Спасите ректора! - Ольга Валентеева

– Нам крупно повезло? – робко предположила рыженькая девушка, которая слабо сдала экзамены, но поразила меня необычностью магии.

– Более чем, мисс Лювис, более чем. И повезет еще больше, если вы проявите благоразумие и возьметесь за учебу со всем возможным рвением. Вы должны понимать, что стали студентами самого престижного университета Целиции, и не уронить его честь. Уверяю вас, вылететь отсюда гораздо легче, чем попасть. Два предупреждения, на третий раз – отчисление. За особо тяжкие проступки отчисление без предупреждений. Вопросы есть?

Студенты молчали, только таращились, будто птенцы, впервые покинувшие пределы родного гнезда.

– Теперь о правилах, – продолжила я. – Одно вы только что услышали. Далее – задолженность по сессии недопустима. Ни при каких обстоятельствах. С одиннадцати вечера до пяти утра – комендантский час, в течение которого можно передвигаться только по своему этажу в общежитии. Распорядок дня следующий. Подъем – ровно в шесть. В семь – зарядка. В половине восьмого – завтрак, и в восемь начинаются занятия. В полдень перерыв на обед, он длится ровно час. Затем до пяти – пары, и, наконец, свободное время. Выходной – раз в неделю. В этот день вы можете заниматься чем угодно, а также посещать город при наличии пропуска. Действие пропуска может быть аннулировано временно или постоянно по ряду причин, подробнее о которых вы прочтете в своде правил университета, который отныне становится вашей настольной книгой. По одному экземпляру сегодня же окажется в ваших комнатах.

Перевела дыхание. Окинула взглядом внимательные лица. Не зря выбрала именно их! За исключением одного, который откровенно позевывал и таращился в окно.

– Вам так скучно, студент Риад? – спросила ласково.

– Мне? – чуть обернулся он. – Да, скучновато.

– Тогда выходите на мое место, прошу.

– Зачем? – Энджел явно струхнул.

– Выходите, выходите, – подошла и похлопала его по плечу. – Господа студенты, давайте поддержим мистера Риада бурными аплодисментами.

– Лорда Риада, – буркнул тот.

– Даже так? Тогда тем более выходите.

Мальчишка уже унаследовал титул? Примечательно и о многом говорит. Отсюда и такая бравада. А ведь Мышонок сказал, что Энджел – сын его друга. Или я чего-то не понимаю? А Риад уже замер перед другими студентами.

– И что дальше? – спросил с подозрением.

– Дальше? – усмехнулась я. – Господа студенты, рада представить вам старосту группы Энджела Риада. Отныне студент Риад будет личным примером вдохновлять вас на новые достижения и отчитываться передо мной в конце каждой недели об успехах, достигнутых вами. Поэтому со всеми вопросами вы обращаетесь к нему, а он – ко мне. Конечно же, должность старосты – не только привилегия, но и ответственность. Поэтому и обязанностей у студента Риада будет куда больше, чем у каждого из вас. После собрания вы, Энджел, пройдете со мной и получите двадцать один экземпляр свода правил университета, а затем раздадите вашим однокурсникам.

– Я могу отказаться? – угрюмо спросил тот.

– Нет, – сияя улыбкой, ответила я. – И еще, пока вы тут учитесь, забудьте о титуле. Для нас все равны. Хоть лорд, хоть мальчишка с улицы, если у такового есть талант и голова, чтобы правильно его применить. Намек ясен?

Энджел хмуро кивнул.

– Присаживайтесь и записывайте. Кроме того, что вы зайдете в библиотеку за книгами, до завтра я жду график дежурств по этажу. Для этого переговорите со старостой группы сто один. Один студент в день от нашей группы, один – от их. За чистоту в комнатах вы также отвечаете самостоятельно. Хоть бытовые заклинания, хоть тряпка и веник – мне все равно. Но бардака не потерплю. Завтра в девять утра вас ждет экскурсия по университету. Я покажу вам здание и территорию, а студент Риад подготовит за ночь познавательный экскурс в историю университета Гарроуз. Материалы тоже в библиотеке. И наконец, еще кое-что о правилах. Отношения между студентами запрещены. Это не значит, что я буду вылавливать вас по темным подворотням. Но и у стен есть глаза и уши. Нарушите правила – пеняйте на себя. А теперь – удачного вечера!

И, довольная собой, я удалилась, оставив студентов переваривать полученную информацию. У меня тоже была своя работа. А Риад скоро взвоет, потому что на должность старосты он точно не годился. Время до вечера пролетело быстро и незаметно. Я прервалась только на ужин, уделив остальное время документации. А вот после ужина вспомнила о студентах.

По своему опыту профессорской жизни знала: для студентов первые дни – самые тяжелые, потому что начинаются взаимные упреки, нежелание подстраиваться друг под друга, скандалы, а иногда и драки. Поэтому вечером того же дня решила прогуляться на сон грядущий. Никому хуже не будет, если я пройдусь по этажу и оценю, все ли первокурсники доживут до церемонии начала учебного года.

На этаже первокурсников слышались голоса и смех. Это ребята знакомились и обустраивались. Вот и хорошо, похоже, пока что все в порядке. На всякий случай прошлась вдоль комнат – и едва не полетела носом вниз, споткнувшись обо что-то. Только «что-то» вдруг ойкнуло и попыталось отползти, радуя глаз светловолосой макушкой с яркими прядками.

– А, студент Риад! – узнала макушку. – Что, решили лично провести первое дежурство? Похвальное рвение.

– Не смешно, декан Дейлис, – отозвался протеже Мышонка, так и сидя на полу под стеночкой.

– Почему же? Если это не рвение, то что тогда? Решили, что личный коридор – лучше личной комнаты?

– Меня… выгнали, – признал Энджел то, о чем я и сама прекрасно догадалась.

– И за какие же заслуги эта беда постигла представителя доблестного рода Риад? – поинтересовалась будто невзначай.

– Они не хотят со мной жить.

Взгляд Энджела так и сверкал плохо сдерживаемой яростью. А затем дверь отворилась, в коридор вылетел чемодан и раздался дружный смех. Один из четырех…

– И чем же вы с первого дня заслужили столь жгучую неприязнь, студент Риад? – спросила мягко. – Завидуют вашему посту старосты?

– Нет, – буркнул тот. – Они высмеяли мою прическу.

– Ах, как нехорошо, – всплеснула руками. – Павлина по последней моде – и не оценили?

– Какого павлина? – растерянно моргнул Энджел.

– Ну, ваша прическа ведь так называется? Или я неправильно запомнила?

Щеки мальчишки начали наливаться краской. На миг даже показалось, что он разревется, но, видимо, лишь показалось, потому что в следующую секунду он подскочил на ноги и рванул обратно к двери в комнату. Дверь ожидаемо не отворилась. Конечно, я могла бы развлекаться еще долго, но, увы, моя должность не позволяла такого, а требовала восстановить порядок. Я остановилась рядом с Энджелом и постучала.

– Катись отсюда! – послышался голос соседа, стихийника Казнера.

– Я, конечно, могу укатиться, студент Казнер, – ответила ему, – но только после вас!