Увидимся в Аду - Арина Холина

— До-до-добрый… Э-э-э… — растерялся Павел.

«Уф! — подумал он. — И что это она на меня так смотрит?»

Женщины не баловали его вниманием. Он был слишком высокий, слишком крупный, слишком кудрявый, слишком в очках, без чувства юмора и немного медлительный. А эта смотрела на него так, словно он был лакомой штучкой.

Она села так близко, что ее коленка коснулась его ноги. Положила руку на спинку дивана. Вышло, будто она его обнимает.

— Называйте меня Наташей и обращайтесь на ты. Договорились? — У нее был низкий бархатный голос.

— Я… я… — суетился он, робея от ее взгляда. — Я… подготовил бумаги…

— Поговорим об этом позже, — подмигнув, сказала Наташа. — Для начала выпьем. Два двойных виски безо льда, — перехватила она бармена. — Поужинаем?

— А, да-да, — спохватился пиар-менеджер.

Через пару минут они уже держали в руках стаканы с американской самогонкой. Судя по всему, Наташа чувствовала себя замечательно и свободно, а вот Павел ерзал и все никак не мог устроиться.

— Вы женаты? — спросила Наташа, едва они сделали по глотку.

От растерянности Павел хлебнул зараз половину того, что было в стакане.

— А почему… А… Я… Нет…

— Просто спросила, — улыбнулась Наташа. — Хочется верить, что красивые холостые мужчины — это не легенда.

От столь прямого комплимента Павел покраснел, как монашка.

— Вы… вы тоже очень красивая, — невнятно пролепетал он и приказал себе взять себя в руки.

Но в это время он почувствовал, что ее рука, горячая и сухая, лежит у него на бедре. Такого рода переговоров у Павла еще ни разу не было. Он сам неоднократно увивался за дамами на деловых ужинах, обедах и даже завтраках… Однажды у него завязался роман с журналисткой из молодежной газеты, другой раз — с дамой средних лет из юридической конторы… Но ей они в подметки не годились. Не то чтобы Наташу можно было назвать красавицей, но она была так адски привлекательна, что у Павла сосало под ложечкой.

— Дюжину свежих устриц, — заказала Наташа официанту, пока Павел вспоминал свои победы. — И дюжину запеченных в сыре и сливках. Бутылку шардоннэ «Марина»… — Она задумчиво посмотрела на Павла. — А может, две.

Когда они выпили третью, Павел неожиданно взял расходы на себя, чего не делал не только на деловых обедах, но и при частных встречах с девушками. Точнее, не всегда делал. Если ему казалось, что его используют, он предлагал девушкам делить расходы и ничуть не жалел тех, кто надеялся поживиться за его счет.

После ужина они очутились в одном такси. Павел не мог понять, куда она его везет и почему он так пьян… И кажется, влюблен.

В такси он что-то забормотал о рекламной стратегии «Мокка-колы», но она его поцеловала, и он забыл, как его зовут. Павел не помнил, как они выходили из такси, как поднимались в квартиру, как раздевались, как очутились в кровати… Запомнилось одно — ее обнаженное сильное тело, неожиданно прохладные руки… А губы пылают… Ее слова: «Покажи мне, что такое настоящий мужчина»… И совершенно безумные, алчные до секса глаза…

А когда Павел проснулся, его ждал кофе с шоколадным ароматом, свежий, теплый круассан, в ванной — гель для бритья, станок и полотенце с вышивкой «Паша». Все это Наташа подготовила вчера, но он-то этого не знал и решил, что она с самого утра бегала по магазинам, чтобы сделать ему приятное.

— Хочешь, открою тайну? — улыбнулась она, заметив его удивление.

Конечно, он согласился.

— Один мой знакомый из вашей конторы сказал, чтобы я была поосторожнее. По его словам, ты самый коварный плейбой, перед которым не устоит ни одна женщина.

— Я? Кхе-кхе… — подавился слюной Павел.

— Меня, наверное, уволят, но вчера я поклялась себе узнать, что в тебе такого… — Она с аппетитом взирала на рыхлого Пашу, по пояс замотанного полотенцем. — Сказать? — Он лишь икнул в знак согласия. — Ты настоящий мужчина. Сильный, веселый, энергичный, ты не треплешься, а действуешь. Ты хищник, своенравный и стремительный. Мне нравится быть в твоей власти. И знаешь, — она потупилась, а потом смело подняла на него глаза, — мне ни с кем не было так хорошо… — Она протянула к нему руки, а короткий халатик распахнулся…

27 апреля, 16.18

— Тебя весь день ищет Клим! — рванула к ней взволнованная Ира.

— Что ему надо? — равнодушно спросила Наташа.

— Он сказал: «Как только Кострова появится, пусть немедленно идет ко мне»… — У Иры дрожал голос. Видимо, часть начальственного гнева досталась ей.

— Какая тоска! — зевнула Наташа. — Ну ладно. Хорошо выглядишь, — заметила она, закрывая дверь.

На секретарше было маленькое красное платье, блестящие черные сапоги на платформе, а волосы стали, как у Мэрилин Монро.

Наташа поднялась на верхний этаж, миновала два коридора и уверенно толкнула дверь генерального директора. В большом кабинете с окном во всю стену сидел бородатый мужчина. Голубая рубашка обтягивала круглый живот, во рту дымилась трубка, на запястье поблескивали золотые часы. Вид у мужчины был благодушный — пока он не заметил Наташу.

— С ума сошла! Где ты шляешься?! — рычал он. — Профукала контракт! Профукала? — с надеждой на отрицательный ответ переспросил он. — Такими заказами не разбрасываются! Это тебе не «Трейдинвест»! Их переманили, да? Ну, скажи что-нибудь, бл… на х… м… еб!..

— У тебя что, предменструальный синдром? — Наташа облюбовала самое удобное кресло и села в него. — Держи, неврастеник! — И она швырнула ему пакет документов.

— Да я тебя… — лютовал Клим. — Да ты…

Но туг он прочитал договор, насупился, помолчал минут пять, после чего недоверчиво посмотрел на Наташу.

— Если ты не отстегнешь мне двадцать процентов, контракт будет расторгнут и уйдет к Буркину, — пригрозила она.

— Как ты его получила? — удивился Клим. — Мне вчера позвонил наш человек из этой долбаной «Мокки» и сказал, что нам дадут работу, только если мы уступим втридешева…

— Я с ним переспала, — призналась Наташа.

— Что? — подался вперед Клим.

— Я его трахнула, понимаешь? И он тут же стал очень сговорчивым.

— Ты с ним переспала ради контракта? — переспросил начальник.

— Ну, — пожала плечами Наташа, — если быть точной — ради моих двадцати процентов.

— Ха-ха-ха! — смеялся Клим. — Ты правда его… того?.

— Но… как… ты?..

— Этот Павел — тюфяк и рохля. Ты знал, что контракт буквально у нас из рук вырывает какая-то задрищенская конторка?

Клим кивнул.

— Так вот, эта шарашкина контора принадлежит его бывшей жене. Павла этого. Разницы никакой: что из наших рук выйдет дурацкий фильм «С тобой „Мокка-кола“!», что эту белиберду снимет кто-нибудь еще… Дело-то не в качестве. Ну и я решила — новая я лучше бывшей жены. — Наташа поднялась.