Гонцы дурных вестей - Пан Борик

— Марко? Авантюрист Марко?

— Теперь барон Генбурга. Он послал меня в Сонерит с важным письмом, но, — Бенджамин стыдливо опустил глаза, тяжело вздохнул — Я потерял всё, что было мне доверено, и попал в лапы работорговцев.

— Занимательная история. Маэстро Червини подлейте нам вина. И что же было дальше?

— Разбойников окружили на тракте, началась заварушка, мне удалось сбежать. Пытался преследовать Зелуша — это их лидер, но телега перевернулась и…вот, я здесь.

По лицам Курви и Червини было трудно понять, о чём они думают. Верят ли, нет ли, оставалось загадкой. За год пребывания в Лутергоге Бенджамин сыскал славу доброго малого, готового ко всему, особенно если дело касалось охоты на страховидл. Он был в доверительных отношениях с представителями власти, банкирами, торговцами. Короче говоря, ни одно событие не очернило его репутации, лишь напротив, окружило выходца из песков ореолом добродетели.

— Ты пытался Бенджамин, тебе не за что себя винить.

— Но мастер Курви, что же мне делать? Как быть с письмом? Если… — в этот момент героя будто осенило; его лицо засияло светом надежды — Я помню адрес: Кельтроно. Большой Элоз, седьмая улица. Если мне удастся опередить злыдней…

— Большой Элоз это ведь район в Сонерите? — обратился mus к магу, тот утвердительно кивнул. — Славно. Мы проводим тебя до границы, обеспечим лошадью. Ну Бенджи, кончай хандрить!

Бенджамин загорелся желанием, как можно скорее отбыть, но Курви был непреклонен, говорил: <<Отпусти мы тебя сейчас, кто знает, что может произойти. Погоди чуток, на рассвете выдвигаемся. До границы всего ничего.>> Mus будто бы не понимал, как важно поторопиться, что время не ждёт! Но сейчас felis был гостем, и просить, или тем более требовать что-либо, было дурным тоном.

В течении вечера с Бенджи поделились снаряжением: выдали кожаную куртку, стесняющие движения бриджи, сапоги с высокими носками; Курви подарил один из своих клинков, помог обработать раны.

Felis был готов ко всему, рвался вперёд и даже подумал, не украсть ли лошадь, ведь дело было безотлагательное. Но совесть была неподкупна, а потому герою пришлось остаться на ночь.

Сумерки вступили в свои права, лагерь медленно погружался в сон, лишь Червини не сводил взгляда с Бенджамина, разглядывая его, через окошко фургона. Пожелай, он сейчас сцапать felisa, сумел бы реализовать это без особых сложностей. Но будучи всецело поглощенным новым проектом, оставил надежды препарировать выходца из дюн в прошлом. Он был учёным до мозга костей, и как все великие умы не брал в расчёт жертвы предшествующие, его открытиям. На жизни существ Червини смотрел через лупу микроскопа, как и на ингредиенты своих опытов.

Посреди ночи было слышно, как дверь фургона открылась. Тёмный силуэт направился к костру.

***

Они сидели друг напротив друга, наблюдая за танцем пламени. Тишину нарушал треск костра, храп батраков; вдали завывали страховидла. Червини опустил в костёр очередную картофелину; исподлобья капюшона наблюдал за встревоженным Бенджамином. Felis чувствовал себя некомфортно, готовый в любой момент дать отпор. Первым заговорил учёный:

— Ранее между нами были определённые…разногласия.

— Вы пытались меня убить.

— Будь спокоен. Ты стал мне безразличен. Я хочу сказать, что тебе нет нужды держать нож за пазухой; здесь каждый тебе друг. — Бенджамин усмехнулся. — Знай ты о своих скрытых генах, наш разговор плыл бы в ином русле.

— Скрытых генах?

В одночасье юноша вспомнил Марко, его невероятные особенности; corvus тоже упоминал "спящие гены", активизирующиеся по желанию хозяина. Теперь, когда герой имел представление об этом, события годовой давности представали перед ним в ином свете

— Вы хотели заполучить их? — с нескрываемым презрением говорил felis.

— Изучить — вот чего я хотел. Но на твою поимку ушло слишком много ресурсов, оно того не стоило. Будешь картошку?

— Нет. И что это…за спящие гены?

— Надо же, ты знаешь такие термины. Догадываюсь, сир Марко приложил к этому руку. Но да, подобные гены существуют в твоём генокоде.

— Но я ни разу их не активировал.

— Ну, — Червини послал в рот огромную картофелину, активно работая челюстями, не стесняясь говорить с набитым ртом — Они пробудятся, когда придёт момент.

Бенджамин рассуждал каким, он сможет стать сильным, выносливым, ловким стоит только спящим генам пробудится. С такой силой, как у господина Марко, ему не будут страшны ни работорговцы, ни разбойники, ни страховидла. Эти мечтания родили вопрос:

— Возможно ли их как-то активировать?

Червини заколебался, стал жевать медленнее, словно пережёвывал каждую мысль. Он присосался к фляге, вытер рот, и славно отрыгнувшись, ответил:

— Да, возможно.

— Но?

— Но я не знаю с какими генами, и мутациями предстоит работать. Ты можешь спросить у сира Курви, в давние времена я оперировал господина Марко, и лично готовил нужные отвары. Сейчас этим занимается его жена. Чтобы ответить на недавний вопрос, следует изучить твои особенности, но, право, мне хватило мороки в прошлом, больше я на это не куплюсь.

— Даже с моего согласия?

— Только если король прикажет.

— И тогда вы проведёте операцию, и активизируете гены?

— Возможно.

Замолчали, слушая шелест листьев, пение костра. Этой ночью Бенджамин не сумел уснуть, опьяненный мечтами, герой размышлял о скрытых резервах своего тела. Он твёрдо решил, во что бы то ни стало, активировать спящие гены. Если для этого придётся лечь под нож Червини, что ж, так тому и быть.

С первыми лучами рассвета, отряд выдвинулся в путь.

Эмиссары Пепельных земель

Граф Делори и графиня Колета приходятся эмиссарами Пепельных земель. Они заседают в Палате трёх каждый пятый день недели, и имеют честь видеть короля не менее одного раза в месяц. В их юрисдикции находится власть над демонами в Сонерите; каждый из падших в столице подчинялся им. Это были существа бумаг, повелители писем, хранители чернил. Короче говоря, они то и дело занимались бухгалтерией: выделяли финансы соплеменникам, заведовали сетью агентов в городе, и находили удовольствие в ставленом мёде, на бочки которого уходила львиная доля финансов. Каждый кто посещал кабинет эмиссаров, мог лицезреть прекрасное шёлковое платье с яркими отрочками на графине, и кардиган украшенный жуткими масками на графе. Они носили парные маски; оборванные узоры на них соединялись, когда падшие оставались нагие.

Кроме того, граф Делори и графиня Колета были большими поклонниками творчества Жеро. Они видели в нём потенциал, который в скором времени явит себя. Чета думала об этом, как о бомбе замедленного действия, готовой вот-вот взорваться.

И вот, спустя столько лет ожиданий, момент предсказанный павшими наступил. Ничего не предвещало беды, и тут неожиданно в двери ратуши влетает граф Жеро.