Дракон в мантии – 2. На дальних берегах - София Беккер

— И ничего не плохая, — возмутилась я, — мы обязательно что-нибудь придумаем! Я обещаю.

— Спасибо. — Никсар сжал мою руку и замолчал. У меня есть одно свойство — я однозначно не умею утешать. Вот совсем. Никаких бодрящих благоглупостей в голову не приходит, делать вид веселый и придурковатый тоже не получается. Поэтому Никсара я просто обняла, уткнувшись носом в макушку. Во что я ему скажу радостного? Так и просидела все положенные десять минут. Аджим почему-то обозначить свое присутствие не пожелал, а тюремщик благородно не мешал. — Ник, я еще обязательно приду, — пообещала я на прощание. Парень не ответил.

Нас опять вывели в давешний холл ожидания, сообщив, что пока дополнительных посещений не планируется. На все воля его величества. Архимаг коротко поблагодарил и попросил сообщать ему о состоянии заключенного, если оное будет возможно. Тюремщик пообещал передать просьбу уважаемого заорра Каттара канцелярии. Но для надежности лучше обратиться прямо. Дабы просьба не утерялась.

— Медь, подожди немного, — попросил маг, доставая зеркальце. — Решу пару вопросов, и сразу зайдем в Ложу к Гордину. Нужно будет с ним кое-что обсудить. А сейчас я хочу узнать о самочувствии ее высочества. Надеюсь, Флори уже оправилась от потрясения. Пять минут.

И отошел в сторону. Вот уж чьи душевные терзания меня сейчас волнуют меньше всего, так это возлюбленной Никсара. Она-то сейчас с персональным лекарем в загородной резиденции папы-короля, а не в замкнутом пространстве на жестких нарах. Могу быть совершенно не права и очень предвзята, но друга мне жаль как-то больше. Подошел Аджим, на ходу пряча зеркальце в необъятный карман мантии.

— Я не поняла, а чего ты о ней так переживаешь? Ник в тюрьме! Он же твой… — я не смогла сразу подобрать правильного определения для взаимоотношений Архимага и Ника и неуверенно закончила: — друг?

— А она глупая маленькая девочка, почти ребенок, — устало пояснил маг и щелкнул пальцами, вызывая портал. — И потом, мы точно не знаем, что там было. Пошли. Чтобы я не думал по этому поводу, Никсара необходимо вытаскивать.

Мы очутились в небольшом тенистом переулке перед странным зданием из серого камня с очень узкими и высокими стрельчатыми окнами. Несмотря на свои размеры, оно как-то умудрялось оставаться незаметным. Вот знаете, есть такие типы домов, которые не похожи ни на что и похожи на все разом. А это еще и отталкивало, заставляя ускорить шаг, пройти мимо и забыть. Не знаю, почему: то ли строители подобрали максимально неприятный и никакой оттенок камня, то ли из-за каких-то специфических чар. Но место прибытия нравилось мне с каждой секундой все меньше, а сбежать отсюда хотелось все больше.

— Здание Инквизиции, — представил домик Аджим. — Здесь находится ее основной штаб, если можно так выразиться, и кабинеты высших членов Ложи. Ты же у Гордина в гостях еще не была?

— Нет. И не хочу!

— А придется…

Архимаг подошел к обитой сталью двери и постучал молоточком в виде горгульи, держащей в пасти косу. Я так смотрю, у ребят весьма своеобразный юмор. Хотя чего я ожидала? Сердечек и конфеток? Дверь моментально и бесшумно отворилась, гостеприимно приглашая в темноту коридора.

— Я ни на что не намекаю, но я знаю как минимум три фильма ужасов, которые начинались с того же!

— Не бойся. Там работают такие же люди. Ну не съедят они тебя. По крайней мере, сразу.

— То есть теоретически это не исключено?!

— Мэлэтриль, ты же знаешь Гордина? И при этом совсем его не боишься.

— Целый дом таких, как он? Господи, на кой черт мы идем в это страшное место?

Маг молча подхватил меня под локоть и перетащил за порог. Дверь за нами так же бесшумно захлопнулась. Я попыталась упереться пятками, но… бесполезно. Даже в образе старца Аджим был сильнее и явно тяжелее меня. Нет, я понимаю, глупо поворачивать, раз уж пришли, но ощущения от домика исходили настолько недобрые и пугающие, что все ваши каноничные проклятые дома и мрачные замки с вампирами нервно курили в сторонке. Ну не ходят в такие места в твердом уме и трезвой памяти и при наличии здорового инстинкта самосохранения!

— А тут ничего, уютненько, — внезапно поразилась я. Внутри действительно оказалось вполне приятно. Темнота моментально развеялась, и мы оказались в просторном, застеленном казенными красными дорожками холле, чем-то напоминающем гостиничный. Даже в уголке наличествовало что-то вроде фикуса в кадке. Впереди стояла стойка администратора с почти милой девушкой-Дорозорной. На ней была серая мантия с надвинутым на лицо капюшоном. Тревожное чувство тоже прошло, уступив место какой-то расслабленности.

— Это чары, — шепотом пояснили мне. — Не придавай особого значения ощущениям. Здесь все ложно. — И повели к стойке.

Администратор дружелюбно улыбнулась, показав маленькие, но острые клычки. Наваждение резко спало, и я снова затосковала.

— Вы к кому? — чарующим голоском уточнила она. — По какому вопросу?

Аджим объяснил. Девушка кивнула, что-то быстро-быстро записывая в книге, и попросила приложить ладонь к обычному (во всяком случае, с виду) серому булыжнику. Камень на ладонь отреагировал абсолютно никак. Но, видимо, оное и предполагалось, поэтому Дозорная протянула нам два медальона на шнурке, дивно имитирующих жестяные армейские жетоны.

— Шестой этаж, шестая секция, шестой кабинет, заорр Архимаг. Вы не заблудитесь.

Мужчина поблагодарил и надел свой жетон.

— Надевайте заорра, надевайте, — поторопили меня. — Так ОНИ поймут, что вы по приглашению, и не тронут вас.

— Кто ОНИ? — ужаснулась я, быстро накидывая на шею шнурок.

— Охранные заклятия, — клыкасто улыбнулась она и махнула рукой в нужном направлении.

— Ты видел, видел? — набросилась я на Аджима с расспросами, едва мы завернули за угол. — У нее клыки! В Инквизиции служат вампиры?!

— Какие вампиры, Медь? — удивился мужчина. — Обычная Гончая, ничего особенного.

— Гончая?

— Дозорный, подвергшийся изменениям с помощью зелий и заклятий. Так повышаются физические, психические и магические характеристики, вырабатывается устойчивость к ядам и темной магии, снижается усталость и чувствительность к боли. Да, есть некоторые побочки. Но из видимых, пожалуй, только клыки и вертикальные зрачки. Ничего страшного.

Мне казалось, что самое страшное в Инквизиции это как раз Гордин! Еще никогда я так не ошибалась. Да он тут самый милый и адекватный. Добрейший души человек, можно сказать. Из разряда “Необъяснимо, но факт".

Аджим уверенно вел меня пустынными лестницами и коридорами со множеством дверей. Расстеленные дорожки приглушали звуки шагов и еще больше усиливали чувство пустоты и обреченности. Не хватало только надписи на входе “Оставь надежду всяк сюда входящий”. А может, она и была, но я ее не заметила. Наконец, мы остановились около одной из дверей, и маг постучал.

— Войдите! — возвестили из-за нее голосом Инквизитора. Мы вошли и…