Аларик - Генрих Эдуардович Маринычев

— Ну что? — спросила Меланья после того, как я закончил осмотр. За то время, когда она за мной наблюдала, ее настроение несколько смягчилась — видимо она думала, что я не захочу долго возиться с больным. Но я поступил, как должно, не став спешить понапрасну.

— Очень сложный случай, — признал очевидное я.

— Да вижу я, что тяжелый. Но что это такое?

— Похоже на какое-то сильное отравление, — выдал я свой вердикт.

— Ой беда, ой беда, — вновь запричитала женщина. — Сделать-то что-то можно? — спросила хозяйка дома.

— Обычно молодых зельеваров не учат таким зельям, — честно ответил я. — Но…

— Но? — встрепенулась она.

— Но когда я был на обученье отца, он показал мне рецепт одного интересного зелья.

— Какого?

— Названия его я не помню, но, судя по описанию, оно должно помочь. Оно помогло одному его тяжелобольному. Поэтому и вашему Димитрию оно должно помочь, — выдал я уверенно.

— А ты его сможешь сделать? — засомневалась она.

— Сделать его несложно. Вопрос в том — найду ли я в вашем лесу все необходимые травы.

— Ты уж постарайся, — попросила она.

— Конечно же, постараюсь, — заверил ее я.

<p>

*</p>

Считается, что собирать травы лучше всего с утра, пока жаркие лучи солнца не выпили ночную росу. Поэтому, едва над кромкой леса забрезжил первый луч, я, быстро перекусил и стал собираться в поход.

Но тут в мою дверь неожиданно постучали.

Звук грохота кулака по доскам вызвал во мне самые разные чувства.

"Кто это может быть? — с удивленьем подумал я. — Кто-то ко мне пришёл. Но я никого не жду".

Мои колебания заставили меня оставаться на месте, в трех шагах от двери.

Прошло еще какое-то время и в дверь вновь постучали.

"Кто это может быть? — снова подумал я. — Староста? Это вряд ли. Соседи? Возможно. Но что им от меня надо? Ведь не пришли же они пожелать мне доброго утра?"

Немного поколебавшись, я снова остался на месте. Больно нужны мне такие визитеры. Может, они постоят немного, а потом уйдут?

Но стук повторился вновь. На этот раз он был более и тихий, и, если можно так сказать, неуверенный, что родило во мне новую мысль.

"А вдруг это кто-то больной? Вдруг этот кто-то — мой первый пациент? А я тут стою и не открываю двери".

Сомнения нарастали, и под их давлением меня потянуло к двери. Я сделал первый шаг, еще и еще, затем подошел вплотную. Осталось поднять руку и отодвинуть засов.

Лязг, скрип, снова лязг.

Стремительно пролетела мысль "не пожалеть бы об этом". Но отступать уже поздно — я потянул пальцы к ручке и потянул на себя.

— Кто там? — спросил я, пока открывалась дверь.

— Ты ведь Аларик, да? — спросил меня звонкий женский голос. Едва дверь полностью отворилась, я увидел на своем пороге миловидную девушку лет эдак двадцати в простеньком клетчатом платье. Ее длинные светлые волосы украшал венок из желтоголовых одуванчиков, а на плечах лежал тонкий белый платок.

"Красивая", — быстро промелькнуло в моей голове.

— Да, Аларик это я, — заявил я очень осторожно. — А ты?

— Меня зовут Эмма, — назвалась мне девушка.

"Эмма. Звонкое имя", — подумал я про себя. Но вслух сказал другое.

— Ты из соседей слева? — спросил я у нее.

— Нет, — улыбнулась девушка.

— Тогда от соседей справа?

— Нет.

— Тогда ты от соседей напротив? — продолжал я догадываться.

— Нет, — девушка рассмеялась. — Я живу на другой улице, на южной окраине деревни.

Значит не соседка. Тогда что ей надо?

— Чем-то я могу помочь? — строго спросил я ее.

— Я не знаю… Я, правда не знаю. — Голос светловолосой сразу же изменился — он стал звучать донельзя растерянно, а взгляд ее карих глаз тут же потупился в пол. — Ты же наш зельевар?

— Да.

— Наш новый зельевар?

— Да, — не мог я не согласиться с пришедшей ко мне гостьей.

— И, как зельевар, ты можешь помочь человеку, если у него случилась беда?

— Да.

— Ты можешь сделать зелье, чтобы залечить людям раны?

— Так и есть — могу.

Каждый раз я соглашался и соглашался, внутренне радуясь, что все идет хорошо.

— Но… — Неожиданно на лице девушки появились сомнения. — Но о тебе ходит столько слухов.

— Да?

— Да. Люди говорят, что ты еще слишком молод.

— Хм, — хмыкнул я с явным неудовольствием.

— Что ты новичок.

— Хм…

— Что тебе нельзя доверять.

— Хм…

— Что ты можешь стать оружием мести Тории.

Я открыл было рот, чтоб выдавить новый вздох, но тут же понял, что мне надоело хмыкать.

— Тогда чего ты пришла? — прервал я ее обвинения, и бросил на нее вопрошающий взгляд. И, правда — раз я так плох, зачем ко мне приходить?

— Я все понимаю — про то, про то и про это. Да только вот… Чешется сильно, очень. — Девушка повернула ко мне свою левую руку, и я увидел на ней красное пятно. — Я вчера трудилась в саду, и что-то меня укусило, — начала она быстро объяснять, словно боясь, что я не буду слушать. — Такое мне не в новинку — меня часто что-то кусает. Только на этот раз чешется так, что просто спасу нет. Вот я и подумала, — девушка вновь покраснела, — я же не сделаю ничего плохого, если схожу к зельевару? Я же терпела, сколько имела сил, но больше терпеть не могу. Меня же никто не осудит? Это же не зазорно?

Прийти к зельевару за зельем от укуса какого-то насекомого? Если в мире и есть что-то не такое постыдное, то совсем немного.

— То есть, ты хочешь, чтобы я тебе сделал зелье против этой болячки? — спросил я ее, кивая на пятно.

— Да. — Девушка смущенно убрала руку обратно. — Идти к тебе было немного боязно. Те слухи и все такое. Но тетка Меланья сказала, что ты пробуешь вылечить ее супруга, — добавила она. — А тетка Меланья абы кого к своему супругу не пустит. Вот я тогда и решилась, — смущаясь, объяснила она.

— Тетка Меланья? — не сразу понял я, к чему тут супруга лекаря

— Да. Я у нее работаю.

В общем, я все понял. Благодаря местным слухам, в глазах этой девушки я стал ужасным малым, которому не только руку — волос с головы доверить было нельзя. Но жгучая боль в руке заставила ее сомневаться, а слова тетки Меланьи перевесили чаши весов. И вот, теперь, она стоит здесь, у моих дверей.

— Так ты мне поможешь? —