Дикие персы - Вадим Панов

— Дорогой, ты меня слышал?

Хм… Не только слышал, но и видел! Я погладил лежащий на подлокотнике кресла бюстгальтер — поверьте на слово, конкретно эта штука носила своё имя с большим достоинством, — и вновь улыбнулся. Всё той же плотоядной улыбкой.

— Я не могу найти бюстгальтер!

— Это потому, что у тебя нет дедуктивных способностей, дорогая, — сообщил я.

Ну, надоело мне молча улыбаться. Имею право.

— Дедуктивных?

— Ага.

— Как в книгах о знаменитых частных сыщиках?

— Совершенно верно.

— У меня есть другие способности.

— И обалденные!

Чёрный бюстгальтер, красивый и с весьма объёмными чашечками, наводил на сладкие мысли о хозяйке и фантастических занятиях, которым мы с нею предавались последние несколько часов. Выныривать из этих мыслей я не хотел и потому продолжал улыбаться и поглаживать кружева.

— Значит, говоришь, дедукция? — негромко произнесла остановившаяся в дверях Веда. — Которой у меня нет?

— Зачем она тебе? — развел я руками, принимая самый недоумённый из удающихся мне недоумённых видов. — У тебя и так всё замечательно.

Любимая успела надеть только джинсы да туфли на шпильке, все прелести выше пояса были открыты моему жадному взору и немедленно были этим самым жадным взором ощупаны, оглажены и оттисканы. Мы вместе уже полтора года, но Всеведой я по-прежнему могу любоваться часами.

— Подбоченься, пожалуйста, — попросил я. — А плечи подай чуть назад.

Думаете, она подчинилась? Ага, сейчас!

— Иногда мне до ужаса хочется прибить одного чересчур нахального современного шерлокхолмса, — сообщила Веда, медленно приближаясь ко мне.

Видели когда-нибудь львицу на охоте? Очень похоже.

— Борись с этими желаниями, — пробормотал я, пряча бюстгальтер за спину.

— Почему?

— И не надо сравнивать меня с вымышленным литературным персонажем. Шерлок Холмс не раскрыл бы ни одного дела из тех, что я щёлкаю как семечки.

— За что я тебя терплю? — осведомилась любимая.

— Ты предо мной преклоняешься. Так же, как и многие, многие другие… — Веда сделала вид, что собирается меня ударить, я дернул её за руку, повалил на себя и сжал в крепких объятиях. — Пожалуй, я тебя никуда не пущу.

Любимая предпочитала лавандовые духи, и в последнее время голова у меня начинала кружиться от одного только запаха этого цветка.

— Я говорила, что не смогу остаться — у меня дежурство.

— Скажись больной.

Облегающие джинсы в сочетании с обнажённым телом сводили меня с ума. А тут ещё лаванда… И губы, что скользят по щеке… И тонкая рука на плече…

— Дорогой, у меня болит голова.

Господи, женщины, вас специально учат выбирать самый неподходящий момент для этой фразы?

— Ты лжёшь.

— Ах да, твое второе имя Полиграф…

— Именно.

— Полиграфыч.

— Не надо так шутить, дорогая, ведь у меня настоящее человское сердце: большое, нежное, любящее.

— Правда? — притворно удивилась Веда.

— Люблю жизнь во всех её проявлениях, — не стал скромничать я.

— Венцом которых стал ты.

Очевидное замечание я оставил без комментариев.

— Люблю виски…

— Что роднит тебя с Красными Шапками.

— Люблю…

Продолжать я не стал, поскольку мы никогда не говорили о чувствах.

Я заткнулся, но пауза не успела стать неловкой.

— Смотри не лопни от любви.

Веда выскользнула из объятий, уселась на подлокотник и принялась натягивать захваченный бюстгальтер. Одевалась любимая изящно. Не спеша… При вас когда-нибудь одевалась прекраснейшая на Земле женщина? Не раздевалась, а именно одевалась. Попробуйте как-нибудь, если, конечно, будете столь же удачливы, как я, и рядом с вами окажется настоящая богиня. Ну а пока не попробовали, поверьте на слово: это не менее сексуально, чем когда она раздевается. Роскошное тело постепенно скрывается из виду, окутывается тканью, прячется, и появляется непреодолимое желание немедленно сорвать проклятую одежду, которая осмелилась скрыть такое великолепие.

— Я помогу?

— Знаю я, чем заканчивается твоя помощь, — улыбнулась Веда, поднимаясь на ноги.

— На это и рассчитываю. — Я тоже вскочил, обхватил любимую руками и повалил на кровать. — Извини, но на дежурство ты слегка опоздаешь…

— Мерзавец…

— Знаю… — Я как раз занялся её джинсами.

— Тебе дня не хватило?

— А когда нам хватало?

Всеведа тихонько рассмеялась и покорилась неизбежному.

Это моё второе имя — Неизбежность. Враги знают.

…Расставшись с опаздывающей на дежурство любимой, я какое-то время бездумно бродил по квартире, ероша мокрые после душа волосы, затем взгляд мой наткнулся на бар, в котором скучала бутылочка арманьяка, и я тут же вспомнил о…

Стоп!

Чего это я всё о других да о других? С любимой вы уже познакомились, сейчас узнаете об одном моём старом товарище, а как же я? Что вам известно обо мне? Да ничего! А потому позвольте представиться: Юрий Федра, владелец, исполнительный директор и самый опытный сотрудник детективного агентства «Юрий Федра». А теперь героические подробности: рост шесть футов и четыре дюйма, волос светло-русый, густой, пушистый, прямой, нос аккуратный, ни разу не сломанный, глаза серые, взгляд умный, рот соразмерный, подбородок волевой, лицо в целом мужественное и привлекательное, если верить женщинам… В общем, я красив, словно Аполлон, однако далеко не глуп и, несмотря на чарующую внешность, не стал рекламной физиономией какой-нибудь солидной бухгалтерской фирмы. Но заниматься чем-то достойным моего могучего интеллекта — ядерной физикой или квантовой механикой — тоже не стал, поскольку тяга к приключениям забросила меня на славное поприще частных расследований, где я достиг невиданных высот.

Вы, наверное, уже заметили, что ко всему прочему я неимоверно скромен? Не самое главное из моих достоинств, но тоже присутствует.

Однако даже моя врождённая и тщательно пестуемая скромность не позволит мне промолчать о том, что имя Федра — это знак качества. Два года назад я триумфально ворвался в Тайный Город, сразу же оказавшись на первых полосах «Тиградком», стал знаменит, популярен и с тех пор упрочил своё положение, расследовав несколько весьма серьёзных дел. Нет, я не маг. Магические способности, увы, на нуле, и колдовство к моим достоинствам не относится. Зато я внимателен и не дурак, а современные волшебники, как я успел заметить, слишком уж полагаются на силу и потому бывают… Как бы помягче выразиться… В общем, иногда современные колдуны несколько ограниченны, неспособны правильно прочесть всю тонкость происходящего, предпочитают рубить сплеча, не видят выхода и оказываются в тупике. И тогда на сцене появляюсь я: остроумный, опытный, всё подмечающий, хладнокровный…