Игра на выживание - Алексей Калугин

Едва только поутру рассеялась плотная завеса дождевых туч, над полем недавней битвы зависли два военных винтокрыла. Как и следовало ожидать, федералы заметили вспышки взрывов на спутниковых фотографиях и незамедлительно явились на место, чтобы выяснить, что произошло. Но садиться они не стали. Потому что на изрытой взрывами земле стояла дюжина шелтарских шатров, привезенных и установленных еще до рассвета. Винтокрылы повисли над шатрами, а на землю для переговоров спустились двое представителей администрации Делла-порта.

От Ли шелтары получили четкие и ясные инструкции насчет того, как следует разговаривать с людьми из Делла-порта. В ответ на все вопросы федералов аборигены упрямо твердили, что все произошедшее накануне является их внутренним делом и они не желают, чтобы люди в него вмешивались. А когда им надоел пустой разговор, они потребовали, чтобы федералы убрались с их земли.

Притаившиеся в одном из шатров Ли с приятелями едва удерживались от смеха, наблюдая за тем, как ретируются бравые вояки из Делла-порта. Их положение и в самом деле было незавидным – стоит только кому-то написать рапорт в АСКОП о нарушении прав коренных жителей Деллы, как начнется внесудебное разбирательство, результатом которого станет, в лучшем случае, отстранение от должностей всех причастных к инциденту.

Военные убрались восвояси, но ясно было, что они продолжат расследование странного случая, используя все доступные им методы. И, перво-наперво, над сгоревшим поселком зависнет спутник, чтобы дотошно и скрупулезно фиксировать все, что происходит внизу. Поэтому всем находившимся в поселке людям было велено переодеться в пончо шелтаров. И ни при каких обстоятельствах не появляться на улице с оружием в руках.

Даже Риксу пришлось укрыться под разноцветной накидкой и натянуть на голову двуухую войлочную шапку, что подарил своему другу-вождю Номи.

В таком виде Рикс добрался до селения шелтаров, чтобы встретиться с безумным человеком, о котором рассказывал Номи.

Как и предполагал Рикс, это оказался Найденов.

Выглядел он совсем неплохо. Значительно лучше, чем во время их последней встречи. Шелтары отмыли его, обрезали длинные, посекшиеся волосы и переодели в новую одежду. Раненое колено зажило и почти не беспокоило Сергея. Но это была только внешняя оболочка человека. Что происходило у него в душе, не знал никто, потому что Найденов отказывался с кем-либо разговаривать. Почти все время он сидел, забившись в дальний угол большого шатра, в котором шелтары хранили тюки с шерстью. Женщина, которой было поручено присматривать за незнакомцем, три раза в день приносила тарелку с едой и кувшин с водой, ставила у входа и уходила. Серега съедал все, до последней крошки. После чего ставил пустую посуду на прежнее место. Когда же от Найденова снова пошел неприятный запах, шелтары стали выгонять его на улицу, чтобы помыть и переодеть. Сереге это не понравилось. Он принялся объяснять что-то шелтарам на непонятном им языке, а когда убедился, что это ни к чему не приведет, начал сопротивляться. Тогда его попросту окатили водой из ведер. Так повторилось несколько раз. Уяснив, наконец, что гигиенической процедуры не избежать, Найденов стал мыться самостоятельно. И даже одежду начал стирать. Но, помывшись и пообсохнув на солнышке, снова забивался в свой угол.

Войдя в шатер, Рикс обошел сложенные штабелем тюки с шерстью. Пыль звездной россыпью серебрилась в тонких полосках солнечного света, пробивающегося сквозь щели в пологе. Проанализировав температуру и состав воздуха, робот пришел к выводу, что в шатре должно быть жарко и душно.

Сергей сидел, прижавшись одним плечом к войлочной стенке шатра, другим – к потертому мешку с шерстью. Ноги поджаты, подбородок уперт в колени. Едва взглянув на робота, Найденов тут же отвернулся и уставился в пустоту.

Робот присел на корточки рядом с Сергеем.

– Как дела?

Никакого ответа.

– Я понимаю, что ты сейчас чувствуешь…

Голова Сергея дернулась, будто шею свела судорога, и резко повернулась. Устремленный на робота взгляд был полон ненависти и злобы. Вот уж чего Рикс никак не ожидал. Он думал, что за время своего вынужденного одиночества и жизни среди шелтаров Сергей обдумал и переосмыслил все, что с ним произошло, простил все нанесенные ему когда-то обиды, как реальные, так и придуманные им самим, и ступил на путь смирения. Именно так объяснил для себя Рикс его молчание. Но оказалось, Серега молчал, потому что боялся, что, открыв рот, завопит в дикой злобе на всех и вся. А то и откусит себе язык.

– Ты понимаешь, что я чувствую?.. – голос Серегин едва слышно шелестел, как ползущая в сухой траве змея. – Ты?.. Что ты можешь понять, старая, пустая жестянка?.. Что ты можешь понять, если я сам ничего не понимаю!..