Я, ангелица - Катажина Береника Мищук

Лос-Дьяблос – столица Нижней Аркадии. Культурный центр всего Ада, в котором собрались известнейшие художники, артисты и политики. Это единственное такое место во всем загробном мире. Больше нигде вы не встретите на улице Цезаря, Мерилин Монро или Майкла Джексона (при этом в один и тот же момент!). Основанный более восьми тысяч лет назад, город даже имел свой земной аналог – Лос-Анджелес.

В самом центре этого удивительного мегаполиса находится резиденция Люцифера, занимающего должность Сатаны – правителя Подземного мира. Резиденция, созданная по образцу Версальского дворца, – это настоящий шедевр попавших в Ад архитекторов. На вид радостная и окрашенная в пастельные цвета, на каждом балконе и карнизе она прячет искривленные морды горгулий. Якобы раз в тысячу лет, на великом миллениальном приеме, из их глоток течет самое дорогое земное шампанское.

Эти формульные фразы, как и многие другие, я выучила наизусть так, что, разбуди меня ночью, я произнесла бы их без запинки.

Когда я работала дьяволицей – я должна была убеждать умерших в том, что они желают отправиться в Ад, место вечного упокоения, – от меня требовали энциклопедических знаний. Путеводитель по Лос-Дьяблосу я вызубрила наизусть.

Теперь я стояла рядом с Белетом напротив гладкой стены. У меня была возможность снова туда попасть. На этот раз уже не как гражданка Нижней Аркадии (разговорное понятие «грешница» было слишком неполиткорректным), не как дьяволица, а как человек.

Живой человек с дьявольской силой.

Люцек так обрадуется при виде меня…

– У меня нет ключа, – сказала я Белету.

Он удивленно обернулся.

– Как это нет? Я же оставил его тебе после того, как вернул тебя в прошлое.

Именно Белет по приказу Архангела Гавриила (как оказалось, это Рай на самом деле правит Адом) вернул меня в прошлое, до того, как меня убили. Это изменило ход истории, и я никогда не умирала. И не допустила уничтожения человечества…

Я подумала о маленьком серебряном ключике с выгравированными розами. Об оливковой коже, на которой видела его в последний раз. На груди Петрека…

– Да, – ответила я дьяволу. – Но теперь он… как бы это сказать… недоступен.

– Как это?

– Он у Петрека, а у меня нет желания с ним встречаться.

Белет понимающе кивнул и достал из кармана свой ключ. Он уже собирался вставить его в стену, но я остановила его.

– Могу я сделать копию? – спросила я.

Он согласился без колебаний. В конце концов, я уже имела с этим дело.

Я взяла ключ двумя пальцами. Он был длиннее моего. Его оплетала серебряная змея, символ искушения. Он идеально подходил красавцу Белету. Я зажала ключ в руке и усиленно подумала о его материале, весе, цвете и назначении.

Сочетание дьявольской силы с Искрой дало мне еще одну довольно интересную возможность – я могла дублировать дьявольские ключи.

Этого тоже не умел ни один ангел или дьявол. Если задуматься, то все они были намного слабее меня. Будь у меня чуть больше силы духа, я, может, и смогла бы убедить их наконец оставить меня в покое, а не то хуже будет.

Но силы духа мне как раз недоставало. Как сказала Клеопатра, иногда я добивалась цели исключительно своим раболепием.

Я раскрыла ладонь. На ней лежали два одинаковых ключа.

Протянула Белету оригинал. Он слегка склонил голову, пропуская меня вперед.

– Подумай о своем доме в Лос-Дьяблосе, – сказал он.

Я почувствовала, как внутри все неприятно сжалось. А если не сработает? Если у меня ничего не получится?

Вставила ключ в стену. Он вошел в нее с легким сопротивлением, будто в подмороженное масло или только замешенное дрожжевое тесто. Магия.

Я повернула его. Передо мной появилась белая двустворчатая дверь. Вделанные в нее разноцветные стеклышки сверкали на солнце. Сквозь стекло я разглядела какие-то размытые фигуры с другой стороны.

Получилось!

Я вытащила ключ и, спрятав его в карман, нажала на ручку и открыла дверь. За ней я увидела мощеную дорожку, ведущую в мое адское владение. Пальмы и фруктовые деревья тихо шелестели. Щек коснулся морской бриз.

Я была дома.

– Никто здесь не жил? – спросила я Белета, когда мы переступили порог.

– Я лично проследил, чтобы никто не занял дом в твое отсутствие, – улыбнулся он, гордо выпятив грудь.

– Спасибо.

Я была тронута. У меня в самом деле было чувство, что возвращаюсь домой. Туда, где я могла запереться в четырех стенах и представлять, что я на отдыхе в Греции, где исчезали все горести и сомнения.