Первые ростки - Мэрион Харт

— Стойте… Никуда… Не… Бегите, — Дэниел хрипло вдыхал воздух, — Не смейте… позорить меня…

Эмма попыталась вырваться, но хватка у мужчины была слишком крепкой. На улице никого не было. Конечно, безлюдная улица, откуда здесь взяться случайным прохожим? Она зажмурилась от страха и попыталась еще раз потянуть руку на себя. Но из этого абсолютно ничего не вышло.

— Эй, парень, полегче. Что тебе сделала эта девчонка? — знакомый голос. Эмма распахнула глаза и посмотрела на говорившего. Это был тот самый бездомный, которого она видела вчера. Точно. Те же темные волосы и коричневая куртка. Он стоял всего в метре от нее и Дэниела. Откуда он появился? Совсем недавно здесь никого не было.

— Не твое дело, чернь. Иди своей дорогой, пока я не вызвал полицию, — жестко ответил Дэниел и, повернувшись к Эмме, добавил. — Пойдемте, юная леди, обговорим все в доме, — после этих слов он попытался потянуть ее в сторону ворот, но девушка начала упираться.

— Мне кажется, что леди не хочет с тобой идти, — заметил мужчина в куртке, делая шаг навстречу аристократам.

— Не хочу! — воскликнула Эмма, пытаясь вырваться.

— Вот видишь, оставь ее в покое, — сказал мужчина, делая еще один шаг вперед и оказываясь почти перед носом Дэниела.

— Не смей подходить ко мне! — взвизгнул Стэнфорд, отпуская руку Эммы.

— Или что? — усмехнулся мужчина, недобро глядя на Дэниела из-под длинных спадающих на лицо волос. — Завизжишь? Или, может, топнешь ножкой?

— Как ты смеешь насмехаться надо мной?! — закричал Дэниел, кидая в лицо мужчине носовой платок.

— Вот это номер, — рассмеялся мужчина. Его смех эхом разнесся по всей улице, — Какой гнев, какая ярость! Мне недостойному выпала честь лицезреть гневное аристократичное бросание платка.

— Прекрати смеяться! — глаза Дэниела налились кровью. Никто еще в его жизни не насмехался так над ним. Дэниел сжал кулаки и, скрежеща зубами, процедил. — Не гневи меня, чернь, или поплатишься за это.

Вдруг мужчина в куртке резко стал серьезным и быстро, еле заметным движением, без размаха отвесил Дэниелу пощечину. Звон раздался на всю улицу, голова аристократа мотнулась в сторону, рот Эммы открылся, после чего повисла тишина.

— Не смей больше трогать эту девчушку, ясно? — пригрозил мужчина в куртке, хватая Дэниела за грудки и притягивая поближе к себе. — Если еще раз увижу тебя рядом с ней, так ласков уже не буду.

— Д-да, что ты о себе возомнил? — хрипел Дэниел, пытаясь вырваться, тщетно скребя ногтями по кожаному рукаву.

— Видно, ты тугодум, — вздохнул мужчина, отводя назад правую руку. — Преподаю тебе очень важный урок на всю твою жалкую, пропахшую пылью жизнь: Не связывайся с тем, кто сильнее тебя, — сказав это, мужчина резко ударил Дэниела в нос и разжал руку.

Эмма охнула от удивления и отступила на шаг назад. Дэниел рухнул на землю, зажимая кровоточащую переносицу, а мужчина в куртке повернулся к девушке и спросил:

— Ты там в порядке? Выглядишь паршиво.

— Вы помогли мне, — ответила Эмма, стараясь держаться на расстоянии, — Но зачем? Разве у вас не будет проблем из-за этого?

— Пустяки, — ответил мужчина, улыбаясь, — мои проблемы не должны никак заботить твою маленькую прелестную головку.

Дэниел, все это время сидящий на земле, начал отползать к воротам. Эмма не смотрела в его сторону. Ее взгляд был прикован к черным глазам незнакомца. Дэниел воспользовался тем, что на него никто не смотрит, быстро вскочил на ноги и помчался в дом.

— Скоро он приведет подмогу, — сказал мужчина с легкой печалью в голосе, — Мне все-таки лучше уйти. Не грусти, девочка, трусы вроде него не станут рисковать своей шкурой понапрасну. Он больше к тебе не подойдет.

— Спасибо, — ответила Эмма, все еще стараясь держаться на расстоянии от незнакомца. — Могу я узнать имя моего спасителя?

— Можешь звать меня Джейком, — ответил мужчина, отвернулся и пошел вдоль улицы, бросив на прощание. — Удачи, девочка.

Эмма ошарашенно смотрела ему вслед. Таинственный человек, только что спасший ее, уходил все дальше и дальше, а она ничего не могла сделать, кроме как сказать простое «спасибо». Из дома выбежал кучер Льюис и гувернантка. Они все вместе подбежали к ней, начали что-то кричать, спрашивать, но девушка совсем не слушала их. Гувернантка затрясла ее за плечи.

— Мисс, с вами все в порядке? Вы слышите меня? Где этот бандит, что напал на вас? — затараторила гувернантка, не отпуская Эмму ни на секунду.

— Он убежал в дом, кажется, — пробормотала девушка, пытаясь сконцентрировать взгляд хоть на чем-нибудь, — Дэниел, он не успел ничего сделать, а я…

— Ох, надеюсь, вы не лишились рассудка, — запричитала гувернантка и повернулась к кучеру, — Льюис, беги, зови полицию. Сейчас же!

Кучер кивнул и трусцой побежал вниз по улице. Эмма с удивлением посмотрела на гувернантку.

— Зачем звать полицию? — спросила девушка с неуверенностью, — Дэниел может больше никогда не приезжать, и все. Я не настаиваю на суде.

— О, моя бедная юная пташка, — воскликнула мисс Остер, прижимая Эмму к груди так сильно, что у девушки хрустнули ребра, — У вас шок, юная леди, вы бредите. Конечно, такое потрясение… Пойдемте в дом, вам нужно прилечь.

Гувернантка повела Эмму к воротам, нежно удерживая ее за плечи. Девушка пыталась возразить, сказать хоть слово, но ее перебивали, не давая произнести хотя бы предложение. Через несколько минут Эмму уже усадили в мягкое кресло в гостиной и сунули в руки какой-то успокаивающий отвар. Напротив устроился Дэниел. В руке у него был окровавленный кружевной платок, который он периодически прикладывал к разбитой переносице. Эмма с ненавистью смотрела на мужчину. Теперь-то ему точно не стать ее мужем. Более того, его вполне могут арестовать за то, что он домогался незамужней женщины. На душе стало спокойно. Теперь все бесспорно разрешится в лучшую сторону.

Вокруг Эммы порхала, причитая гувернантка, прикладывая ко лбу руку, и повторяя, что у нее температура. Девушка молча пила отвар, постоянно косясь на Дэниела. Он тоже сохранял тишину, только изредка шмыгая разбитым носом.

— Сэр Стэнфорд, — сказала гувернантка, поворачиваясь к мужчине, — вы показали себя героем, о вашем подвиге всенепременно напишут в утренних газетах, уж я-то позабочусь об этом.

Эмма поперхнулась горько-сладким отваров, заботливо поданным служанкой, и закашлялась. Кто, простите, герой? Дэниел? Что здесь происходит?

— О, мисс Остер, — ответил Дэниел, убирая платок от лица, — я сделал то же, что сделал бы любой уважающий себя мужчина на моем месте. Вы преувеличиваете мои заслуги.

— Нисколько, — ответила гувернантка, — Я просто говорю истину.

Дэниел скромно заулыбался и отвернулся. Эмма с ненавистью посмотрела на него, даром зубами не скрежеща, она демонстративно отвернулась. Сейчас бесполезно что-то говорить. Ждать, надо ждать полицию, тогда она сможет все объяснить, разобраться в ситуации.