Психея. Забвение - Ellen Fallen

Прошла неделя с момента нашей первой прогулки, и я начала привыкать к обычной жизни в этом маленьком городке. Постепенно приходила в себя, уже не переживая о том, что все на меня пялятся, и мне даже показалось, что я стала своей среди чужих. Мне продавали продукты, осыпали комплиментами, приглашали на вечерние концерты с танцами. Соседи приходили к нашему дому все чаще, уже не рассмотреть обезьянку, привезенную из Америки, это я о себе так ласково. Они хотели стать мне другом, показать, как у них здесь здорово, ну и, естественно, предложить что-то для покупки. Люди все делали своими руками и делились на сословия, любой заработок был для них весомым. Поэтому мне приходилось постоянно контактировать с этими бесконечно болтливыми людьми, замечу, не без удовольствия. Я поражалась их отношению к жизни, радости от всего происходящего и огромное поклонение еде. Это какой-то культ, особое отношение к острым перчикам и соленым огурчикам. Жизнь кипела, как вода в котелке, и я была в центре этого бурлящего содержимого, как особый ингредиент. Хочу заметить, что ко всему привыкаешь — у тебя просто нет другого выхода. И зачастую твои проблемы и привычки обязательно кто-то разрушит, разобьет привычный уклад жизни, внося свои коррективы.

К чему я так издалека? Время девять часов и пятнадцать минут, утро не задалось с самого начала, и виной тому кто? Конечно, Матео. Этот ребенок вообще спит когда-нибудь? Ну, хорошо, можно допустить тот самый монотонный стук или даже визг. Я бы закрыла двери на балконе, готовая сжариться от утреннего палящего солнца и духоты… Готова даже приобрести беруши в ближайшей аптеке, до нее, кстати, далеко идти, но и это не является проблемой.

Сегодня он решил, что этого мало, и запустил мне в окно футбольный мяч. Круглый предмет влетел в балконную дверь, разбив стекло в дребезги. Еще до конца не проснувшись, я подскочила, как ненормальная, с кровати и упала на пол, закатившись под нее, ожидая нападающих, грабителей, да кого угодно, но никак не маленького влюбленного поганца, подобным образом вызывающего меня на свидание.

И вот теперь мы с ним сидим за столом и смотрим друг другу в глаза. Наши взгляды схлестнулись минут десять назад, и никто не хочет проигрывать. Перед нами стоят тарелки с завтраком и остывают, но сейчас гораздо важней понять, каким образом объяснить ему, что так поступать нельзя. Я могла бы взять его за ухо и отвести бабушке или маме на работу, но тирания не является оружием. Точно так же, как и физические увечья, ремень, веник или такой популярный здесь обычный домашний тапок на резиновой подошве.

Если вспомнить короткое знакомство, практически с каждым проживающим в моем районе, пролетающий перед твоим лицом тапок говорит о том, что кого-то в доме воспитывают, и когда следом выбегает нашкодивший ребенок, все вопросы отпадают.

Благодаря Матео я познакомилась чуть ли не со всем городом за довольно короткий срок, в том числе и со всей его семьей, не без курьеза, конечно.

Парнишка реально решил, что у него есть будущее со мной, сделав вид, что он сломал себе ногу, и не мог идти. Я несла его на руках, пока он обнимал меня за плечи и упирался своим маленьким подбородком мне в сиськи. Не думаю, что это законно, но мне хотелось скинуть его на землю и уйти прочь. Естественно, как нормальный адекватный человек, я помогла ему, передала матери, но вот убежать не успела. Он нес какую-то чушь о любви, о бабушке, которая старше дедушки. В итоге сошлись на дружбе и мире только благодаря природной болтливости его мамы. После тех событий я уже даже подумываю о том, чтобы симулировать отношения с первым встречным. Даже если это будет коротышка Хуан, живущий через дом. Но не буду кривить душой, этот ребенок будоражит все мои нервные клетки, и я бегу из дома на улицу, лишь бы хорошенько ему не всыпать.

— Сеньора Андреа, — в кухню заходит Химена, — стекольщик сказал, что придет завтра.