Шторм войны - Виктория Авеярд

– Я хочу, чтобы моя семья была в безопасности.

Мой голос не дрожит. Я пускаю в ход то немногое, чему научилась от покойной леди Блонос на уроках этикета. «Держи спину прямо, расправь плечи. Не отводи глаза».

– Сейчас идет настоящая война, – говорю я. – В ней участвуют Норта, Пьемонт, Озерный край – и вы тоже. Безопасности нет нигде. Но Монфор находится дальше всех, и, кажется, вы самые сильные, ну или, по крайней мере, надежно защищены. Полагаю, будет лучше, если я сама отвезу к вам своих родных. А потом вернусь и закончу то, что начали люди поумнее меня.

– Это обещание касалось новокровок, мисс Бэрроу, – негромко произносит Дэвидсон.

Суета вокруг почти заглушает его голос. В животе у меня что-то обрывается, но я стараюсь не терять уверенности.

– Я так не думаю, премьер.

Он наклеивает на лицо пустую улыбку, скрываясь за привычной маской.

– Вы считаете меня настолько бессердечным?

Шутка странная – но странен и сам Дэвидсон.

Он обнажает в улыбке ровные зубы.

– Разумеется, мы рады видеть ваших близких. Монфор почтет за честь принять их в число своих граждан. Айбарем, на пару слов! – добавляет он, повернувшись.

Из смежной комнаты выбегает мужчина, и я подпрыгиваю от неожиданности. Он как две капли воды похож на Раша и Тахира – близнецов-новокровок. Если бы я не знала, что Тахир в Пьемонте, а Раш в Археоне – они наши разведчики, – я бы подумала, что передо мной кто-то из них. «Тройняшки», – быстро догадываюсь я и ощущаю горечь во рту. Не люблю сюрпризы.

Как и у его братьев, у Айбарема темная кожа, черные волосы и аккуратно подстриженная борода. Я успеваю мельком заметить шрам на подбородке – тонкую белую полоску. Он тоже помечен – много лет назад какой-то Серебряный лорд оставил ему этот рубец, чтобы отличить от братьев.

– Приятно познакомиться, – говорю я и прищуриваюсь, глядя на Дэвидсона.

Он ощущает мое беспокойство.

– Да, да, это брат Раша и Тахира.

– В жизни бы не догадалась, – сухо отвечаю я.

Губы Айбарема раздвигаются в легкой улыбке. Он приветственно кивает.

– Рад наконец увидеть вас, мисс Бэрроу.

Он выжидающе поворачивается к премьеру.

– Что вы хотели, сэр?

Дэвидсон меряет его взглядом.

– Свяжись с Тахиром. Пусть передаст семье Бэрроу, что дочь заберет их завтра. И перевезет в Монфор.

– Есть, сэр, – отвечает он.

На мгновение его глаза стекленеют: сообщение идет от одного брата к другому. На это уходит лишь пара секунд, пусть даже их разделяют несколько сотен миль. Айбарем вновь склоняет голову.

– Готово, сэр. Тахир нас поздравляет. Вам будут рады, мисс Бэрроу.

Надеюсь, мои родители примут это предложение. Они не могут отказаться. Гиза жаждет уехать, мама тоже. Бри и Трами отправятся с ними. А вот насчет папы я не уверена. Особенно если он узнает, что я не останусь с ними. «Пожалуйста, уезжайте. Пожалуйста, я так хочу, чтобы вы жили спокойно».

– Поблагодари его, – бормочу я, все еще в замешательстве.

– Передано, – отвечает Айбарем. – Тахир говорит, вас ждут.

– Спасибо вам обоим, – вмешивается Дэвидсон, и не без причины. Братья обмениваются сообщениями с удивительной быстротой, хотя, когда они стоят рядом, выглядит это еще более жутко. Айбарем кивает и уходит.

– Если есть еще – не стесняйтесь, зовите, – произношу я, скрипя зубами.

Премьера не смущает мое раздражение.

– Больше нет, хоть я бы и не отказался, – со вздохом отвечает он. – Странные ребята эти трое. Обычно у Непримиримых есть аналоги всех Серебряных способностей, но до сих пор я не встречал никого вроде них.

– У них, кажется, мозги по-другому устроены, – замечает Тайтон.

Я многозначительно смотрю на него.

– Мне не нравится, как это звучит.

Тайтон жмет плечами.

Я поворачиваюсь к Дэвидсону, все еще ошеломленная, но не в силах отрицать, какой шикарный подарок он только что сделал мне.

– Спасибо. Я знаю, что вы управляете целой страной, и, возможно, для вас это пустяк, но для меня это очень важно.

– Ну конечно, – отвечает он. – То же самое я надеюсь сделать для других семей вроде вашей, как только появится возможность. Мое правительство в настоящее время решает, каким образом справиться с наплывом беженцев и как переселить Красных и новокровок, согнанных с места войной. Но вам – за то, что вы сделали и продолжаете делать, – мы готовы помочь вне очереди.

– И что же я сделала? Если серьезно? – эти слова вырываются у меня, прежде чем я успеваю удержаться, и мои щеки заливаются жаром.

– Вы оставили трещины в непроницаемой стене, – Дэвидсон говорит таким тоном, как будто указывает на очевидное. – Пробили броню. Сорвали засов, мисс Бэрроу. Осталось открыть дверь.

Он улыбается – искренне, широко, от уха до уха, блестя зубами. Премьер похож на кота.

– Очень хорошо, что благодаря вам претендент на трон Норты прибудет в Монфор.

Я вздрагиваю. «Это угроза?» Я быстро подхожу и упираюсь руками в стол. А потом говорю негромко и предостерегающе:

– Дайте слово, что ему не причинят вреда.

Дэвидсон не колеблется.

– Слово, – отвечает он тем же тоном. – Я не трону и волоска на его голове. И никто другой не тронет, пока Калор на моей территории. Даю вам торжественное обещание. Я не действую такими методами.

– Хорошо. Потому что было бы очень глупо убирать буфер между нашим союзом и Мэйвеном Калором. А вы не глупы, не так ли, премьер?

Кошачья ухмылка расширяется. Дэвидсон кивает.

– Юному принцу будет полезно повидать новые места, – говорит он, изящно приподняв седую бровь. – Страну без короля.

«Пусть увидит, что это реально. Что без короны и трона можно обойтись. Необязательно быть королем или принцем… если он не хочет. Но проблема в том, что, кажется, хочет…»

«Да» – это все, что я могу сказать. Все, на что могу надеяться. В конце концов, разве я не познакомилась с Тиберием в грязной таверне, когда он притворился обычным человеком, чтобы понять, что на самом деле представляет собой мир? Чтобы выяснить, какие перемены необходимы?

Дэвидсон откидывается на спинку, очевидно завершив разговор. Я тоже отступаю.

– Считайте, что ваша просьба удовлетворена, – говорит он. – И скажите спасибо, что сначала нам в любом случае пришлось бы заехать в Пьемонт, иначе я бы так легко не согласился перевозить тонну Бэрроу.

Он почти подмигивает.

Я почти улыбаюсь.

На полпути к казарме я понимаю, что меня преследуют. Позади, на извилистой улице, слышатся шаги, быстрые и ровные. В свете фонарей колеблются две тени – моя и чья-то еще. Я напрягаюсь – мне беспокойно, но не страшно. Корвиум полон солдат коалиции, и если кто-то здесь настолько глуп, чтобы предпринять покушение, пусть попробует. Я способна себя защитить. Под кожей вспыхивают искры, готовые вырваться на волю.