Враг моего клана - Стелла Айс

На глаза накатывали слёзы. Я словно потерялась…

Такая одинокая.

Нет, к Ладе я теперь никогда не вернусь. Если вернут насильно, замолчу и откажусь от еды. Я не собака, чтобы меня на привязи держать или в вольере, пусть даже у клетки золотые прутья.

Я хочу этот мир...

А глаза у него какие!

Все эти девушки утонули.

Но я же красивая! Я привыкла, что все взгляды на меня!

Зачем он так со мной?!

Почему мучает меня и я, главное, мучаюсь… Хотя могла бы наплевать. Забить на всё, что произошло. Он мне никто. Похоже, мы даже не истинные. Запах его будоражит, на этом всё. Я его ничем не задела. Ещё и набила с утра.

В общем, Кипиш мной особо не интересуется.

Больно…

Может это быть влюблённостью?

Как же так?

Ведь вчера я его боялась, с утра дралась с ним, а теперь страдаю, что он другим девушкам улыбался. Так может это моя гордыня и царская привычка, чтобы мне всё на блюдечке с голубой каёмочкой да к ножкам укладывали?

Тогда надо просто осознать, я уже не та, что была раньше. Сейчас бы увидеть усмехающуюся физиономию моей сестры.

— Лада, я хочу жить отдельно! Я хочу быть свободной от тебя! — кричала я в её лицо.

Я похожа на неё. Те же кудри, глаза карие, худоба… Но такой усмешки презрительной у меня нет.

— Вся твоя свобода пока мои деньги не закончились. Как закончатся, моментально захочешь обратно под опеку.

И смеялась надо мной.

Это было два года назад. За это время я освоила скоропись, документоведение, массаж, несколько художественных редакторов и усовершенствовала пять иностранных языков. Мне будет девятнадцать и я готова к тому, что останусь без денег.

Не пропаду.

Мне лучше быть одной. Потому что на мне какое-то проклятье. Мама с папой умерли. Сестра измывалась, случайный знакомый разочаровал до глубины души…

Я теперь буду ненавидеть мужчин. От них больно.

Сердце так плачет, мучается.

Зачем? Лучше одиночкой на всю жизнь.

Вышла из леса к трассе и пошла вдоль неё в надежде увидеть впереди автобусную остановку.

Мне сигналили, но я словно попала в прострацию, и отделилась от внешнего мира, погибая.

— Эй, красивая, поехали кататься!

Автостопом я не поеду однозначно. Хватит с меня. Гордо шла вперёд не обращая внимания на свист и крики.

Одни сутки, а я не могла разобраться с тем, что происходило со мной. Бесконтрольная эмоция, которая напоминала тоску, украшенную саможалостью.

— Девушка! — смеялись какие-то взрослые мужчины, выглядывая из окон старой иномарки. Поравнялись со мной и ехали совсем медленно. — Вас подвезти?

Они что-то говорили… Не понимала…

Я у пропасти шла. И одно неверное движение, сгину.

Уже пропадала.

Слишком сильное чувство!

Я вынуждена была остановиться.

Задыхалась.

Влюбилась я. Так вот сильно. Мучительно…

Внедорожник Кипиша объехал иномарку и перегородил мне дорогу и чужой машине.

Мужчины возмутились.

Тоже остановились и вышли на разборки.

Мелькали сигналами аварийные сигнализации…

— Что мужик, жить надоело?!

Зря они так, с волком лучше не связываться.

Кипиш, натягивая на себя футболку, проигнорировал вопрос и подскочил ко мне.

— Малыш, я всё понял, — успел выпалить он.

Я не бежала, но и удовольствия от драки никакого не получала. Сигналили проезжающие машины, кто-то остановился впереди и позади.

Как и предполагалось, Кипиш почти сразу уложил двоих. Мужчины, неважно кто они, оборотни или люди, очень хорошо понимают силу.

— Всё в порядке! — крикнул один из нападавших, показывая волку пустые ладони.

Кипиш остановился и отошёл от его дружков, что валялись на земле. Своих раненых мужчины забрали и поспешили сбежать.

На маты и угрозы Кипиш не отвечал. Потирал свои длинные пальцы, следил, как уезжают желающие со мной познакомиться.

Я не поднимала глаз, внимательно смотрела на его руки. На них, реками вырисовывались припухшие вены. И мышцы холмами. Живописный.

Боялась посмотреть ему в глаза. Сердце бушевало в груди. От драки он вспотел, запах усилился, и даже копоть большой дороги не заглушала его.

Руки медленно стали подниматься. Окружали меня. Я следила. Как они заходят справа и слева, не давая шанса на побег. В стальное кольцо стали смыкаться.

И страх немного отступил. Но странное, потерянное состояние не ушло.

— Я не знаю, что это, — растерянно прошептала я.

— Никогда больше не повторится, — тихо ответил Кипиш, бережно, неторопливо заключая меня в объятия. — Тебе не понравилось моё поведение. Прости, Малыш.

— Не понимаю, — я прикрыла глаза и уткнулась носом в треугольную ямку у его ключицы.

— Поймёшь… Скоро, — он нагнул голову, стараясь заглянуть мне в лицо. — У меня бутерброды с рыбой. И кофе, наверно, ещё не остыл.

— Я не люблю кофе, — хмурилась я.

Как утром положила голову ему на плечо и смотрела, на проезжающие мимо машины по людской дороге.

Всё чаще стала думать, что это всё принадлежит людям, а не нам.

Глаза уже закрыла от удовольствия. Кипиш прижал меня к себе и гладил по спине.

****

Кипиш

Мне нужно было об этом подумать. Допустим, что она чиста настолько, что ничего не испытывала к мужчинам, парням, мальчишкам… С кем современные девочки любят тусоваться?

Она не испытывала любовь. И я даже могу предположить, что Полинка у меня нецелованная.

Чего предполагать, так и есть.

Круто я стормозил.

Решил разогреть её интерес ревностью. А она даже не поняла, что это ревность, потому что не осознала свою влюблённость.

А как иначе? Мы же истинные.

Неудачно я с ней поиграл. Не прокатило, не тот склад, не тот характер. Ошибся.

Поля, я ошибся!

Что на неё так повлияло? Она поняла, я играл для неё. И от этого ей плохо. Значит, нужно стать самим собой, именно таким я ей больше всего подхожу, без прикрас. И не лукавить. С кем угодно, только не с ней.

Это было такой глупостью, заставить её ревновать, что моя маленькая забитая совесть неожиданно проснулась. Кроме того, я перепугался за девчонку уже серьёзно.