Чёрный сектор - Юлия Шолох

— Куда? На командный пост? — Шёпотом спросила Вафля.

— Да, давай.

Они вышли, закрыли дверь и тихо прокрались в сторону перехода на высший уровень. Это была лифтовая площадка. Конечно, она не работала, на пульте мигал красный аварийный сигнал. Подниматься пришлось бы вручную по настенной лестнице или в обход по нормальной, но той, что расположена далеко.

Девчонки не успели решить, что выбрать. Слева раздался шум, грохот и от неожиданности они как кролики прыснули вправо. Но на пересечении коридоров снова раздался шум, уже с другой стороны. И кто-то крикнул, громко, как будто что-то приказал. Конечно, они снова свернули и попытались сбежать уже в другую сторону. Звуки раздавались то там, то сям, они беспорядочно бегали, пока Кира не остановилась и не дёрнула Вафлю за рукав.

— Ну, хватит! Так можно без конца метаться. Чего мы вообще убегаем?

— А вдруг это стресс-тесты? Пять тысяч на дороге, знаешь ли, не валяются.

Кира поморщилась, но промолчала. Не читать же Вафле нотацию в такое время и в таком месте? Вместо этого она сказала:

— Давай разделимся, по одиночке проще прятаться. Иди налево, я направо. Встретимся через полчаса в каюте.

— Ладно.

Кира глубоко вздохнула, встряхнулась и пошла в сторону, откуда доносились крики. Решила — поймают, и ладно. Что ей сделают? Она скажет — пропали свет и связь, иду искать кого-нибудь, кто знает, что происходит. Пяти тысяч ей не жалко, жалко своего душевного спокойствия. Да и вообще…

Несмотря на это выбегать из-за угла, раскинув дружелюбно руки она, конечно, не стала. Подкралась как можно ближе и прислушалась.

Кто-то методично повторял одно и то же. Вроде там были слова “Шевелись” и “Быстрее”. Но может, показалось.

А потом вдруг взвыла сирена. Та, которая на крайний случай. На случай эвакуации.

Кира подскочила на месте и тут же забыла про стресс-тесты, угрозы Саблезуба, которые вдруг показались пустыми и глупыми, и про прочие дела, вместе взятые. Вначале она не поверила, но буквально через несколько секунд отбросила всякие сомнения. Эвакуационная сирена звучала только если случалось что-то ужасное, какая-нибудь смертельная угроза, опасность для жизни. Тогда следовало немедленно бежать в сторону спасательных катеров. Их на корабле было несколько — два больших и с десяток маленьких. Маленькие блокировались пока от корпуса не отходили большие. В любом случае, сейчас нужно бежать на спасательную площадку. Что она и сделала, правда, ноги плохо слушались.

При посадке они просматривали учебные ролики об особенностях полётов в дальний космос. И слышали сирену. Её ни с чем другим не спутаешь — словно гвозди в уши ввинчивают. Также в ролике несколько раз повторили, что по сути услышать эту сирену — самое страшное, что может произойти во время путешествия.

Никто, конечно, не допускал на самом деле, что это произойдёт. И вот вам пожалуйста!

Девчонки в каюте… тоже уже должны бежать к катеру. Вдалеке Кира увидела двух членов команды, которые спешили — показались и пропали в направлении спасательной площадки.

Ту ещё и на стенах зажглись табло со знаком опасности — красным восклицательным знаком в треугольнике на жёлтом фоне и голос корабельного оповещения начал повторять сообщение: “Внимание. Всему персоналу и гостям корабля немедленно отправляться к причалу номер один для проведения срочной эвакуации”.

Но что могло произойти? Кира бежала по коридору, сломя голову, видела, как перед ней бегут туда же другие люди, но в панике не могла понять, знакомые это или нет. Вроде лица, которые она не раз видела раньше. Где? Где она их видела? И другие лица — побелевшие, с широко раскрытыми глазами, охваченные паникой. Незнакомые, но близкие из-за ужаса, отражающегося в глазах. Она чувствовала точно такой же.

Все были одеты в обычную одежду — ни защитных комбинезонов, ни скафандров. Значит, выбежали из кают или мест работы, как были, не подготовившись.

Может, надо было остановиться и подумать. Так делают разумные люди? Или нет? Неважно. Как животное, которое бежит от пожара, Кира бежала к спасательному катеру. Она уже ни о чём не думала.

И вот он впереди, катер. Широко открытый вход приглашающе мигает огоньками, люди сбегаются со всех сторон и с облегчением ныряют внутрь. Возле входа стоит капитан корабля. Увидев его таким хмурым, нервным, Кира потеряла последние сомнения — эвакуация действительно происходит. С ней, здесь и сейчас.

А через секунду её сбили с ног.

Очнулась Кира быстро, по сути она и не теряла сознание, только на некоторое время прекратила ориентироваться в пространстве, чуть-чуть оглохла и ослепла. Очнулась она, сидя на большой мягкой кушетке в видео-зале, что недалеко от спасательных катеров. Ряды мягких кресел и диванчиков располагались вдоль стен, видеопанели на которых сейчас были отключены. Под потолком мигала красная лампа, но ещё горело несколько тусклых белых лампочек — аварийное освещение. Света было достаточно, чтобы хорошо видеть.

Напротив диванчика, на котором лежала Кира за экранами сидели её сокурсники, те самые пятеро, которые играли роль центральных колонн при недавнем разговоре.

— Правый сектор пустой. — Говорил Чёрный Огонь, всматриваясь в изображение. Его густой голос звучал совершенно спокойно, а чёрная рубашка была аккуратно застёгнута, как в любой другой день.

Саблезуб, Чёрный Огонь, Шпрот, Дарвин и спортсмен Зыкин. Среди них Кира не увидела только Ахлейна. Странно, сейчас его место занимал Дарвин, хотя ей казалось, толстяк умнее.

— Правый перекрывай. Что с нижним? — Саблезуб азартно улыбался.

— Нижний плохо как-то идёт. — Ответил Зыкин. Его вытянутое лицо выглядело изумлённым, будто он сам не верил в то, что творил.

— Добавь громкости динамикам. — Приказал Саблезуб.

— В каютах будет слышно, мы и так там закрыли щиты на полную. Наши и курсанты запаниковать могут.

— На нижних нет кают, придурок.

— Ой, точно. — Зыкин бледно улыбнулся и стал менять настройки.

Дальше всё снова замерло и Саблезуб отодвинул экран и уставился на Киру. Покосился ей за спину.

— Она что тут делает?

— Поймали у катера. Хотела с командой сбежать. — Ответил чей-то голос сбоку. Кира посмотрела — за диваном, оказывается, стояли ещё трое парней, двоих она видела, но лично не знала, а третьим был Никита. Говорил не он.

— У катера? — Саблезуб оскалился. — Какая непослушная штучка. И что же тебе за это будет?

Он будто задумался, сунул руку в волосы, и его взгляд делался всё более нехорошим. Брови он хмурил всё сильней, как плохой актёр. Так как брови у него были тонкие, выглядело не страшно, а смешно.

— И пускай бы шла, — вдруг сказал Никита. — Зачем она нужна.

Саблезуб недовольно зыркнул на него.

— А мне хотелось бы верить, что мы все заодно. Мы все студенты АМКи! Все в одном болоте сидим! Так что хотелось бы верить, что я могу попросить сокурсников и они не откажут мне в маленькой просьбе. Ради общего блага. Разве я многого просил? Просто проявить понимание к своим однокурсникам и их нуждам. Просто посидеть в своей долбаной каюте!