Последний Дозор - Сергей Лукьяненко

Впрочем, обнаружив, что зажигалка осталась вкармане пиджака, я без малейших колебаний разжег между большим и указательнымпальцем дугу высокотемпературного разряда — и прикурил от магического огня.

Начинающие Иные пробуют все делать с помощьюмагии.

Они бреются Хрустальным Клинком, пока неотхватывают себе полщеки или мочку уха. Греют обед файерболами, разбрызгиваясуп по стенам и отскребая котлеты с потолка. Проверяют линии вероятности,прежде чем сесть в тихоходный троллейбус.

Им нравится сам процесс применения магии. Еслибы они сумели, то подтирались бы с ее помощью.

Потом Иные взрослеют, умнеют и начинаютжадничать. Они понимают, что энергия всегда остается энергией и правильнеевстать с кресла и подойти к выключателю, чем тянуться до кнопки чистым потокомСилы, что электричество разогреет бифштекс куда лучше, чем магический огонь, ацарапину лучше залепить пластырем, приберегая Авиценну для серьезных ранений.

А дальше, конечно, если Иной не обреченостаться на самых низких уровнях Силы, приходит настоящее умение. И ты уже необращаешь внимание, как прикурить сигарету — газом или магией.

Я выпустил струйку дыма.

Гесер?

Завулон?

Ладно, гадать бессмысленно. Надокрепко-накрепко запомнить, что все будет куда сложнее, чем казалось вначале. Иотправляться в свое кресло — скоро посадка.

Над Ла-Маншем нас, как положено, помотало ввоздухе. Но сели мягко, обычный паспортный контроль прошли вмиг. Остальныепассажиры двинулись за багажом (кроме неинициированного Егора, в самолете небыло ни одного Иного), а я, чуть отстав, нашел на полу свою тень. Вгляделся всерый силуэт, заставляя его обрести объем, подняться мне навстречу. Шагнул всвою тень — и вошел в Сумрак.

Здесь все было почти таким же. Стены, окна,двери. Только все серое, выцветшее. Медленными тенями плыли в реальном миреобычные люди. Сами не зная почему, они старательно огибали ничем с виду непримечательный участок коридора, да еще и ускоряли шаг.

К стойке таможенного поста Иных лучше всегобыло подходить в Сумраке, чтобы не нервировать людей. Над ней раскинутонесложное заклятие, Круг Невнимания, и люди очень стараются ее не видеть. Номеня, разговаривающего с пустотой, могут и зафиксировать.

Поэтому я прошел к стойке в Сумраке, а лишьпотом, уже под защитой заклятия, вышел в реальный мир.

Таможенников было двое — Светлый и Темный. Какположено.

Контроль Иных при пересечении границы — вещь,на мой взгляд, не очень-то разумная. Вампиры и оборотни обязанырегистрироваться в местном отделении Дозора, если остаются в городе на ночь.Мотивируется это тем, что низшие Темные слишком часто поддаются животнойстороне своей натуры. Так-то оно так, но любой маг, что Темный, что Светлый,способен такого натворить — вампир от ужаса в гроб залезет. Ну ладно, всеравно, допустим, есть такая традиция, и отменять ее нигде не хотят… несмотря напротесты со стороны вампиров и оборотней. Но какой смысл контролироватьперемещения Иных из страны в страну? Это для людей имеет значение — незаконнаямиграция, контрабанда, наркотики… шпионы, в конце-то концов. Хотя вот ужеполсотни лет шпионы не идут через контрольно-следовые полосы, привязав к ногамлосиные копыта, и не выпрыгивают в ночи с парашютом над вражеской территорией.Уважающий себя шпион прилетает на самолете и селится в хорошей гостинице. А чтокасается Иных — то никаких ограничений в миграции у нас нет, а гражданстволюбой страны даже слабый маг получит без всякой проблемы. Ну зачем эта нелепаястойка?

Вероятно, для Инквизиции. Формально таможенныепосты принадлежат местным Дозорам, Ночному и Дневному. Но еще один докладкаждый день уходит в Инквизицию. И вот там, наверное, его изучают болеевнимательно.

Делают выводы.

— Доброй ночи. Меня зовут АнтонГородецкий, — сказал я, останавливаясь перед стойкой. Документы у нас не входу, и то хорошо. Все ходят слухи, что не то магическую метку на каждогоначнут ставить, как сейчас на вампиров, не то в обычных человеческих паспортахсделают невидимую для людей запись.

Но пока обходимся без бюрократии.

— Светлый, — утвердительно произнесТемный маг. Слабенький маг, не выше шестого уровня. И очень чахлый физически:узкоплечий, худой, невысокий, бледный, с реденькими светлыми волосенками.

— Светлый, — сказал я.

Мой собрат из лондонского Ночного Дозораоказался жизнерадостным толстым негром. Единственное сходство с напарником —тоже молодой и тоже слабый, седьмой-шестой уровень.

— Привет, брат! — радостно сказалон. — Антон Городецкий? Служишь?

— Ночной Дозор, Россия, город Москва.

— Уровень?

Я вдруг сообразил, что они не могут прочестьмою ауру. До четвертого или пятого уровня Силы — прочитали бы. А выше для нихвсе сливается в сплошное свечение.

— Высший.

Темный немного подтянулся. Они, конечно,эгоисты и индивидуалисты. Но зато и перед вышестоящими преклоняются.

Светлый широко открыл глаза и сказал:

— О! Высший! Надолго?

— Проездом. В Эдинбург. Через три часаулетаю.

— Отдых? Или по делу?

— Командировка, — ответил я безуточнений.

Светлые, конечно, либеральны и демократичны.Но при этом Высших уважают.

— В Сумрак вошли там? — Темныйкивнул в сторону человеческой таможни.

— Да. На камерах слежения не останусь?

Темный покачал головой:

— Нет, тут все нами контролируется. А вотв городе рекомендуем быть осторожнее. Камер много. Очень много. Периодическилюди замечают, как мы исчезаем и появляемся, приходится заметать следы.

— Я даже из аэропорта не выйду.

— В Эдинбурге камеры тоже есть, —вмешался Светлый. — Меньше, но все же… У вас есть координаты эдинбургскогоДозора?

Он не стал уточнять, что речь идет о НочномДозоре. И так понятно.

— Есть, — сказал я.

— У меня хороший друг держит маленькуюсемейную гостиницу в Эдинбурге, — опять вступил в разговор Темный. —Уже двести с лишним лет. Рядом с замком, на «Королевской миле». Если вас несмутит, что он вампир…

Да что ж это такое, сплошные вампиры вокруг!

— …то вот визитка. Очень хорошаягостиница. Дружественная к Иным.