глаза устремлены в непонятную даль. Андрей представил, какое пламя бьется у нее внутри, каких усилий ей стоит держать себя в руках, чтобы не бросится ему в объятья и не отдаться прямо здесь, в этом лифте.

«Это награда за все, что я пережил.» – мелькнула в голове мысль.

– Если все очень плохо, значит уже хорошо. – шутил Пашка над следствиями теории вероятностей.

Пожалуй можно было пережить все случившееся заново, только бы снова оказаться в замкнутом пространстве лифтовой кабины рядом с этой гибкой уличной пантерой в черно-белую полосу. Заново бить ломом в стену, заново глохнуть от грохота перестрелки…

Андрей не удердался и снова поцеловал горячее плечо под полосатым комбинезоном. Лыська не шевельнлась, зато лифт щелкнул и остановился, медленно открыв двери.

– Что ты хочешь? – спросила Лыська, открывая квартиру. – Чай или кофе?

– Кофе. – Андрей шагнул через порог и понял, что его добыча уже не уйдет, что теперь она будет его, даже если мир переверняттся с ног на голову.

– Хорошо. – кивнула девушка, грациозно усаживаясь на диван. – А мне сделай чай. Кофемолка и кофеварка на кухне.

Такой поворот привел к некоторому замешательству – Андрей был уверен, что готовить будет она. Но теперь это уже не имело значения – Андрей перешел в состояние активной охоты. Он смолол кофе, включил кофеварку и чайник.

– Я приму ванну. – сообщила Лыська, прикрывая за собой дверь ванной комнаты.

«Прими, прими.» – подумал Андрей, все более распаляясь. – «Ты будешь пахнуть чистотой и теплом, а я дуду прижиматься к тебе и входить в тебя с неистовством льва, раздирающего полосатую зебру.»

Он чуть не уронил со стола кофейную чашку.

«Спокойно, спокойно…» – одернул он себя. – «Голову совсем не надо терять.»

Он заварил чай и рискнул отнести его в ванную. Чего стесняться? Она же входила когда хотела.

– Тук-тук. – Андрей приоткрыл дверь, задохнувшись от красоты ее тела. – Я тебе чай принес.

– Спасибо. – улыбнулась Лыська.

При взгляде на нее обнаженную создавалось ощущение пламени, бушующего под кожей. Ощущение урагана и ревущего водопада, ощущение скальной незыблимости и прозрачной непредсказуемости пустоты.

Андрей вздрогнул.

«А может это не маска?» – испуганно подумал он. – «Может это и есть Она Сама? Сверхженщина, за которой я так долго наблюдал, пока она скрывалась под чужими обличьями?»

– Нравлюсь? – сощурилась Лыська.

– Безумно. – искренне ответил Андрей.

– Хочешь, полезай ко мне. Ванна большая. Надо же смыть с тебя морду Красавчика Рекса. Только разденься в прихожей, здесь не место для верхней одежды.

Андрей думал, что разорвет куртку, так спешил ее снять. Он вприпрыжку заскочил в кухню, стягивая остатки одежды, обжегся кофе, сделав излишне большой глоток. Но это все уже не имело значения.

Он свалил снятую одежду в прихожей и протиснулся в приоткрытую дверь ванной.

– Ого! – усмехнулась Лыська, глянув сверху вниз на Андрея. – Крепкая у тебя штуковина.

– Не жалусь. – Андрей постарался скрыть неуместное смущение, и влез в воду цвета медного купороса. – Ты безумно красивая.

Он уселся к ней лицом, ощущая под собой крупинки не до конца растворившейся соли. Это напоминало песчанный морской пляж, а бурлящие струи джакузи создавали ощущение пенных волн.

– Давай я с тебя этот скальп дурацкий сниму. – девушка сорвала с него и отбросила силиконовую лысину с хохолком. – Перчатки тоже снимай, у меня есть лазерный заживитель.

– «Квантек»? – вырвалсь у Андрея.

– Ты таким уже пользовался… – весело сощурилась Лыська.

– И чему ты смеешься?

– Да так. Наверное прикольно смотреть со стороны, когда его включают на третью мощность ниже пояса.

– Ничего прикольного. Будто тебя трахнули без разрешения.

– Здорово. Хоть один из моих знакомых мужиков почувствовал это на собственной шкуре. Тебе должно было пойти на пользу.

– Уж не знаю. – пожал плечами Андрей, чувствуя, как спадает сексуальное возбуждение.

«Зачем она об этом напомнила?» – подумал он. – «Или специально играет?»