Небесные воины - Вадим Проскурин

— А я и одного вечера не продержался. Нормального человека эти твари быстро утомляют. Не думаю, что среди гостей Бомжа наберется много придурков и извращенцев. Думаю, к вечеру раввины соберутся у грузовика в полном составе.

— А потом капитан Бейцалов всех поубивает, — добавила Головастик. — Ты на сколько у него «урал» арендовал? Часа на три?

— На четыре. Час я отвел на непредвиденные обстоятельства.

— Мало отвел. Что делать будем?

— Может, телепортировать их? — предложил я. — Я так и не понял, кстати, почему ты с самого начала так не сделала.

Головастик нахмурилась.

— Во-первых, это не так просто сделать, как кажется, — сказала она. — Особенно когда не знаешь точно, откуда прибыл каждый конкретный еврей. Надо каждый раз узнавать точный адрес, привязываться к ориентирам на местности… это так утомительно!

— А во-вторых? — спросил я.

— Во-вторых, — ответила Головастик, — мне очень не нравится то, что затеял Бомж. Ты уже понял, с какой целью он устроил этот цирк?

— Приблизительно. Он устроил несколько групповых видений крутым церковным деятелям из разных конфессий. Он хочет их убедить, что бог реально существует, причем не где-то там в эмпиреях, а в обычном земном мире, и что он серьезно собрался заняться земными делами. Полагаю, всех католических кардиналов он уже завербовал.

— Это уж наверняка, — согласилась Головастик. — По крайней мере, я бы на его месте начала с них. Самая многочисленная и могущественная церковь во всем мире — это тебе не хухры-мухры. Думаю, мусульман он тоже уже обслужил. Теперь ему осталось обработать основные протестантские секты и можно переходить к следующему шагу. Догадываешься, каким он будет?

— Начнет давать задания агентам, которых завербовал на первом этапе.

— Вот именно! — воскликнула Головастик. — Он начнет переделывать мир в соответствии со своими представлениями. А ты и сам знаешь, какие у него представления.

— Какие? — спросил я. — Ты мне почти не рассказывала про Бомжа.

— Лучше и не вспоминать, — вздохнула Головастик. — Хотя… Почитай при случае про Савонаролу, был такой пророк в средневековой Италии… Те события историки почти не переврали.

— Но я все равно тебя не понимаю, — сказал я. — Почему ты не телепортировала этих несчастных обратно на Землю? Только потому, что не хотелось возиться?

Головастик печально покачала головой.

— Не только, — сказала она. — Одно дело, когда несколько десятков видных раввинов одновременно увидели один и тот же вещий сон, и совсем другое дело, когда на подмосковной дороге обнаруживается армейский «урал», битком набитый пейсатыми евреями без документов и регистрации. А особенно хорошо, если рядом окажется десяток-другой журналистов из желтых газет. Это будет сенсация мирового масштаба. Недолгая сенсация, всего на несколько дней, но ее запомнят. А потом, когда агенты Бомжа начнут говорить, что были в раю и видели бога, все будут вспоминать этих евреев и смеяться. Теперь понимаешь?

— Кажется, понимаю. Но тогда вход в рай придется закрыть. А то сюда сразу попрут журналисты, ученые…

— Журналистов и ученых никто сюда не пустит, — прервала меня Головастик. — Да и не смогут они пройти — обычный человек проход не увидит, я на него чары навесила. А вот ФСБшников я сюда, пожалуй, запущу, а если понадобится, то и ЦРУшников, и моссадовцев.

— И треснул мир напополам, — попытался я напеть шлягер прошлого лета.

Головастик подхватила:

— И поперек, и через край, и от угла наискосок. Нет, Сергей, ты не прав, никаких дозоров на Земле не появится. Чтобы подобная структура смогла сформироваться, надо, чтобы магов было не четверо, а хотя бы пара сотен.

— А если Бомж начнет вербовать агентов не только в нашем мире? — спросил я.

Головастик резко помрачнела.

— Надеюсь, до такого свинства он не дойдет, — сказала она. — Если он сумеет пробраться в тот мир, где ты тренировался, и выдернет оттуда… да хотя бы митрополита Филарета, этому миру мало не покажется. Против нас с Четырехглазым Бомжу не выстоять, кишка у него тонка, но простым людям он неприятностей наделает немало. Про пророков хорошо читать в исторических книгах, а когда они появляются в реальной действительности… Не дай бог, короче.

— А почему он не сможет пробраться в тот мир? — спросил я. — Ты же, вроде, объяснила ему, как открывать миры.

— Открыть какой-нибудь мир — это одно, — улыбнулась Головастик, — а открыть тот самый мир, который хотел открыть — совсем другое. Бомж хотел открыть рай, а что у него получилось? Коровы дохлые, гурии сумасшедшие… Магии параллельных миров надо долго учиться.

— Понятно, — сказал я. — Так все же, что с евреями делать будем?

Головастик немного подумала и ответила:

— Ничего мы с ними делать не будем. Что с ними сделаешь? Собираешься по одному в траве вылавливать и с гурий снимать?

Я отрицательно покачал головой.

— Вот видишь, — сказала Головастик. — Я тоже не хочу этим заниматься. Мы поступим так. Всех, кого сможем, мы соберем, погрузим в грузовик, и ты отвезешь их через проход на Землю. А остальные пусть разбираются сами.

— А как же Стас?

— А что Стас? Успеет — молодец, а если нет — его проблемы.

— Его будут дезертиром считать.

— Не будут. Возьмут с него подписку о неразглашении и этим все ограничится. Завтра у прохода такое начнется…

— А этот проход обязательно рассекречивать? — спросил я. — Может, лучше где-нибудь рядом другой проход проделать?

— Не стоит, — покачала головой Головастик. — Такими вещами лучше без нужды не баловаться. Один проход есть и хватит.

— Но тогда нам с Леной переезжать придется!

— Не придется, — улыбнулась Головастик. — Потренируешься немного в боевой магии, а вернее даже не в боевой магии, а в пугательной. Самых надоедливых гостей превратишь в жаб — остальные от тебя быстро отстанут.

— Я не умею превращать людей в жаб, — напомнил я.

— А что умеешь? Провалы в земле делать умеешь?

— Умею.

— Значит, провалишь землю под парой джипов и делу конец. Клыки вампирские покажешь… На худой конец, если сам не справишься, меня позовешь, я тебе покажу наглядно, как людишек пугать.

— Ядерного удара по раю не боишься? — спросил я.

— Не боюсь, — ответила Головастик. — Малогабаритное ядерное оружие уже давно не производится, а то, что полвека назад изготовили, давно списано и уничтожено. А если они целую ракетную установку захотят в рай протащить, я сразу почувствую. Я охранное заклинание на вход поставила. Да и не захочет никто нас взрывать. Зачем взрывать то, что можно использовать?

— Все равно, — сказал я, — не понимаю, почему ты решила открыться людям. По-моему, гораздо лучше, когда никто не верит всерьез, что нечистая сила действительно существует.