Два пути одного сердца - Ива Миленич

Ладно, Элис, рано сходить с ума под их дудку! Надо постараться развенчать всю эту мифологию и найти реальные опоры среди творящегося бреда.

– Ну а зовут-то вас как по-настоящему, Андрюшенька?

– Здесь так и зовут. В вашем мире – Андрей Игнатьевич Валь. Паспорт показать?

– Покажите! – мгновенно с облегчением согласилась я. Хотя, если подумать: к чему мне его паспорт...

Красавчик невозмутимо достал из внутреннего кармана безукоризненного пиджака документ и протянул мне.

Ну просто сама безмятежность! Если мошенник – странно, что спокойно предъявляет удостоверение личности... Ещё подозрительно, кстати, что у него такая дорогая одежда! В Григорьевском это выглядит чужеродно и даже как-то… нелепо. И с интересом к ветхому дому совершенно не вяжется.

Я заглянула в паспорт – действительно, Валь Андрей Игнатьевич – и поторопилась вернуть, потому что... он был тёплым и насквозь пропах красавчиковым одеколоном, отчего рациональные рассуждения моментально начали выветриваться из мозгов.

Затем я сразу пожалела о глупой спешке: там же ещё что-то можно было вычитать. Я не знала, что именно пишут в русских паспортах, но что-нибудь полезное наверняка пишут. Место рождения, например. Но… что мне даст его место рождения?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ – Но рождён и живу я в не в этом мире. Поэтому более правильное имя – Адрекс Валь. Для друзей и родных – Дрей.

– Спасибо, это уже лишняя информация, – отмахнулась я. – Меньше всего мне интересно, как вас величают в каком-то там другом мире, и тем более – в семье.

Ох.. Стоп! Ну в каком другом мире?! Действительно, за идиотку держит...

– Отчего же? Вам предстоит стать моей женой, так что тоже Дреем и будете всю жизнь называть.

Ох, точно! Я живо вспомнила весь этот вчерашний цирк на улице. Вот что я непременно хочу спросить!

– Вы в своём уме?! Что за наглая уверенность? Причём такая наглая, что, если я всё правильно поняла, перед соседкой вы разыграли моего уже состоявшегося супруга, а не просто потенциального?

– Точно... Я совсем забыл.

Андрей Игнатьевич Валь потупился на собственные безупречные ботинки. Ну надо же! Неужели стыдно за враньё?

– Лидия Сергеевна – сплетница досужая. С очень длинным любопытным носом. Мы всё равно будем парой, так что незачем ей наблюдать… наши внутренние дела, – туманно объяснился красавчик. – Сами подумайте – вот я жил здесь всегда наездами, потом вы почему-то дом у меня купили, но я никуда не делся, а потом вдруг поженились. Каково? Лучше пусть сразу считает, что вы – жена, а то слишком много будет спрашивать и додумывать. Это лишнее.

Я набрала воздуха, чтобы возмутиться про жену, но осеклась, осознав кое-что другое.

– Что значит – всегда жили и у вас купила?! Здесь старушки жили! Это выходит, вы и им головы морочили?

– Я им головы не морочил! – рассердился вдруг несносный Валь. – И вам, кстати, тоже. На все ваши вопросы честно отвечаю. Соседке – да, морочим… Вынужденно. Она всегда считала, что я внук Екатерины Семёновны, из Ярославля наезжаю.

– Екатерина Семёновна – это библиотекарь из НИИ?

– Совершенно верно.

– И вы – её внук?

– Нет конечно!

– Тогда для чего она подыгрывала? Какое на самом деле имела к вам отношение?

– Она скорее к вам имела отношение, – вздохнул красавчик. – Екатерина Семёновна – внучка приказчика Меликовых из ярославского поместья. А семья Веры Ивановны, у которой вы по документам усадьбу покупали, из сибирского имения, из Назарова. Меликовы перед бегством успели указать надёжных людей. А если бы вы внимательно смотрели документы перед сделкой, заметили бы среди них мой отказ от приватизации. Я здесь прописан был всегда...

Он вдруг прервался, задумался ненадолго и посмотрел затем на меня с недоверием, как на сумасшедшую.

– Алиса Андреевна, вы же не думаете всерьёз, что мы пустили бы в Пограничный Дом совсем посторонних людей?!

– Ничего такого я не думаю, потому что все эти ваши потусторонние миры и пограничные дома – сказки!

– Вам что же, Эйо до сих пор совсем ничего не объяснил? – уточнил Валь. – Простите – не поверю.

– Ну что-то говорил, не менее фантастическое. Вы разговор в сторону не уводите, Андрей Игнатьевич! – окончательно разозлилась я и повысила голос. – Отвечайте: в каком бреду вам привиделось, что я стану вашей женой и почему меня саму вы даже спросить не соизволили, сдалась ли мне такая сомнительная радость?!

– Это как раз проще всего, – Валь снова уставился на туфли, –  вы и я – наследники зеркальных Пограничных Домов. Издревле Старые Семьи поддерживают Связи. Вали должны жениться на Меликовых хотя бы раз в два-три поколения, иначе Связи конец. Поэтому выбора у нас с вами особого нет.

Я чуть не подпрыгнула от радости, нащупав, наконец, её самую – реальную опору. Вот ты и заврался, сказочник! Историю своей семьи я всегда неплохо знала. А уж ближайшие поколения – и говорить не о чем. Даже не пахло среди Меликовых никакими чокнутыми Валями!

– Во-первых, это какое-то адское кровосмешение выходит...

– Вы много понимаете в генетике незнакомого магического мира, Алиса Андреевна? – резко перебил негаданный жених. – К тому же – это всего пять-шесть раз в тысячелетие, – добавил он уже спокойнее.

– Вы запутались в собственных фантазиях, Андрей Игнатьевич, – хмыкнула я. – То говорите – раз в два-три поколения, то – пару раз в тысячу лет!

– Пять-шесть раз, – педантично уточнил Валь, словно была какая-то разница. – И никакой путаницы, это одно и то же. Связанные пары долго живут, да и обычные маги – совсем немного, но дольше привычных вам земных сроков.

– Ой, не важно, всё равно пурга очередная! Тогда во-вторых... Назовите-ка мне предыдущую жертвенную овцу из Меликовых!

Я надменно скрестила руки на груди в ожидании своей скорой победы.

– Почему это овцу?! – процедил Андрюшенька. – Будьте любезны выбирать выражения! Зора Валь вышла за моего прадеда Севаста по большой любви, они жили душа в душу.

Он отвернулся к окну и прищурился. И выглядел так, словно был всерьёз задет. Хороший актёр! Выверенно так «обиделся», без перегибов. По-мужски. И «взял себя в руки» быстро: